Вероятность любого события отлична от нуля До президентских выборов — три дня. Одни ждут воскресенья с плохо скрываемым нетерпением, другие — с горечью, а третьи, которых подавляющее большинство, — с полнейшим равнодушием. Им внушили, что...

Вероятность любого события отлична от нуля

До президентских выборов — три дня. Одни ждут воскресенья с плохо скрываемым нетерпением, другие — с горечью, а третьи, которых подавляющее большинство, — с полнейшим равнодушием. Им внушили, что исход предопределен и впереди не выборы, а чистая формальность. Им дали понять, что всякое сомнение будет наказано как ослушание: призыв не идти на выборы или голосовать против всех трактуется как доказательство политической неблагонадежности. Им сообщили, что вся политическая элита — иными словами, центральное и региональное начальство — в едином порыве сплотилась вокруг Него и соревнуется лишь в скорости припадания к Его ногам. И после этого нам еще будут говорить, что это — честные и свободные выборы?

Никто не отменял избирательные законы. Но губернаторы и президенты совершенно открыто заявляют, что обеспечат нужный процент голосования за Него на контролируемых территориях. Чиновники всех уровней записываются к Нему в доверенные лица и открыто за Него агитируют. Наконец, Его избирательный штаб и Его «мозговой центр» жалуются, что даже не могут освоить все добровольно предлагаемые средства.

Никто не отменял принципа равенства кандидатов в президенты. Но на государственных и полугосударственных телеканалах и в подавляющем большинстве общероссийских (не говоря уже о местных) газет частота Его появления уже превзошла частоту появления рекламы прокладок или стиральных порошков.

Никто не отменял свободу слова и не вводил политическую цензуру. Но критический взгляд на Него или благожелательный на Его конкурентов встречается не чаще, чем интервью с академиком Сахаровым в «Правде» времен Леонида Ильича.

Собственно, все это уже было — четыре года назад, когда избирали Бориса Николаевича. И верноподданное усердие губернаторов, дружно создававших штабы по избранию Ельцина. И непрерывный показ по телевидению сериала «Голосуй сердцем». И мастера культуры, скандирующие: «Ельцин — наш президент!» И концерты «Голосуй, а то проиграешь!», где звезды эстрады совершенно бескорыстно поддерживали Ельцина, а потом на оплату этих концертов из Белого дома выносили в коробках из-под ксерокса свободно конвертируемую валюту. И стыдливо опущенные глаза редакторов газет, невнятно объяснявших, что критический по отношению к Ельцину материал льет воду на мельницу Зюганова. И «Демвыбор России», сперва заявляющий, что он не поддержит Ельцина ни при каких обстоятельствах, а затем оправдывающий презрительную реплику президента: «Куда они, понимаешь, денутся»...

Последнее требует отдельного упоминания: только что политические наследники ДВР — радикал-либералы из Союза правых сил приняли все-таки «мужественное и ответственное» решение о поддержке Его на выборах. Приняли, несмотря на блокирование «медвежьей» фракции в Думе с коммунистами. Несмотря на отданную олигархам российскую алюминиевую отрасль. Несмотря на то, что в одной компании с СПС по поддержке Его (даже решение принимали в один день) оказались их непримиримые, казалось, оппоненты — Аграрная партия, верные союзники коммунистов, которых правые раньше иначе как «создателями агрогулага» не величали. Несмотря, наконец, на вторую чеченскую войну. Впрочем, кто сомневался, что СПС поступит именно так? Вспомним 1996 год: место единожды опущенного может быть только у параши...

Приведу одну цитату. Хотя и длинную, но весьма уместную.

«Не первый раз стоит проблема: «Граждане! Отечество в опасности!», но признающие эту опасность никак не могли соединиться, чтобы противостоять ей сознательно и вопреки личным амбициям. Этому в немалой степени способствовали и некоторые «страстные агитаторы за объединение», присутствующие здесь сегодня. Теперь такое объединение наконец состоится. Вокруг кого? Вокруг вынужденно единого кандидата от не знаю уж каких сил. Извините, но мне стыдно сказать «от демократических».

