Джедай нам днесь

Едва ли не все эталонные пеплумы 50-х — начала 60-х годов вроде «Десяти заповедей» или «Царя царей» имели черно-белых и немых предшественников. Не стал исключением и «Бен-Гур»: впервые родовитый иерусалимский иудей из канонического романа Лью Уоллеса появился в кино еще в 1907 году — на целых 15 минут. После этого фильмы о нем выходили в 1925 и 1959 годах, а в наше время Бен-Гур переселился на малый экран, став героем мини-сериала (2010) и двух мультфильмов (1988 и 2003). В последнем, к слову, заглавный персонаж говорил голосом Чарльтона Хестона, величайшего Бен-Гура всех времен и народов из экранизации Уильяма Уайлера.

«Бен-Гур»-59 покрывал на голливудской карте того времени пространство, сравнимое с масштабами владений Римской империи образца I в. н.э. Фильм получил 11 «Оскаров» из 12 возможных, и рекорд этот оставался непобитым сорок лет — до выхода «Титаника» (кстати, если сравнить кассовые сборы с учетом инфляции, изменения цен на билеты и прочих усушек-утрусок, то «Бен-Гур» отстает от суперблокбастера Джеймса Кэмерона не так уж и фатально). Почтеннейшую публику завалили беспрецедентной лавиной сопутствующих товаров: игрушечные мечи, тоги и туники, тематическая бижутерия, махровые полотенца и шоколадные наборы, а также тысячи экземпляров переизданного в мягкой обложке романа Уоллеса, по такому случаю окончательно утвержденного в статусе высшего достижения англоязычной христианской беллетристики. А в городке Калвер-Сити, где располагались студии MGM, день премьеры, 24 октября, был официально провозглашен местным праздником — Днем Бен-Гура.

Так что Тимуру Бекмамбетову, взявшемуся заново рассказать «историю Христа» (именно такой подзаголовок носили и роман Уоллеса, и все предыдущие экранизации; новый «Бен-Гур» — первый, обошедшийся без него), пришлось иметь дело не просто с очень значительным фильмом, но и с самым настоящим социокультурным феноменом. Совершить марш-бросок на территорию не Большого даже, а прямо-таки Гигантского Стиля. Проникнуться неопалимым пафосом золотого века Голливуда, когда режиссеры пеплумов вроде Сесила Б. ДеМилля могли уверенно заявить: «Дайте мне любые пару страниц Библии — и я сниму вам фильм». Роман Уоллеса — не совсем Книга книг, но в любом случае уровень материала заметно отличается от того, с чем Бекмамбетов работал до сего момента и на чем, в сущности, сделал себе имя. Культовое городское фэнтези для чтения в общественном транспорте, анархо-мизантропический комикс с жесткими возрастными ограничениями, «мэшап», в котором отцы нации встречаются с кровососущей нечистью… Несмотря на то что за Бекмамбетовым утвердилась репутация кинематографиста универсального (что в целом справедливо в отношении его продюсерских проектов), его режиссерские пристрастия вполне определенны и лежат в области постмодернистской маргиналии. К чести режиссера, он не стал превращать свой проект в этакий «Заутренний дозор», обряжать центурионов в солнцезащитные очки и метить колесницы трафаретом «Горсвет». Но и в должной мере совпасть с уровнем первоисточника по всем приметам не вышло. Оттого «Бен-Гур» резво, но аккуратно нарезает почетные круги по арене, выстроенной вовсе не в городе времен римской оккупации, а, скорее, «давным-давно в одной далекой-предалекой Галактике». Кульминацией бекмамбетовского фильма, как и у Уайлера, становится гонка на колесницах. Она и вправду снята более чем эффектно и захватывает дух вполне искренне. Если бы только не бросалось в глаза, что в качестве основного источника вдохновения в новом «Бен-Гуре» оказывается не столько аналогичная сцена из фильма-оригинала, сколько придуманная по ее мотивам гонка на антигравитационных болидах в «Скрытой угрозе» Джорджа Лукаса. Вообще Древняя Иудея очень похожа здесь на родную планету Люка Скайуокера Татуин, падающие с неба 3D-снежинки кажутся разлетевшимися в разные стороны мидихлорианами, а самым главным джедаем, феноменальным образом сочетающим в себе лучшие качества Оби-Вана Кеноби, Мейса Винду и Магистра Йоды, несколько неожиданно оказывается не кто иной, как Иисус Христос, гипнотизирующий легионеров пронзительным взглядом медиума и изрекающий евангельские максимы вроде «Бог есть Любовь» с интонацией «Да пребудет с тобой Сила!». Или, если угодно, «Всем выйти из сумрака!»

Все это сильно напоминает прецедент пятнадцатилетней давности, когда дорогущий ремейк «Планеты обезьян» (фильма немногим менее значительного, чем «Бен-Гур», да вдобавок еще и с тем же Хестоном в главной роли) выпало снимать Тиму Бертону, чей творческий метод вряд ли ассоциировался с триумфально-волевым классицизмом оригинала. Декадент Бертон как мог преодолевал сопротивление материала (примечательно, что в конце концов он не придумал ничего лучше, чем показать цивилизацию приматов как раз в традициях пеплума), но кино в итоге вышло неубедительным и скучным, получило добрую порцию заслуженных тумаков от критиков, и через десять лет франшизу перезапустили, теперь уже в разы удачнее. Истории двух фильмов вроде бы похожи (да и Бертон с Бекмамбетовым не то чтобы чужие друг другу, несколько лет назад они совместно продюсировали мультфильм «Девять») — с той лишь весьма существенной разницей, что бертоновская «Планета», хотя вроде бы никому по-настоящему и не понравилась, все-таки заработала более 360 миллионов долларов. А новоявленный «Бен-Гур» (при сравнимом бюджете) собрал за месяц по всему миру чуть больше половины затраченной на него суммы. И вряд ли уже, подобно бен-гуровской колеснице, совершит неожиданный рывок на последнем круге. Так в результате не оказавшись первым ни в могиле, ни на финише.