Original Material
Повторный наезд
Стремясь восстановить утраченное влияние на Кремль, Борис Березовский использует совершенно новые для себя методы политической борьбы
Вдруг обнаружилось, что власть принимает решения вопреки Березовскому, без его участия и без учета его мнения о вероятных последствиях. И он ушел в оппозицию. "Я не могу быть марионеткой, играя в спектакле, который кто-то срежиссировал, мне не нравится эта режиссура", — объяснял экс-депутат причины своего демарша. (Фото: Олег Иванов)
Борис Березовский покинул Государственную Думу, чтобы, по его собственным словам, "не участвовать в развале России и установлении авторитарного режима". Он отказался от депутатской неприкосновенности, чтобы "играть на равных вместе с другими олигархами", оказавшимися в опасности ввиду "проводимой государством кампании против российского бизнеса". И объявил об уходе в оппозицию Кремлю. "Сегодня назрела необходимость создания конструктивной оппозиции власти. Сегодня сотни тысяч людей понимают опасное направление развития власти и понимают, что власть надо ограничивать, — заявил Борис Абрамович, покинув зал заседаний нижней палаты. — Я не хочу оперировать в терминах партия—не партия. Я констатирую, что элиты консолидируются безумными действиями властей. Другой вопрос — есть ли у них воля для совместных выступлений против власти".
Собственно, в намерении Березовского уйти в оппозицию Кремлю и состоит главная политическая новость прошлой недели. А сложение с себя депутатских полномочий не более чем эффектный ход, призванный привлечь внимание к персоне Березовского и продемонстрировать серьезность его намерений.
Лишенный влияния
В конце мая, когда Борис Березовский опубликовал открытое письмо президенту Путину с жесткой, но при этом чрезвычайно четкой и аргументированной критикой кремлевской реформы федеративного устройства, большинство аналитиков восприняло это как элемент сложной игры, которую затеял сам Кремль. Таким образом противников президентских инициатив как бы ставили перед нелегким выбором: либо согласиться с путинской концепцией, либо оказаться в одной компании с Березовским, что для значительной части политической элиты просто неприемлемо.
Однако события последних двух месяцев все более убедительно свидетельствовали: Кремль играет в одну игру, а Березовский — в другую, в которой Борис Абрамович открыто выступает против президентской команды. Не без его участия губернаторы сорвали стремительное утверждение президентского "федеративного пакета". А на прошлой неделе кремлевские технологи были готовы к тому, что Совет Федерации наложит вето и на вариант согласительной комиссии законопроекта о формировании верхней палаты.
Тем временем из информированных источников, в первую очередь в Кремле, приходила информация, свидетельствующая о том, что Борис Березовский утратил главный свой капитал, то, чем он гордился и бравировал, что с таким трудом создавал: влияние на президента страны. Поверить в это было тем более трудно, поскольку Борис Абрамович был одним из сценаристов, а затем и режиссеров-постановщиков кампании "Путин — наш президент", кроме того, руководство кремлевским аппаратом по-прежнему осуществляет Александр Волошин, чья репутация одного из близких конфидентов теперь уже бывшего депутата все-таки строится на том непреложном факте, что блистательная карьера главы администрации начиналась именно в торгово-финансовой империи Березовского. Наконец, не лишне упомянуть, что один из ближайших партнеров Березовского Роман Абрамович числится среди фаворитов Владимира Путина. И тем не менее вдруг обнаружилось, что власть принимает решения вопреки Березовскому, без его участия и без учета его мнения о вероятных последствиях. Поговаривают, что даже о крупнейших стратегических операциях — наступлении на губернаторов и атаке на крупный бизнес — он будто бы узнавал из телевизионных выпусков новостей.
Складывается впечатление, что Борис Березовский совершил две серьезные ошибки: он переоценил надежность и преданность своей креатуры Александра Волошина и, наоборот, недооценил пробивную силу и тесные связи с главой государства питерских чекистов, которых привел за собой в Кремль Владимир Путин.
Сотрудники президентской администрации, считавшиеся чуть ли не марионетками Березовского, решили играть в собственную игру. Волошин, судя по всему, уверовал, что за минувший год он приобрел немалое влияние на Владимира Путина, так что теперь его позиции значительно упрочились и он может забыть о том, кто привел его в Кремль. Александр Стальевич действительно сумел сформировать в глазах патрона образ незаменимого администратора, готового выполнить любое указание, не обременяя президента лишней информацией о возможных сопутствующих проблемах и тем более о вероятных негативных последствиях.
