Игра на трупе

Хотел бы я полюбоваться на того любомудра, который придумал сначала издать ордер на арест Каддафи, а потом потребовать от него уйти подобру-поздорову. Прежде было одно из двух. Маркос, Мобуту, Менгисту, Иди Амин доживали или доживают свой век в изгнании спокойно, никто их ордерами не тревожил. Бокасса и Бэби Док сдуру вернулись. Одного уже порешили, другого скоро будут решать. Саддаму предлагали уехать и даже денег давали, но он пожадничал. Мубарак соглашался уйти, но не сразу. У египтян не хватило терпения. Его судят как раз сейчас.

Деваться полковнику было некуда. Он отстреливался до последнего патрона из золотого пистолета, который теперь демонстрирует журналистам ликующий повстанец, рассчитывая, между прочим, получить награду, объявленную за голову диктатора - миллион фунтов.

Обстоятельства его смерти неясны. Сообщается, что его автоколонну атаковали с воздуха самолеты НАТО, что при обстреле он был ранен в голову и обе ноги и спрятался в дренажной трубе, проложенной под дорогой. Оттуда его будто бы и вытащили. Он был еще жив, но вскоре скончался от полученных ран.

Труба хоть и большого диаметра, но залезть в нее тяжелораненый вряд ли способен. Допустим, его туда затащили соратники. Судя по первоначальным сообщениям, сдаваясь, он кричал: "Не стреляйте!". Другая версия: ни в какую трубу он не залезал, а поймали его сидящим в машине. Так, может, его все-таки добили?

Объявляя о смерти Каддафи, пресс-секретарь Национального переходного совета Ливии Махмуд Шаммам выразился так: "Это день подлинного освобождения. Мы всерьез собирались честно судить его. Но, похоже, Господь пожелал иного".

Аллах оказал большую услугу победителям. Ведь суд - это такая морока. Да и кто будет честно судить? После 42 лет диктатуры в Ливии разве остались квалифицированные юристы? Достаточно вспомнить суд над Саддамом, превратившийся в позорный балаган. Или посмотрим на суд в Каире. Бывший министр обороны Египта фельдмаршал Хусейн Тантави несет прямую ответственность за расстрелы демонстрантов на площади Тахрир, но он теперь глава государства, и судят не его, а Мубарака.

Помимо всего прочего, резолюция Совета Безопасности ООН отнюдь не предусматривает честный суд в Ливии - Каддафи следовало передать Международному уголовному суду в Гааге. Поэтому странно выглядит реплика Дмитрия Медведева, человека как-никак с юридическим образованием, который, еще не зная, что Каддафи мертв, сказал: "Что же касается персональной судьбы Каддафи, то ее должен решать ливийский народ".

Так что можно было ожидать трений по этому вопросу между Триполи и западными державами. Существовало компромиссное предложение: судить низложенного диктатора в Триполи, но по международным нормам. Такой процесс мог затянуться на месяцы, если не на годы. Живой Каддафи оставался бы центром притяжения для своих сторонников. Его присутствие, пусть и за решеткой, сильно осложнило бы национальное примирение. Он остался бы жить и после приговора: Гаагский суд к смертной казни не приговаривает. А теперь все шито-крыто, и можно дружно идти в светлое будущее.

Некоторые скажут, что нечего тут жалеть кровопийцу и разводить абстрактный гуманизм. Напомню, что термин "абстрактный гуманизм" придуман советским агитпропом в годы Большого террора. Но это так, к слову. Прекрасный поэт и знаток философии Алексей Цветков обращается в своем блоге к "собирательному скорбящему оппоненту", причем пост его о смерти Каддафи состоит из латинской цитаты из Шопенгауэра: Obit anus, abit onus - "Отошла старуха, свалилось бремя". Сварливый философ выразился так, когда умерла швея, которой он в приступе злобы нанес увечье и вынужден был по решению суда платить ей пожизненную компенсацию.

Цветков ссылается на аргумент Канта, который считал, что человека нельзя лишать жизни ни по закону, ни без, но ("взять бы этого Канта да за такие доказательства на Соловки") находит его несостоятельным в случае самообороны. Да, если Каддафи стрелял в своих преследователей, все вопросы снимаются. Но таких сведений у нас нет. Об этом ни в каких сообщениях не сказано. То ли у него патроны кончились, то ли затвор заклинило, то ли он действительно сложил оружие в безвыходном положении.

И наконец, убийственный довод: "Правильно ли я вас понимаю, полагая, что мне надлежит скорбеть о насильственном лишении жизни известного Андрея Романовича Чикатило, убившего и расчленившего более полусотни человек?"

Никто не призывает скорбеть. Не об этом речь. Чикатило уж во всяком случае был лишен жизни по суду. Для противника смертной казни и этот расстрел, разумеется, убийство, но мы сейчас не об этом, а о минимуме цивилизованного поведения в обращении с поверженным врагом. Если это победа свободолюбивого народа над тираном, то победители должны чем-то отличаться от побежденного в лучшую сторону. Алексей Цветков, несомненно, помнит, что Гомер осуждает Ахилла, глумящегося над телом убитого Гектора. Желающие могут полюбоваться на картину глумления над трупом Каддафи. Надо уважать смерть, в конце концов. Не покойника, а смерть как таковую.

Жалеть полковника, конечно, не приходится. Но и бурно радоваться как-то не получается. Беспокоит то, с какой непристойной легкостью стали мочить в сортирах. Недавно один из республиканских кандидатов в президенты США Рон Пол заявил, что ликвидация американским беспилотником в Йемене одного из главарей "Аль-Кайды" Анвара аль-Авлаки и его несовершеннолетнего сына может стать поводом для импичмента: погибшие - граждане США, и у президента нет права убивать их без надлежащей судебной процедуры. Но оказалось, еще в прошлом году двое экспертов Минюста настрочили записку, в которой утверждали, что такое уничтожение ничуть не противоречит Конституции.

Правительство бумагу тотчас засекретило, а Белый Дом теперь, ссылаясь на эту самую секретность, отказывается отвечать, кто же все-таки отдал приказ. В свое время Билл Клинтон извел всех юристов своими терзаниями. В конце концов он подписал директиву о ликвидации Осамы бен Ладена, но обставил ее такими ограничениями, что ЦРУ сочло за благо палить в белый свет как в копеечку, а то еще потом засудят - прецеденты бывали. А теперь такие вопросы решаются с легкостью необыкновенной.

Эти два бойких юриста пишут в своем заключении, что, мол, убийство противника на поле боя дозволено, будь он даже американским гражданином. Ну а сын-подросток как же? Старый казус, не правда ли: ладно вредную старуху убил, она чужой век заедала, а безвинную Лизавету-то за что? Вот тебе, бабушка, и obit anus.