Лимита, говорите?..

Не стало Ирины Бергалиевой, главной защитницы всех российских общежитий

Ира умерла 17 июня, в 4 часа дня. Утром подавала иски в Подольске, а в 15.45 уже забегала в Химкинский суд. Там Ира, во-первых, хотела поговорить с одним из местных судей. Во-вторых, встретиться с жильцами бывшего общежития НПО...

Ира умерла 17 июня, в 4 часа дня. Утром подавала иски в Подольске, а в 15.45 уже забегала в Химкинский суд. Там Ира, во-первых, хотела поговорить с одним из местных судей. Во-вторых, встретиться с жильцами бывшего общежития НПО «Энергомаш», которым не дают приватизировать свои квадратные метры. Упала в коридоре. «Скорая» ехала полчаса. Когда врачи вбежали в здание суда, пульса уже не было. Они долго пытались завести сердце обратно. Но оно так и не завелось.

Историю жизни Ирины Бергалиевой проще назвать сюжетом — много крутых поворотов, но ничего лишнего. 27 лет назад Ира приехала в Москву работать швеей-мотористкой. Работала на фабрике «Смена», жила в общежитии в Ясном проезде. Кроме швей и их семей там жили беженцы, заселенные по приказу московского правительства. А потом фабрика обанкротилась и развалилась, а общежитие почему-то передали УФСИНу — управлению федеральной службы исполнения наказаний по Москве — как дом без обременения. Чтобы освободить комнаты для своих сотрудников, тюремщики начали выкидывать прежних жильцов. Начали с беженцев. Расчет оказался верным: большинство швей не спешили вступаться за грузин, абхазов и армян, заселенных в общагу в приказном порядке.

Сначала Ира ходила по этажам и внушала: «Если промолчите, вас выкинут следующими». (Так потом и произошло.) Начала читать законы, нашла юристов. Понеслось: митинги, пикеты, суд, баррикады в коридоре, перезахват уже захваченных квартир. «Новая» про эту общагу писала, разумеется, указывая ее адрес. И в Ясный проезд, 19, начали пачками приходить письма. Общежители со всей России просили у Иры помощи и совета. «Одному помогла, другому помогла. И поняла, что нужно объединять усилия». Так возникло Движение общежитий Москвы и Московской области. Ира его возглавила. Хотела еще создать Движение общежитий России — искала людей в регионах, собирала конференции. Возникло еще несколько региональных групп, но постоянно работающая организация, объединяющая все общаги России, так и осталась в проекте.

Реальность — вот: Ирина Бергалиева и ее соратники выиграли сотни судебных процессов. Спасли несколько тысяч человек.

Ира совершенно по-детски обижалась на выселяемых людей, которые не пытались собрать элементарные документы, опускали руки. «Почему они сдаются? Почему я должна все делать сама?» И делала «все сама»: шла в суды, собирала справки, договаривалась с приставами. Сдавшиеся за шкирку вытаскивались из колеи, ведущей к судьбе бомжа. Писала в своем профайле «ВКонтакте»: «Безумно хочу научить людей ЗАХОТЕТЬ научиться защищать себя и своих близких».

У нее было очень высокое давление. Врачи говорили: «С таким не живут». И Ира даже один раз ложилась в больницу лечиться. А потом просто пила таблетки. Должна была начать новый курс на днях. Но сначала — два суда и 40 жителей «Энергомаша», с которыми нужно выработать стратегию борьбы. Вот Ира и поехала — сначала в Подольск, потом в Химки.

P.S. Две недели назад Мосгорсуд поставил точку в деле Ясного проезда. Передача дома УФСИНу была окончательно признана незаконной. 70 семей в скором времени станут законными собственниками своего жилья.