ПРЯМОЙ УГО

ИНОСТРАНИЯ

Уго Чавес, похожий на быка венесуэльский мачо, выполнил то, что обещал нации: одержал ураганную победу над своим противником, лидером оппозиции губернатором Мануэлем Росалесом. Последнего за все время избирательной кампании Чавес так ни...

Уго Чавес, похожий на быка венесуэльский мачо, выполнил то, что обещал нации: одержал ураганную победу над своим противником, лидером оппозиции губернатором Мануэлем Росалесом. Последнего за все время избирательной кампании Чавес так ни разу и не назвал по имени. Тот был для него в лучшем случае «кандидатиком», а чаше — «лакеем американского империализма». Поражение Росалеса, который получил на 20 процентов голосов меньше Чавеса, было бы унижением для венесуэльской оппозиции, если бы не одно обстоятельство: противники Чавеса решились ввязаться в бой против предводителя венесуэльской бедноты четыре месяца назад. А тогда у их кандидата был рейтинг всего 3 процента.

Теперь у Чавеса, который у власти с 1998 года, мандат еще на шесть лет. А потом — бессрочное его продление при помощи всенародных референдумов, которые будут проводиться посередине между президентскими выборами. Скажет народ «да», и останется бывший полковник-десантник еще на один срок в президентском дворце Мирафлорес. А потом еще на один. И так — до конца жизни.

Рахмонов — султан Брунея Болкиях — Лукашенко? Нет, у Чавеса собственное политическое ноу-хау. Его четыре победы на выборах (в перерыве между президентскими кампаниями было два плебисцита: один — о доверии ему, другой — о его отзыве, и оба он выиграл) преподают всем «сильным личностям» несколько уроков того, как стать авторитарными правителями в условиях демократии.

Урок первый

Народ должен увидеть в лидере Учителя, Ментора. Достигается это с помощью многочасовых речей, как это делал Фидель, а также регулярной радиопрограммы «Алло, президент». Это не одноразовое послание лидера нации весной, дополненное общением с народом в режиме он-лайн осенью. Чавес постоянно «на связи», лицом к нации. А та регулярно получает от него уроки его, чавесовской, экономики и политической педагогики. Лидер дотошно объясняет своей пастве, где будет возведен мост, а где построена школа с бесплатным обучением, а также новый медпункт, в который придут кубинские медики.

Учитель может быть строгим. Но может быть и забавным, пусть даже кто-то назовет его клоуном. Но это клоунада не в духе Жириновского — Чавес никого не будет поливать апельсиновым соком. Ведь он Учитель. Он может внезапно запеть или даже заблеять на митинге, народу это нравится. Главное, чтобы венесуэльцы постоянно чувствовали его отеческую опеку. Такого у них прежде никогда не было — ни один президент никогда не заботился о них.

Урок второй, связанный с первым

Ни в коем случае не проводить реформу ЖКХ и не допускать повышения цен на бензин. В Венесуэле самые низкие цены на электричество и природный газ в мире. Рядовой венесуэлец платит за все бытовые услуги около 8—10 американских долларов в месяц. Но самое главное — это бензин. Он здесь стоит 3 цента за литр. Водитель внедорожника заправляет свой бак за два доллара. Представьте себе, владелец Nissan Pathfinder отдает за заправку своего бака 53 рубля. То есть платит меньше, чем за бутылку дешевого вина.

Венесуэльцы к этому привыкли. Они убеждены, что именно так и должно быть в стране, в большом количестве добывающей нефть. И стоит правительству только заикнуться о небольшом повышении цен на бензин, как нация тут же принимает боевую стойку. Во время последнего такого повышения, еще в дочавесовскую эпоху, в стране вспыхнул бунт, который унес жизни нескольких сотен людей.

Сверхдешевый бензин дает возможность заработка всем, у кого есть хоть какое-то средство передвижения с бензиновым мотором. Не важно, что оторван бампер или нет сидений в салоне, в конце концов, можно поставить табуретку. Кандидат от объединенной оппозиции Росалес не очень уверенно обрисовал свою будущую политику по отношению к этим диким государственным субсидиям. И проиграл. Народ решил, что от добра добра не ищут.

