Думаете, это кризис? Нет, он еще впереди

Неопределенная определенность, или Как предсказать состояние российской экономики

Официальные прогнозы будущего экономики РФ можно назвать умеренно оптимистичными. Согласно базовому сценарию ЦБ РФ, во второй половине 2023 года экономика перейдет к росту. В 2024 году этот рост продолжится, а в 2025 году темп роста экономики стабилизируется в диапазоне 1,5–2,5%.

Правительство РФ в этом пока исходит из того, что спад составит не более 1%. Прогноз Минэкономразвития исходит из спада на 0,8%.

В последнем по времени докладе Международного валютного фонда (МВФ) о перспективах развития мировой экономики прогнозируется, что в 2023-м сокращение ВВП России составит 2,3% вместо сокращения на 3,5%, ожидавшегося ранее.

Все это можно считать хорошими прогнозами. Есть только одна проблема — эти прогнозы делали те же самые люди в тех же самых организациях, которые еще весной 2022 года обещали экономике РФ спад в 8–10%. Они ошиблись, это бывает. Но почему мы думаем, что они не могут ошибиться и во второй раз?

Невыносимая легкость управления

На самом деле прогнозировать состояние российской экономики и легко, и трудно одновременно.

Легко, потому что динамика экономики РФ — это производная от динамики цен на нефть и газ, а точнее — от динамики экспортной выручки, попадающей в страну. Растет выручка — растет экономика, падает выручка — экономика тоже идет вниз.

Почему для экономики РФ валютная выручка экспортеров так критична?

Дело не только в бюджетных доходах, но еще и в «давлении» на банковскую систему. Как это работает?

Если нефтедоллары текут в РФ рекой, то банки, даже не особо оглядываясь на ключевую ставку ЦБ, расширяют кредит, потому что знают: и экспортеры будут щедро платить подрядчикам, и правительство не будет гоняться за каждым рублем в кошельке у людей.

А вот если экспортных доходов не хватает, банки гораздо жестче подходят к кредитованию, опять же без оглядки на регулятор, потому что справедливо опасаются новых рисков — то ли власть кинется собирать налоги, то ли где-то/как-то пойдут задержки платежей… В общем, нет сырьевых валютных доходов — начинаются проблемы.

Но в чем тогда сложность прогноза в отношении экономики РФ?

В том, что, кроме валютных доходов, есть и расходы. В этом смысле

российская экономика похожа на бассейн с несколькими трубами — по большой трубе в страну вливается валюта в обмен на нефть и газ, а по маленьким трубам — эта же валюта выливается обратно.

Одна труба — отток капитала, другая труба — закупки промышленного оборудования, третья труба — закупка потребительских товаров. А динамика этих расходов очень сильно зависит от российского правительства, которое в общем может действовать практически бесконтрольно, руководствуясь собственными приоритетами. Как себя поведет правительство РФ — это всегда большой вопрос.

Весной 2022 года, выражаясь фигурально, российские власти закрутили кран на «потребительской трубе», а власти европейских стран закрутили кран на «производственной трубе» — и вот тут, даже несмотря на рекордный в этом году отток капитала (порядка $250 миллиардов, согласно последнему прогнозу ЦБ РФ), денег в распоряжении российской власти оказалось столько, что правительство щедро профинансировало приоритетные для себя отрасли — за счет этого и замедлился спад ВВП.

Загадки ВВП

Проблема здесь только в том, что рост/замедление спада ВВП по умолчанию воспринимается как рост/замедление спада благосостояния людей. Но это совсем необязательно!

Дело в том, что валовой внутренний продукт (ВВП) — это очень специфический экономический показатель. Фраза «строим дом — увеличиваем ВВП, ломаем дом — увеличиваем ВВП» в общем не так уж далека от истины. Очень упрощенно можно сказать, что ВВП — это сумма всех расходов всех субъектов экономики.

Если правительство начнет наращивать расходы, ВВП вырастет — но это совсем не значит, что вы станете лучше жить.

Например, строительство торгового судна — это и рост ВВП, и одновременно увеличение мультипликативного эффекта: ваш танкер или контейнеровоз будет ходить по морям-океанам, создавая новые услуги и тем самым увеличивая ВВП. А вот строительство военного корабля — тоже даст положительный эффект для статистики, но никакой новой добавленной стоимости этот корабль создать не сможет (хотя затраты на его содержание и эксплуатацию тоже будут записаны в «рост ВВП»). Тут есть и еще одно обстоятельство — рабочие, получившие зарплату на строительстве такого корабля, могут столкнуться с невозможностью потратить свои деньги — потому что все ресурсы ушли на производство товаров, нужных правительству (и записанных в статистику ВВП), а производство товаров, нужных людям, — «не получилось».

