Роман с камнем

Камнями удобно колоть орехи. Многие приматы именно для этого их и используют, некоторые еще разбивают камнями раковины моллюсков или панцири крабов. Вот и всё, пожалуй. Неудивительно поэтому, что внимание ученых привлекли чернополосные капуцины Sapajus libidinosus, обитающие в бразильском национальной парке Серра-да-Капивара, которые нашли камням куда более разнообразное применение [1].

Обезьяны не только раскалывают ими пальмовые орехи и семена, но и выкапывают с их помощью коренья, расширяют отверстие в стволе дерева или щель в камнях, где предположительно скрывается добыча, причем используют в этом случае по очереди камень и палку. Они явно выбирают камни, а не хватают первый попавшийся.

Самки капуцинов во время течки привлекают внимание самцов, бросая в них камешками с близкого расстояния. Счастливец, в которого попали, должен после этого, как честный капуцин, спариться с избравшей его самкой. Те предпочитают целиться в высокорейтинговых особей, хотя и не альфа-самцов.

Такое многоцелевое использование камней позволяет ожидать от капуцинов каких-либо инноваций в этой области, и ученые не ошиблись в своих предположениях. Эти обезьяны целенаправленно измельчают камни. Группа специалистов из Оксфорда, Университета Сан-Паулу и Университетского колледжа Лондона подробно описала их камнедробильную деятельность [2].

Капуцины орудуют кусками кварцита. Обезьяна выбирает крупный закругленный камень и, держа его двумя руками, с силой бьет по другому камню, вкрапленному в песчаник, как молотом по наковальне (рис. 1). Добытый кусок потом нередко используют как молоток. При этом образуется пыль, которую капуцины нюхают и лижут. Исследователи полагают, что обезьян интересует кремний как минеральная добавка и, возможно, растущий на камнях лишайник. Камнями орудуют преимущественно самцы, как совсем молодые, так и взрослые. Но если за дело берутся самки, у них получается не хуже.

Рис. 1. Молодой капуцин с камнем. Его орудие сломалось при ударе о другой камень. (Falуtico, Ottoni, 2016)

Капуцины используют свои камни многократно, поворачивают их так и этак. В результате поверхность наковальни покрывается отметинами и рубцами, а по краям молотков образуются сколы. Исследователи отмечают, что и молотки, и наковальни очень похожи на орудия, которые изготовляли гоминиды на заре каменного века (рис. 2). На изделиях древних гоминид сохранились следы неточных ударов, как и на камнях, по которым колотили капуцины. Но обезьяны не ставили перед собой цель заострить камень, они просто стучали по нему и достукались. Ученые исследовали 111 образцов, как только что отброшенных обезьянами, так и старых, найденных в ходе раскопок в национальном парке на глубине 40-50 см. Около четверти всех использованных камней составляют разбитые или сколотые каменные молотки. На всех находках следы неоднократных ударов и сколов характерной формы. Их, как и орудия гоминид, нельзя спутать со случайно разбившимися камнями. У капуцинов получаются даже тонкие пластинки с острыми краями и следами характерных сколов. Правда, никто не видел, чтобы они использовали их как режущий инструмент, заостренные пластинки продолжают измельчать.

Рис. 2. Камни, обработанные капуцинами (Proffitt et al., 2016)

Оказывается, примитивные каменные орудия можно изготовить, не имея особого, человеческого строения кисти и выдающихся умственных способностей. Отныне находка сколотых камней не может служить доказательством преднамеренного изготовления режущих орудий, если рядом нет других предметов, подтверждающих целенаправленную деятельность, например заостренных костей. Действия капуцинских каменотесов поддерживают существующую точку зрения, согласно которой изготовление и использование каменных орудий не является прерогативой рода Homo.

Однако капуцины парка Серра-да-Капивара находятся в исключительном положении: далеко не у каждой обезьяны оказываются под рукой кварцитовая галька и потребность ее раздробить. Могли ли освоить премудрость изготовления каменных орудий обезьяны, имевшие под рукой лишь камни да орехи? Ведь если колотить по ореху, можно случайно и по камню попасть — останутся следы, а возможно, и сколы.

