Не там ищете

Зачем за 110 миллионов долларов создается новый национальный поисковик при живых «Яндексе» и Google

Об идее национальной поисковой системы (НПС) в интернете, поддерживаемой государством, заговорили весной этого года, когда в Сеть просочились данные о проекте, обсуждаемом в Минкомсвязи. Идея якобы была выдвинута замглавы администрации...

Об идее национальной поисковой системы (НПС) в интернете, поддерживаемой государством, заговорили весной этого года, когда в Сеть просочились данные о проекте, обсуждаемом в Минкомсвязи. Идея якобы была выдвинута замглавы администрации президента Владиславом Сурковым еще в 2009 году. Пожалуй, нет другого проекта, который был бы покрыт такой таинственностью, — число «неназванных источников информации» и безымянных «экспертов» в СМИ на эту тему зашкалило все разумные пределы. Атмосферу подогревают регулярные отказы ведущих поисковых компаний («Яндекса», Mail.ru и др.) комментировать слухи о проекте. Добил всех министр связи Игорь Щеголев, почему-то заявивший на экономическом форуме в Твери, что у государства вообще нет планов создавать собственный поисковик.

В середине июля тема НПС в СМИ и на ведущих интернет-площадках вспыхнула с новой силой — благодаря газете «Ведомости», опубликовавшей опять официально не подтвержденный, но достоверный факт о том, что некое рекрутинговое агентство пытается переманить сотрудников ведущих компаний для работы над новым поисковиком. А 14 июля «Газета.ру» публикует информацию о проекте, основанную на попавшей ей в руки презентации Минкомсвязи, разработанной вроде бы еще в марте.

Согласно ей, на проект до конца года планируется потратить 200 млн рублей на подготовку «работающего прототипа», еще 1 миллиард запланирован на 2011 год (на промышленную отладку). Всего проект оценивается приблизительно в 3 с лишним миллиарда (около 110 миллионов долларов).

В НПС предполагается все «по-взрослому»: своя почта, искусственный интеллект при анализе запросов, персонализированный поиск и автоперевод ресурсов на других языках. Исходя из поставленных задач, эксперты оценивают сумму $100 млн как небольшую, а заявленные сроки разработки — крайне сжатыми.

В кругах специалистов наибольшую интригу, особенно в связи с публикацией в «Ведомостях», вызывает команда, которая все это будет делать. Таких команд в стране (да и в мире) немного, и все они известны. Еще весной распространился слух, что к проекту намереваются привлечь компанию «Ашманов и партнеры» (АиП), но в результате она выпала, и по очень интересной причине. Источник «Новой» (увы, тоже по необходимости безымянный) подтвердил ходившие по Сети слухи, что АиП предложили продать блокирующий пакет в 51% государству. В компании были «даже не против продать 26% и место в совете директоров, но требование было — контроль. Проект и сам по себе стрёмный, а за стрёмные госденьги сажать себе хозяев на голову, когда мы свободны, — извините», — говорит источник.

Наверняка к ведущим командам, имеющим собственные поисковые системы, даже не подходили: тому же «Яндексу» — он имеет около 60% процентов рынка — нет никаких причин разрушать собственный успешный бизнес. Поэтому делать это будут близкие к теме, но непрофильные компании — КМ.ру и ABBYY, очевидно, дополненные профильными специалистами. Ни одна из этих компаний официально факт своего участия в проекте также пока не комментировала.

Создается впечатление, что у самих инициаторов проекта есть большие сомнения в его осуществимости и вообще целесообразности. На российском рынке сейчас имеются две доминирующие системы — «Яндекс» и иностранный Google, а также еще три-четыре, готовые в случае чего немедленно занять место лидеров, — «Рамблер», Mail.ru, Microsoft Live Search и др. В такой ситуации создавать и выводить на рынок «с нуля» совершенно новую систему может либо тот, кто заранее готов выкинуть деньги на воздух, либо тот, кто хорошо знает, что делает. Вот насчет последнего внутри властных структур, видимо, и разногласия.

На самом деле ответ на вопрос: «Зачем это нужно?» — вытекает из того, что сама идея НПС возникла у властей после конфликта с Грузией, когда они обнаружили, что в первых строках поиска хоть по «Яндексу», хоть по Google на запросы по грузинской теме возникают отнюдь не официальные источники. Так что декларируемая цель — получить «безопасный» поисковик, свободный от порнографии, экстремизма и всяческих «оптимизаторов», — лишь прикрытие политических интересов. Присутствие государства в ведущих медиа (в ТВ и печати) уже обеспечено, а к моменту, когда интернет начнет доминировать во влиянии на публику (2015—2018-е годы), неплохо было бы иметь свои карманные интернет-ресурсы: социальные сети, интернет-СМИ, видеохостинги, ну и, конечно, поисковую систему.

Но просто поиметь НПС, даже самую технологически передовую, мало: надо обеспечить ей реальную популярность — согласно той самой презентации, планируется охватить 50% пользователей, что задача запредельно сложная. Рядовой конкуренцией это не обеспечишь: в идеальном случае с кучей денег, затраченных на рекламу и раскрутку, вытеснение лидеров будет происходить долгие годы. И не факт, что вообще будет: неизбежные фильтры, защищающие пользователя от «вредного» контента, могут скорее отвратить, чем привлечь клиента.

Потому для быстрого завоевания рынка остается лишь задействовать административный ресурс. Один из наиболее мягких сценариев заключается в обязательном внедрении НПС в бюджетных организациях (учебных заведениях, больницах, властных структурах и пр.), а через это завоевание большой части еще не охваченной Сетью аудитории.

Хуже, если к такому сюжету будет добавляться прямое давление на коммерческие компании. Такие методы прилично отработаны, выдумывать тут ничего не надо: взять, к примеру, и закрыть с помощью прокуратуры дата-центр «Яндекса» на пару недель «за экстремистские высказывания посетителей форума»…

Ну а крайний сценарий, когда успех государственной НПС обеспечен заведомо — создание аналога «Великого китайского файрвола». Для начала надо поставить всех в равное положение, создав свод обязательных фильтров на ресурсы и их содержимое. Затем периодически обрушиваться на частные и иностранные компании за неизбежные случаи несоблюдения правил и постепенно вытеснять их на периферию. Заметим, что полной аналогии с историей противостояния Google и китайских властей тут не будет: во-первых, там никто не гнобил китайский Google специально; во-вторых, китайскому населению глубоко до лампочки, будет у них работать Google или нет. А у нас такие меры вполне могут привести к политической перестройке власти в сторону реальной диктатуры — той власти, которая сейчас успокоительно декларирует свою приверженность интернет-свободам, и даже отчасти действительно их соблюдает…