Игра в кости

Правила примитивные: Ильина&Деникина – сюда, Ленина – туда. В результате потряхивания костями должно выпасть «21» — «правосл., самдерж., нардн.».

Я сам очень уважительно отношусь к могилам и не люблю дешевого ерничанья по поводу смертей. Шутки на эту тему кажутся мне вполне отвратительными и не смешными. Поэтому мне и не нравятся «грязные игры», описанные в первой фразе.

Главный игрун известен всем –

, «сервильный цирюльник». Фигаро здесь – Фигаро там, Фигаро здесь – Фигаро там, Фигароздесьфигаротам, Фигаро, Фигаро, Фигаро. Но здесь не просто его обычная болезненная страсть согреваться у начальственного бока и жажда «пить эфир» на ТВ. Нет, здесь еще и бизнес – а, согласитесь, любой бизнес на покойниках (кроме нормальных ритуальных услуг) предельно циничен.

Нет ровным счетом ничего странного в том, чтобы выполнить последнюю волю покойных философа и генерала (если, конечно, такая воля была ими высказана) и перезахоронить их на родине. Некоторый пиар вокруг этого дела неизбежен, и тоже не является циничным – все-таки известные имена, некоторое событие.

Блуд на костях начинается тогда, когда эти кости – словно в магазине – начинают сортировать. Кости «идеологически грязные» и «идеологически чистые». Кто судья в этом деле? Тот же Михалков (какие-нибудь полномочия – кстати, кто тут вправе выдавать полномочия? - он предъявил?) и «группа примкнувших товарищей».

«Идеологически грязные» кости не только у Ленина, но, скажем, и у Бердяева. Оказывается, он не то не выражал желания быть похороненным в России, не то вообще «костью не вышел» — недостаточно првсл., смдрж., нрдн. Ильин и Деникин – достаточно, Бердяев – нет, ну а бес-Ульянов, само собой понятно…

Я не вдаюсь в обсуждение подробностей жизни и удивительных приключений – физических и духовных – всех названных персонажей. Это отдельная тема, не для журнальной статьи, об этом написаны библиотеки и еще будут написаны. К сегодняшней «игре в кости», все это не имеет никакого отношения.

сортировали персонажей русской истории на «своих» (идейно близких) и «чужих». Теперь этим изо всех сил стараются заняться их наследники - «державно озабоченные граждане», из которых наиболее известный, наиболее вменяемый (и потому наиболее циничный) все тот же Михалков. Как говорится, «он родился на Николиной горе – и это многое объясняет». Тут же и генерал Полтавченко. Что же за буйство такое овладело генералом? Покушаться на прах бывшего царя (Ленина) – это же грубейшее нарушение чинопочитания. Так, может, генерал-то – карбонарий? Может, его подменили?

Нет, все в порядке. Все конечно же делается «под власть», в полной уверенности, что власть одобрит и подбодрит (в том числе и материально).

Оно и в самом деле – why not?

Излишними комплексами в отношении истории и человеческой души власть не озабочена – это не ее дело. «Охранительные инстинкты» у нее вполне развиты. Эти смутные, но сильные инстинкты наталкивают власть на мысль, что для легитимности ей бы не помешало «идеологически благородное» происхождение. Отшвырнуть подальше Ленина – хоть и создал новую монархию, а все же революционер, бес, ну его в болото с его красной монархией. Нет, нам по душе нормальные, белые цари, чтоб так уж, знаете, по-царски, чтоб и перед Бушем с Шираком не стыдно… Вообще происхождение от монархии, того самого «првсл., смдрж., нрдн.», — чего уж лучше, легитимнее и на вкус приятнее? Власти объяснили, что те же Деникин и Ильин (насколько известно, кстати, отнюдь не монархисты!) в этот ряд вписываются – вот и чудесно, тащи сюда, а неблагонадежные кости – отсюда…

Переписывание истории – нормальное дело. Историческая наука и сводится к этому переписыванию. Кончится «переписывание» лишь тогда, когда кончится всякий интерес к истории. Абсолютно ненормально другое: появление единственно в оценке истории избранной (начальством) системы координат, правильной (= патриотически-государственной) позиции. Наличие такой позиции – тоже один из элементов (столпов!) русской истории. Один из тех элементов, которые всегда терли шею думающим людям в России – и чем сильнее терли, тем жестче власть затягивала идеологический воротник. Похрипите, господа, для нас этот ваш хрип – самый лучший и сладкий государственный гимн. Михалковский гимн 90-градусной крепости.

Пусть в мире покоятся на своем (ими избранном или исторически возникшем) погосте – Ильин, Деникин, Бердяев, Ленин, Сталин, Троцкий, Пушкин, все Толстые и миллионы других деятелей. Пусть им кланяются, пусть их проклинают, пусть на них молятся, пусть предают анафеме. Но только, Бога ради! – пусть это каждый делает по собственному желанию, на свой лад, страх и риск, а главное, пусть в это дело не лезет с ногами власть. Ее задача – принимать (пилить) бюджеты и не заниматься идеологией. Пилите бюджеты – и предоставьте историкам хоронить своих мертвецов. И не надо ссылок на то, что «а вот и в Америке власть занимается идеологией». У них свои традиции «защиты демократии», у нас свои традиции «борьбы против демократии». Так что традиция «идеологически правильной власти» у нас сильно отличается от «идеологически правильной власти» у них. У них по традиции президенту положено задавать неприятные вопросы, а у нас по традиции положено давать неприятные сроки за задавание таких вопросов – «а ты не… да, не воруй, вражина!».

И еще отдельное робкое пожелание… Конечно, гражданин Михалков, свободный человеко-художник в свободной стране имеет полнейшее право на свой вкус сортировать любые кости. Но как было бы хорошо – мое личное мнение, — если бы он нашел для прогулок какой-нибудь иной закоулок…