Питерские чекисты, ведомые секретарем Совбеза Сергеем Ивановым, конечно, не могут претендовать на роль блестящих администраторов. Да они к этому и не стремятся. Их преимущество в том, что Путин им безгранично доверяет. Они не просто его соратники, однокашники и единомышленники. Они еще и старые, проверенные временем друзья. Наконец, они единственный и главный кадровый ресурс главы государства. И с этим в первую очередь связано их все возрастающее влияние на политику, проводимую президентом. Эти старые корпоративные привязанности Владимира Путина Березовский и недооценил. Теперь ему предстоит вступить в единоборство как раз с этой частью президентской команды.
Березовский привык управлять политическими процессами, манипулировать высокопоставленными чиновниками, добиваясь таким образом принятия требуемых решений. На прошлой неделе он выступал часто и наговорил много. Но в потоке заявлений и высказываний есть пассажи, как представляется, проливающие свет на истинные мотивы предпринятого маневра: "Я не могу быть марионеткой, играя в спектакле, который кто-то срежиссировал, мне не нравится эта режиссура".
Судя по всему, план Березовского включает два этапа. Для начала предполагается продемонстрировать президенту Путину, что не все подвластно желанию главы государства, что в стране есть достаточно мощные и влиятельные политические силы, способные эффективно и успешно сопротивляться воле Кремля. И это уже случилось при рассмотрении закона о формировании Совета Федерации. Следующая задача чрезвычайно амбициозна и трудновыполнима: вернуться в элитный клуб политиков, обладающих доступом к выработке важнейших политических решений не по должности, а вследствие личной близости к главе государства. Причем вернуться уже в новом качестве: в качестве представителя силы, вновь оформившейся и вновь заявившей о своих правах и властных притязаниях. Действительно силы, а не партии или группы влияния.
По этому случаю примечательная дискуссия развернулась на страницах еженедельника "Власть", принадлежащего Борису Березовскому вместе со всем издательским домом "Коммерсантъ". Заместитель руководителя кремлевской администрации Владислав Сурков в интервью журналу предположил, что "Березовский хочет заварить кашу, а потом прийти куда-нибудь совсем наверх и сказать: "Ну, что вы будете делать с этой кашей? А ложка-то у меня!"
Сам Борис Абрамович решительно отметает обвинения в том, что он "заваривает кашу" исключительно для сохранения собственных позиций. На первом плане у него интересы общества в целом. В своей статье он утверждает: "Лидерство не важно, важно, что десятки миллионов людей делают то, что я предлагаю. Все политические проекты, которые я представил обществу за последние годы, состоялись: выборы президента 1996 года, идея создания "Единства", поддержка Путина в 1999 году".
Собиратель обиженных
Во имя восстановления былого могущества и влияния Борис Абрамович использует совершенно новые для себя методы политической борьбы. Он собирает вокруг себя губернаторскую элиту. Он ведет работу в Думе, по слухам, пытаясь сформировать в нижней палате дружественную себе фракцию из депутатов-одномандатников. Экс-парламентарий намерен собрать в один кулак и все имеющиеся в его распоряжении информационные ресурсы.
На прошлой неделе стало известно о создании нового медиа-холдинга во главе с бывшим первым заместителем руководителя кремлевской администрации Игорем Шабдурасуловым. Под одну крышу предполагается собрать ОРТ, ТВ-6, издательский дом "Коммерсантъ", "Огонек", "Независимую газету". Впрочем, с ОРТ, главным информационным оружием новой корпорации, могут возникнуть проблемы, поскольку частные акционеры контролируют менее половины акций телекомпании, а большая часть принадлежит государству. И Кремль может воспрепятствовать реализации подобного прожекта. "Тогда мы просто передадим создающемуся предприятию право управлять частью акций ОРТ", — решительно объявил Березовский.