Давайте называть вещи своими именами: мы сейчас ответственно принимаем решение поддержать лжеца и убийцу. Ну пускай вынужденного убийцу, пускай не очень успешного лжеца. Мы аккуратно говорим об ошибках, которые надлежит прощать ради политической целесообразности. И прощаем. Но ведь ошибки-то состоят в убийствах! Ошибки-то состоят в прямой лжи! И каковы бы ни были сложные причины этих убийств и этой лжи, это стыдно называть ошибками. И это — действия первого лица государства...

Вот это наша позиция, и за эту позицию нашей партии в будущем придется платить. Уверяю вас, нам придется платить чрезвычайно высокую цену. Сегодняшним шагом мы закрываем себе возможность в будущем стать эффективной и действенной демократической оппозицией. Избиратель скажет: «Ребята, вы призывали меня голосовать за этого президента, а сегодня призываете меня оказать ему сопротивление». Вы и в самом деле наивно полагаете, что сумеете объяснить избирателю, что он глупее нас?»

Это — Сергей Адамович Ковалев. Но это не март 2000 года, а май 1996 года. И не координационный совет СПС, а съезд ДВР. А все остальное — то же самое. И все то же «повторение пройденного».

Хотелось бы напомнить, что было в прошлый раз — после того как искусно заглушенная совесть уступила искусно раздутому страху.

Перед этим нас уверяли: если президентом останется Ельцин — грядет расцвет экономики, в страну хлынут иностранные инвестиции, реформы обретут «социальный характер», прекратятся задержки зарплат и пенсий, будут побеждены преступность и коррупция. Но если, не дай Бог, победит Зюганов — рухнет экономика, упадет рубль, прекратятся западные кредиты, будет удушена свобода слова, вернутся цензура, очереди и дефицит...

В итоге победил Ельцин — а случилось все, как обещали при победе Зюганова.

Вспомним и то, что сделал Ельцин после избрания на второй срок.

Отменил свои щедрые предвыборные обещания.

Уволил Лебедя, подарившего ему голоса своих избирателей.

Поставил своего зятя Окулова руководить «Аэрофлотом».

Снял «героя» Чечни Грачева, заменив его на «героя» Тбилиси Родионова.

В благодарность за финансирование избирательной кампании назначил одного банкира — Потанина — первым вице-премьером, а другого — Березовского — вице-секретарем Совета безопасности.

Окончательно отдал Украине Севастополь, за что простил ей долги.

Объединился с поклонником г-на Гитлера г-ном Лукашенко, которого в Европе не пускают ни на один приличный порог.

Подписал договор с Чечней, обещав финансировать ее за счет российских налогоплательщиков.

Сменил пять правительств за три года.

Пригрозил НАТО первым применить ядерное оружие.

И, успешно решив все прочие проблемы страны, занялся последней: развязал новую войну в Чечне и назначил преемника, гарантировавшего ему и его семье неприкосновенность.

...Скорее всего, после 26 марта нас ожидает серьезное расхождение Его сегодняшних обещаний и Его реального поведения. Да, собственно, с чего Ему уважать нас и считаться с нами, если мы сами себя не уважаем? И послушно приближаемся к избирательной урне под завораживающее «Подойдите на один шаг...»

Да, потом мы спохватимся, начнем сокрушаться: как же так? Как мы могли дать Ему себя загипнотизировать — с Его стеклянным взглядом и натянутой улыбкой? Как мы могли своими руками вручить Ему правление страной на четыре года? Как мы могли предпочесть Его тем, у кого, в отличие от Него, есть политическое прошлое и политические взгляды?

Нам будет стыдно — но будет поздно.

Единственный шанс избежать этого стыда — не допустить Его избрания.

Это нечеловечески трудно и почти невозможно.

Но необходимо быть реалистами — и потому требовать невозможного.

Четыре года назад, когда вокруг бушевала пропагандистская истерия выбора «меньшего из двух зол», все время вспоминался старый лозунг диссидентов.

Еще сильнее он вспоминается сегодня. Когда потеряно почти все — кроме чести. Да и то у немногих.

«Не верь, не бойся, не проси»...