Согласно последним находкам на западном берегу озера Туркана в Кении, на стоянке Ломекви-3 (Lomekwi 3), и более ранним находкам в Эфиопии, в районе Дикика (Dikika), примитивные каменные орудия использовали еще общие предки гоминид и шимпанзе, жившие более 3,3 млн лет назад. Мозгов у этих существ было не больше, чем у современных африканских человекообразных обезьян, поэтому шимпанзе могут стать моделью для изучения поведения изготовителей древних каменных орудий.

Ученые из Японии и Великобритании поставили серию экспериментов над шимпанзе Pan troglodytes, живущими в японском святилище Кумамото. Они работали с четырьмя взрослыми обезьянами (три самки и один самец), имеющими навык колки орехов [3]. Самки освоили эту премудрость глядя на других шимпанзе а самца обучил человек.

Обезьянам давали орехи макадамия которые обитатели святилища знают и любят. Это достаточно крупный орех диаметром 23-25 мм; чтобы его разбить нужно приложить силу около 2 кН. В качестве молотка и наковальни обезьян снабдили кусками кварцита и лавы (базальт и трахит) привезенными из Олдувайского ущелья.

Обезьяны разбивали орехи обеими руками: одной держали молоток, второй клали орех на наковальню. На камнях остаются следы, особенности которых зависят от того, бьет ли молоток по наковальне плашмя или под углом (рис. 3). Подобным образом выглядят камни которыми пользовались шимпанзе живущие на воле а также камни с помощью которых кололи орехи современные люди. На камнях остаются и сколы и следы от неудачных ударов.

Рис. 3. При колке орехов на поверхности камней возникают износы, различные по механизму образования: А) компрессия; В) компрессия и периферийный контакт; С) непосредственное взаимодействие

На каменные орудия из Олдувайского ущелья сделанные человеком умелым Homo habilis более 2 млн лет назад плоды обезьяньих усилий также похожи, но между ними есть существенные различия (рис. 4). Шимпанзе почти не совершенствуют свои каменные молотки: не заостряют сколы, не углубляют трещины. Гоминиды явно прилагали больше сил и мастерства. Даже если шимпанзе случайно удавалось получить тонкий скол, разница между ним и олдувайскими орудиями хорошо заметна. Обезьяны не стремятся к совершенству и механики процесса не понимают. У них другая задача — орехи колоть, для этого режущий край не нужен. А гоминиды своими орудиями соскребали мясо с костей и добывали костный мозг.

Рис. 4. Камни, оббитые при колке орехов разной формы (Arroyo et al., 2016)

Исследователи полагают, что между примитивными орудиями, которые получались от удара камнем по камню, и скалыванием тонких пластин существовал еще один технологический этап, пока не установленный. Глубокое изучение материальной культуры шимпанзе может помочь в интерпретации археологических находок и определении авторства каменных орудий. Таким образом, последующие работы будут посвящены исследованию каменных инструментов, изготовленных обезьянами, и сравнению их с изделиями гоминид.

Наталья Резник

1. Falуtico T., Ottoni E. B. The manifold use of pounding stone tools by wild capuchin monkeys of Serra da Capivara National Park, Brazil // Behaviour. 2016. 153. 421–442. doi: 10.1163/1568539X-00003357

2. Proff tt T., Luncz L.V., Falótico T., Ottoni E.B., de la Torre I., Haslam M. Wild monkeys flake stone tools //Nature. 2016 . 539 (7627). 85–88. doi: 10.1038/nature20112

3. Arroyo A., Hirata S., Matsuzawa T., de laTorre I. Nut Cracking Tools Used by Captive Chimpanzees (Pan troglodytes) and Their Comparison with Early Stone Age Percussive Artefacts from Olduvai Gorge // PLoS ONE. 11(11): e0166788. doi: 10.1371/journal.pone.0166788