Надо думать, что в ближайшее время Борис Абрамович возьмется за консолидацию деловой элиты. Последнее, впрочем, будет не просто, поскольку крупные отечественные предприниматели склонны тешить себя иллюзиями, что рано или поздно им удастся "на индивидуальной основе" договориться с властью о мирном сосуществовании, и в одиночку каждый из них сможет, используя старые связи, выторговать себе амнистию. "Но даже если большинство осознает реальную угрозу, нависшую над ними и их бизнесом, консолидации не произойдет, если не будет консолидатора, — уверял корреспондента "Итогов" политический советник руководителя одной из крупных отечественных компаний. — На сегодняшний день эту роль консолидатора может выполнить только один человек — Березовский". Его не любят, более того, его считают воплощением зла. И тем не менее, несмотря на его репутацию злонамеренного манипулятора, значительная часть отечественных финансистов и предпринимателей отдает должное организаторским и комбинаторским талантам Бориса Абрамовича. Наконец, все прекрасно помнят, как именно Березовский усадил капитанов российского бизнеса за один стол в Давосе в 1996 году. Впрочем, тогда крупный капитал объединялся вокруг власти, а не для борьбы с ней.
На прошлой неделе задача Березовского усложнилась — напряженность во взаимоотношениях бизнеса и правоохранительных структур несколько уменьшилась. Возможно, Кремль распорядился не трогать предпринимателей до их встречи с президентом, намеченной на 28 июля. Потому прокуроры продолжали планомерное наступление лишь на "Медиа-Мост": в минувшую среду следователи по "делу о "Русском видео" после очередного допроса главы холдинга Владимира Гусинского вынесли постановление о досудебном аресте его имущества и уже вечером того же дня в загородный дом бизнесмена явились сотрудники прокуратуры и ФСБ. На прошлой же неделе к работе с холдингом подключились и налоговики: в четверг представители налоговой полиции посетили офис компании в Большом Палашевском переулке с намерением "проверить документы, подтверждающие своевременность, полноту и правильность уплаты налогов и платежей в бюджет и внебюджетные фонды компанией "НТВ-плюс" за период с 1997 года по первый квартал 2000 года". И это при том, что меньше месяца назад аналогичную проверку провели налоговые инспекторы. Надо думать, что активность фискалов вызвана недавним письмом Генпрокуратуры, в коем содержалась рекомендация налоговым службам провести детальную проверку деятельности "Медиа-Моста".
Впрочем, большинство коллег Гусинского по бизнесу и ранее не склонны были рассматривать прокурорские атаки на медиа-холдинг как признак наступления власти на частный бизнес. Из разговоров как с непосредственными руководителями крупных финансово-промышленных групп, так и с их советниками складывается впечатление, что непрекращающееся давление на "Мост" воспринимается как сведение счетов Кремля с неудобным политическим оппонентом.
Ва-банк
Развернув наступление на Кремль, стремясь собрать вокруг себя обиженную новой властью деловую и региональную элиту, Борис Березовский не только хочет вернуть утраченное влияние на президента. Он стремится сменить имидж. Вступив в противостояние с властью, экс-депутат желает предстать человеком с государственным мышлением, озабоченным судьбами России, бесстрашным и бескорыстным борцом за свободу и демократию в глазах российской и западной общественности (а последнее может быть для бывшего депутата куда более существенно, поскольку на Западе к Борису Абрамовичу прочно приклеился ярлык "крестного отца русской мафии"). Впрочем, реализовать эту масштабную задачу может оказаться много сложней, чем консолидировать элиты.
Чтобы, не дай бог, кто-нибудь не подумал, что он всего лишь пытается спасти свой бизнес или избежать уголовного преследования за прошлые дела, Березовский охотно говорит о своем видении политических и экономических реформ в стране. Он даже от неприкосновенности отказался. "Ну просто русская Анджела Дэвис, а не олигарх", — язвительно заметил один кремлевский чиновник.
Теперь дело за малым — одолеть путинских соратников-чекистов. Они, может, и не мастера плести сложные политические интриги. Зато преисполнены решимости обрушить на противников и критиков режима всю мощь административной машины, не особенно стесняя себя писаными, а тем более неписаными правилами политического общежития. И прессу, и оппозицию они готовы терпеть только карманную.
Игра, затеянная Березовским, более чем опасная и рискованная. Финал ее сейчас мало кто возьмется предсказать. Однако хорошо известно, что Борис Абрамович любит риск — во-первых, потому, что репутация отчаянного политического смельчака и бретера воспринимается им как форма общественного признания и даже своеобразная слава, а во-вторых, он отлично знает, что высокорисковые операции приносят самые большие дивиденды.