Original Material
Искусство открывать люки
Проникнуть в корпус лодки норвежским водолазам оказалось легче, чем добиться от российских военных достоверной информации о состоянии "Курска"
Заместитель командующего северным флотом вице-адмирал Владимир Доброскоченко (на переднем плане) следит за ходом спасательной операции. (Фото: Владимир Сергеев)
Норвежская компания Stolt Offshore, которая проводила спасательную операцию в Баренцевом море, ведет переговоры с российской стороной. Обсуждается возможность поднятия "Курска" и извлечения из лодки тел погибших. "Разработка проекта может занять несколько месяцев. По-видимому, сама операция может быть осуществлена не ранее будущего лета", – заявил представитель компании Stolt Offshore Джулиан Томсон.
Впрочем, не исключено, что достать тела так и не удастся. Лодка, где остались взрывчатые вещества, вышедшие из строя приборы и два ядерных реактора, представляет собой реальную угрозу для жизни водолазов. "Нужно признать, что запускать их туда слишком опасно", — сказал Томсон. Чтобы поднять лодку, вес которой составляет около 20 тыс. тонн, компании нужны новый корабль, оборудование и более многочисленная группа водолазов. Кроме того, для проникновения внутрь "Курска" команда Stolt Offshore должна обладать полной информацией о технических деталях лодки и ее конструкции. Подобную информацию российские военные предоставлять не склонны.
Стремление скрыть или даже исказить необходимую информацию проявилось в ходе самой спасательной операции, которую норвежский глубоководник Йон Аре Хвалби оценил как технически несложную. "Опасность могла представлять радиация, но после того, как ее уровень был замерен и стало ясно, что фон в норме, мы сразу же погрузились. Что касается подводных течений и плохой видимости, то они не сильно отличались от того, к чему мы привыкли в Северном море". Между тем над водолазами, которые обследовали "Курск", используя подводные видеокамеры, был установлен жесткий контроль военных наблюдателей, находившихся на борту "Сиуэй Игл". Спасателям было разрешено обследовать ограниченное пространство вокруг девятого отсека, приближаться же к носовым отсекам "Курска" было запрещено.
В какой-то момент вице-адмирал Эйнару Скоргену, координировавший операцию с норвежской стороны, заявил, что спасательная операция будет прекращена, если российские военные не пойдут на более тесное сотрудничество и обмен информацией.
"Царил всеобщий информационный хаос. На нас обрушили такое количество ложных или искаженных сведений, что это угрожало безопасности наших водолазов",— сказал Скорген. Особенно он подчеркивает тот факт, что ранее русские заявляли о том, что задний люк "Курска" разрушен, а подводные течения не позволяют продолжить операцию спасения. "Абсолютная ложь, и я заставил русских это признать", — говорит Скорген. Вице-адмирал был сильно огорчен и версиями о возможном участии в гибели "Курска" норвежской субмарины: "Это все пропаганда для внутреннего употребления. У Норвегии не было подводных лодок в этом районе с тех пор, как я был еще лейтенантом, а это было очень давно".
Но упреки норвежцев все же были услышаны. После личных телефонных бесед с командующим Северным флотом Вячеславом Поповым Скорген наконец-то добился согласованных действий, без которых операция была невозможна. Отношения между партнерами сейчас можно охарактеризовать как близкие и доверительные. Правда, для семей погибших это слабое утешение.
Осло