ТРОТИЛ ПОД СУРГУЧОМ?

БОЛЕВАЯ ТОЧКА

ДОМОДЕДОВО Внешне в аэропорту «Домодедово» все спокойно. Только вот милиция какая-то недружелюбная. Да изредка проходят охранники с собаками. А так: встречающие, пассажиры… Все, как всегда. Перед входом улетающие выкуривают по последней...

ДОМОДЕДОВО

Внешне в аэропорту «Домодедово» все спокойно. Только вот милиция какая-то недружелюбная. Да изредка проходят охранники с собаками. А так: встречающие, пассажиры… Все, как всегда. Перед входом улетающие выкуривают по последней сигарете перед посадкой:

— Слышал, самолеты рухнули? — интересуется один.

— Да ладно. Не слышал… А что случилось?

— Точно не знаю. Ночью почти одновременно разбились два самолета. Один летел в Сочи, другой — в Волгоград….

— Ужас. Но с нами-то такого точно не случится.

А внутри самого аэропорта таких разговоров не услышишь. Люди ведут себя так, как будто ничего и не произошло. Наверное, боятся говорить об этом за несколько минут до вылета.

Около служебного выхода для персонала толпятся журналисты в надежде «выловить» пилота или хотя бы стюардессу. Из заветной двери вышла девушка:

— Я работаю стюардессой в авиакомпании «Сибирь» (именно этой компании принадлежал самолет, летевший в Сочи. — А.Л.). Мы все просто в шоке. Никто не мог даже предположить, что такое возможно. Мы, конечно, проходим специальную подготовку, чтобы знать, как себя вести в критической ситуации. Мы всегда обращаем внимание на людей, которые ведут себя «не так». Слишком нервничают, много жестикулируют или даже кричат.

Через несколько часов после трагедии представители аэропорта и авиакомпаний заявили, что среди пассажиров других рейсов никакой паники нет, билеты никто не сдает. Я решила подойти к кассе и узнать, можно ли сдать билет на завтрашний рейс.

— Могу я сдать билет на завтрашний рейс? Я очень боюсь лететь.

Девушка за стеклом приуныла:

— Можно.

— А вообще многие сдают сейчас билеты?

— Нет. Но многие звонят и просят отменить бронь.

Игорь Тихомиров, начальник отдела по связям со СМИ аэропорта «Домодедово», пообещал провести журналистов в багажный отдел, чтобы все могли убедиться, как тщательно проверяются чемоданы. Обещанного два года ждут. Никакой экскурсии так и не было.

В аэропорт «Домодедово» постепенно приезжают родственники погибших. Авиакомпании «Сибирь» и «Волга Авиаэкспресс» оплатили им перелет и проживание в гостинице. На территории аэропорта организован специальный центр для тех, кто потерял своих близких. Около небольшого здания — машин семь «скорой помощи», МЧС и медицины катастроф. Внутри — с десяток врачей и психологов. В зале почти на каждом кресле лежат бумажные салфетки… Но никто не плачет. За столиком с табличкой «Психолог» сидят две женщины и что-то тихо рассказывают. Их снимают камеры. Но никто не подходит близко.

Уже на улице я решилась подойти к одной из женщин. Ее дочь погибла в самолете, который летел в Волгоград. Единственное, что она смогла сказать:

— Я не верю…

Она не плакала. Она не кричала. Но у нее были такие глаза — она действительно еще не верила.

Центр помощи родственникам погибших начал работать в пять утра. К часу дня сюда приехали три семьи. Остальные должны были подъехать ближе к вечеру.

Как известно, на борту не оказалось шести человек, опоздавших на рейс. По словам Игоря Тихомирова, «это обычная практика — подобные опоздания случаются едва ли не каждый день. Если человек не появился за двадцать минут до отправки самолета, его багаж снимается с рейса». (По некоторой информации, этих шестерых «счастливчиков» сейчас ищет ФСБ.)

Есть версия того, как на борту могло оказаться взрывное устройство. По словам одной посетительницы аэропорта, год назад она отправляла самолетом посылку в Благовещенск. Делается это так: в грузовом терминале аэропорта за определенную плату можно оставить посылку — совершенно легально, даже с выдачей квитанции. После того как все пассажиры пройдут регистрацию и когда определена общая масса багажа, остается резерв килограммов в сто. Тогда одна из посылок по этому направлению — в порядке очереди — доставляется на борт. Без какого-либо досмотра. А в аэропорту назначения получатель подходит к своему грузовому терминалу, предъявляет паспорт (данные оставляет отправитель) и спокойно получает груз. Так что, возможно, взрывчатка попала на борт вообще бесконтрольно. Правда, Тихомиров все категорически отрицает, по принципу «этого не может быть, потому что не может быть никогда».

Удивляться нечему — система безопасности отечественных аэропортов вообще оставляет желать лучшего. Весной, когда я вылетала из Москвы в Варшаву, металлоискатель не среагировал. В польском аэропорту я была одета точно так же, но прибор показал наличие металла. При тщательном обследовании выяснилось, что причиной были кольцо, пирсинг и даже металлические застежки на ботинках. Почувствуйте разницу.

P.S. Около трех часов дня по московскому времени журналистам было сказано, что информации больше нет, и вход в информационный центр для них закрыли. В помещении остались родственники жертв катастрофы и врачи.

Как гласит пресс-релиз, вывешенный авиакомпанией «Сибирь», самолет Ту-154, потерпевший катастрофу, соответствовал техническим требованиям. В эксплуатации этот борт находился с 1982 года, налетал 30 751 час при ресурсе 37 000 часов. Капремонт этот борт прошел в 1993 году и после этого налетал 14 876 часов при норме 15 000 часов.

Также вывесили номер телефона для справок: 8-800 200 00 07.

Юлия ГОЛОБОКОВА

Досье «Новой»

Охранное предприятие «Ист Лайн Гард» было создано в 1996 году. Официальная сфера деятельности: услуги по охране заводов и фабрик, услуги телохранителей, личной охраны, услуги эскортирования и безопасной транспортировки ценностей, услуги охраны торговых и коммерческих помещений и владений. Главное владение, безопасность которого обеспечивает «Ист Лайн Гард», — аэропорт «Домодедово». Вернее, его внутренности: прилегающая территория — сфера компетенции ЛОВД.

Широкой общественности «Ист Лайн Гард» стала известна не столько благодаря высокому качеству услуг, сколько вследствие участия в скандально известном корпоративном конфликте. В мае 2002 года сотрудники ЧОПа захватили офис авиакомпании «Домодедовские авиалинии» (ДАЛ). Ссылаясь на определение суда от 8 апреля, охранники открыли доступ в офис авиакомпании новому гендиректору ДАЛ Андрею Маслову. Маслов представлял интересы компании «Ист Лайн Гард», которой, как нетрудно догадаться, охранное предприятие «Ист Лайн Гард» приходится «дочкой».