Урок третий

Если нет общенациональной идеи, нужно обратиться к мировому опыту. А там — вечно живое учение Фиделя Кастро о социалистической революции. Смысл ее — в объединении Латинской Америки и противодействии агрессивной политике американского империализма. А также преступной глобализации.

Любой опытный политолог к этой пропаганде отнесется со скепсисом. «Венесуэла, если не считать ее энергетического сектора, никогда не была частью глобальной экономики, — говорит американец Фрэнсис Фукуяма. — Ее экономика основывается только на доходах от продажи нефти, а никаких других современных производств у страны нет». «Чавес не может быть Фиделем Кастро, — утверждает известный венесуэльский публицист Ибсен Мартинес. — Фидель, придя к власти, национализировал всю американскую собственность на острове, Америка объявила ему войну, и на ее гребне он стал лидером униженных и оскорбленных. А Чавес лишь на словах поносит американский империализм, хотя на самом деле тот кормит его. Экспорт нефти в США — главная статья национального дохода Венесуэлы».

Но антиимпериалистическая пропаганда — сильное оружие в борьбе за сплочение нации. Она проста и доступна. «Голосуй за Чавеса своей революционной сознательностью» — этот транспарант длиной в сотню метров вывешен снизу вверх вдоль колонны венесуэльского небоскреба в деловом центре Каракаса. Голосуй — не проиграешь. А «революционная сознательность» — это и деление активистов партии Чавеса «Пятая республика» на батальоны, роты, взводы (на Кубе в каждом квартале существуют комитеты защиты революции), и усиленная идеологическая обработка военнослужащих. Кубинский опыт очень пригодился Чавесу, чтобы исключить повторение военных переворотов, — братья Кастро лучше всех в мире знают, как добиться полного контроля над своими согражданами.

Урок четвертый

Не нужно без необходимости подтасовывать результаты выборов и накидывать удавку на прессу, если можно победить и без этого. О том, что во время избирательной кампании Чавеса не было подлога, единодушно заявили все иностранные наблюдатели. А что касается прессы и особенно телевидения, которое в Венесуэле, как и у нас, является «самым главным из искусств», то оно вполне может быть оппозиционным. В Венесуэле только один крупный канал— 8-й — находится в руках государства. Но я насчитал по крайней мере три таких же мощных телеканала, которые каждый день и каждый час «полоскали» Уго Чавеса за его призывы к построению «кастрокоммунизма», «дешевый популизм» и «распродажу национальных богатств страны».

И что произошло? А ничего. Чавес выиграл чисто. Все формальные признаки демократии соблюдены. Есть многопартийная система, есть реальная политическая конкуренция, есть свободная печать. Что вам еще надо, господа империалисты?

Немного личных впечатлений

В последний раз я был в Венесуэле в декабре 1998 года, еще до Чавеса. Каракас производил впечатление довольно ухоженной по латиноамериканским меркам столицы. В центре города было сравнительно безопасно, немногочисленные уличные торговцы торговали в основном сувенирами для туристов.

Сейчас многие центральные кварталы города превратились в восточный базар — президент Чавес разрешил всем желающим торговать всем, чем заблагорассудится. Уютный прежде бульвар Сабана Гранде, где раньше располагались небольшие магазинчики и ресторанчики, превратился в помойку. Резко возросла преступность (с 1999 года — на 67 процентов). По ее уровню Венесуэла вышла в лидеры среди 57 стран, в которых международные организации провели исследование, опередив даже самую «бандитскую страну» континента — Бразилию.

«Не садитесь в частное такси, могут убить, — предупредил одетый в костюм охранника служащий международного аэропорта. — У нас сначала стреляют, а уж потом выясняют, что у тебя в бумажнике». И тут же, дав совет, протянул руку за чаевыми: «У меня жена и пятеро детей, сеньор».

На следующий день после победы Чавеса на площади Симона Боливара в Каракасе выламывается старый негр, одетый, как и все сторонники президента, в красную майку. Он то ли пьян, то ли обкурился. Извиваясь, как эпилептик, негр хрипит про свою любовь к президенту Чавесу, Фиделю Кастро и социализму. Он будет петь до тех пор, пока цены на нефть не упадут и не обрушат деформированный дом, построенный «пожизненным» президентом Венесуэлы Уго Чавесом.