Для подтверждения этого тезиса достаточно посмотреть на предварительные данные Росстата (полностью итоги 2022 года можно будет подвести не раньше февраля, а то и марта).

Устойчиво растущие секторы — строительство (рост с 3,4% до 6,6% в годовом выражении), финансовый сектор (с 4,4 до 4,7%), сельское хозяйство (рост с 1,7% до 5%), а также госуправление и военная безопасность (рост с 1,1% до 3,4%). Также надо сказать о подъеме в обрабатывающей промышленности — в третьем квартале 2022 года она выросла с минус 4% до минус 2,4% в годовом выражении.

Но все это не трансформировалось в рост благосостояния людей. О чем свидетельствует спад в торговле. В российском ВВП по масштабу/весу оптовая и розничная торговля занимает второе место после обрабатывающего производства. Изменение розничной торговли в ноябре 2022 относительно прошлого года составило минус 7,5% г/г против снижения на 9,6% в октябре и 9,8% в сентябре. В целом розничный оборот за апрель–ноябрь 2022-го сопоставим с 2017 годом, но на 12% ниже 2014 года. На всякий случай: рост относительно 2008 года составляет всего 5,5% — другими словами,

потребление в РФ стабилизировалось на уровне «конца нулевых». То есть с точки зрения потребительской экономики весь хозяйственный механизм РФ полтора десятилетия крутился почти «вхолостую».

Стабилизация, но неустойчивая

И вот тут мы можем увидеть смысл происшедшего в экономике РФ. Люди, принимавшие решение об управлении российской экономикой, прекрасно знали ее слабые места и, оценив масштабы возможного спада, приняли единственно верное с их точки зрения решение — берем колоссальные нефтяные деньги и вливаем их в те сектора, которые гарантированно быстро покажут рост — хотя бы потому, что в этих секторах можно практически бесконтрольно завышать цены. А потребительской экономикой в этой ситуации придется пожертвовать — забирая из нее и ресурсы, и людей.

Люди, как справедливо рассуждает начальство, выкрутятся — выкручивались же они как-то предыдущие пятнадцать лет, выкрутятся и на шестнадцатый год.

Кстати, для того, чтобы испортить механизм потребительской экономики, заставляя людей экономить, не надо особо ничего делать с товарами и зарплатами: достаточно правильно припугнуть — и люди не пойдут в магазины. Люди делают покупки исходя из ожиданий своих будущих доходов, а не прошлых, поэтому, если, как объясняет ЦБ РФ, население и перешло на сберегательную модель поведения, то ни в какое светлое будущее экономики и своих доходов люди не верят — что бы там ни говорили социологам на опросах.

Не надо думать, что власти сильно ошиблись в прогнозах: прогноз для них — это инструмент. А вот какой прогноз на следующий год можно сделать точно? Такой, что состояние и облик экономики РФ определит:

• размер экспортных доходов,

• приоритеты власти в распределении этих средств.

«Российская экономика находится в состоянии неустойчивой стабилизации», считает руководитель направления Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования Дмитрий Белоусов:

«Проблемы, связанные с «санкционным шоком» в целом преодолены — но и импульс роста, связанной с дозагрузкой мощностей оборонной промышленности и с экспортом сырья по новым направлениям, — тоже исчерпан.

При этом и потребление населения, и инвестиции — в целом «стоят» (хотя картина на отдельных рынках и довольно прихотливая).

А об экспорте в условиях «войны санкций» и говорить нечего».

(Цитата из выступления Д.Р. Белоусова «Прогноз на 2023 год: сценарные развилки и возможные результаты» на заседании Секции управления экономикой «Перспективы развития российской экономики в 2023 г.». Центральный дом ученых, Москва, 22.12.2022.)

Вот так.

И в чем Дмитрий Белоусов абсолютно прав — российский экспорт сокращается. И как себя поведет в этой ситуации правительство, мы можем только предполагать…

Поэтому прогноз в отношении российской экономики будет простым — главные последствия кризиса у нас впереди.