Владимир Гельман: Искусство быть неустранимым

Среди тех, кто наблюдает за взаимоотношениями между российскими властями и режимом Лукашенко, популярно мнение о том, что поскольку утративший легитимность Л. постоянно обманывает российские власти, они хотели бы от него избавиться, заменив кремлевским лоялистом. Да, сейчас заменить Л. некем, но скоро Кремль подготовит нужного кандидата, и вот тогда заменит им Л. Склонен полагать, что это мнение неверное, поскольку не учитывает важного аспекта - любой лоялист не-Л. для Кремля еще хуже, чем Л. В силу персоналистской природы режима Л. сменивший его лоялист будет, скорее всего, намного слабее с точки зрения монополизации механизмов контроля и гораздо более зависимым от разных агентов (среди которых Кремль не будет единственным). Такое развитие событий для Кремля выглядит рискованным, поскольку от такого не-Л. непонятно, чего можно ожидать (чего можно ожидать от Л., более-менее понятно, даже если Л. Кремль совсем не устраивает).

Да, в высоко институционализированных коммунистических режимах Восточной Европы Советский Союз мог пойти на то, чтобы менять одних партийных руководителей на других без особого для себя ущерба - от того, что в ГДР Ульбрихта сменил Хонеккер, для СССР менялось не так уж много. Но уже за пределами социалистического лагеря, где персонализм рулил в полный рост, советским руководителям приходилось порой терпеть совсем уж никудышных союзников, которые вели себя по отношению к своим тогдашним спонсорам ничуть не лучше, чем Л., постоянно их кидали и разводили, а попытки СССР вмешиваться в эти процессы и менять одних своих зарубежных клиентов на других порой оборачивались провалами. В итоге, не испытывая никаких иллюзий в отношении зарубежных союзников, СССР вынужден был их терпеть и спонсировать вплоть до времен перестройки, а те, в свою очередь, освоили искусство быть неустранимыми и умело им пользовались в своих интересах. А поскольку "хороший Советский Союз" выступает нормативным идеалом для Кремля, то осмысление этого опыта также подает сигнал о том, что "от добра добра не ищут", даже если это "добро" оказывается высоко токсичным.

Источник