Непопулярный пикет

Хмурый морозный день 5 февраля 2009 года. Небольшим пикетом на Пушкинской площади участники антивоенного движения и просто сочувствующие люди поминали жертв трагедии девятилетней давности. Тогда в чеченском селе Новые Алды были расстреляны и сожжены десятки мирных жителей. Их убивали и грабили военнослужащие российской армии. Немногие из сограждан сумели оторвать себя от дивана в холодный московский вечер.

Всего-то с полтора десятка пикетчиков, в основном москвичи. Лица узнаваемые, их обладатели - те самые «несогласные», что ходят на оппозиционные акции и марши и не стесняются вслух критиковать власть. Правозащитники, бывшие политзаключенные, гражданские активисты. Как ни странно, среди присутствующих не было ни одного уроженца Чечни. И это в Москве, где живет довольно многочисленная диаспора. Видимо, свою скорбь по погибшим эти люди выражают другим, менее заметным способом. Зато уж кого на пикете было хоть отбавляй, так это милиции. Благо ее ряды руководство решило не сокращать в связи с кризисом, вот она и трудится, как умеет.
- Как только мы появляемся на площади с плакатами, тут же к нам подходит милиционер, записывает имена и фамилии пикетчиков, сегодня вот тоже всех переписали. Такие списки, как мы знаем, аккуратно передаются в отдел по борьбе с экстремизмом, – рассказывает представитель антивоенного клуба и организатор пикета Анна Каретникова. – Иногда потом приходится давать объяснения в отделении, если стражи порядка что-то недопонимают. По словам Каретниковой, на еженедельных антивоенных акциях нередки провокации:
- Националисты подходят, угрожают, в грубой форме объясняют нам, куда мы должны убраться. В такие моменты обязанная охранять нас милиция благоразумно скрывается с глаз, предпочитая издали наблюдать за развитием событий.
Прохожие, по словам Анны, чаще всего реагируют на пикет равнодушно. Хотя кое-кто присоединяется, но таких, увы, немного.
В ледяном февральском смоге соотечественники, пробегая от импортной забегаловки к метро, угрюмо отворачивались и прятали руки в карманы, когда правозащитница и бывшая политзаключенная Елена Санникова, рискуя отморозить пальцы, протягивала им листовку с хронологией «Бои и потери за последнюю неделю» и рассказом о бессудных казнях в Алдах.
Летопись трагедий, что совершаются на Кавказе, непрерывно обогащается новыми главами, алдинская бойня среди них стала одной из самых кровавых, но далеко не последней. Только столичным обывателям, что спешат мимо, с досадой и скукой отворачиваясь от непраздничных плакатов, так неохота знать об

Справка антивоенного клуба: «Утром 5 февраля 2000 года в Новые Алды вошли отряды милиции особого назначения. (Согласно данным правозащитников, это были ОМОН Санкт-Петербурга и Рязанской области). Лица омоновцев были покрыты маскировочной пастой. Вероятно, это было сделано специально, чтобы нельзя было потом произвести опознание.
В течение нескольких часов жертвами внесудебных расправ стали более пятидесяти человек, в том числе годовалый ребенок, девять женщин и одиннадцать престарелых жителей поселка. Омоновцы не только расстреливали ни в чем не повинных граждан и поджигали дома, но и занимались мародерством.
Несколько недель местные жители не хоронили тела своих убитых односельчан, надеясь, что правоохранительные органы начнут расследование по факту массового убийства безоружных людей. Однако какого-либо серьезного расследования внесудебных расправ над жителями поселка Новые Алды проведено не было.
Военная прокуратура приняла постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по факту массовых убийств. В качестве основной причины отказа было отмечено, что "военнослужащие частей Минобороны и МВД России, поднадзорные органам военной прокуратуры, в указанные дни в населенном пункте Алды боевых действий не вели, проверки паспортного режима не проводили" и "за отсутствием в их действиях состава преступления".
Вот лишь несколько маленьких отрывков из воспоминаний тех, кто уцелел после «зачистки»: «Те, кто вошли к нам во двор, сначала потребовали деньги. Свекр ходил куда-то, принес триста рублей. Солдаты остались недовольны, ругались так, что мне было неудобно перед родственниками. Потом раздались выстрелы. Вместе с моим свекром погибли брат и сестра Абдулмежидовы, наши соседи… После всех этих ужасов я не смогу с уважением относиться к русским. Вряд ли мы уживемся в одном государстве».
«…Они убивали и сжигали людей, не спрашивая документов. Основные требования этих убийц – золото и деньги, потом только расстреливали…»
«…Я увидела Гулу Хайдиева, старика убитого. Он лежал на улице в луже крови. Солдаты убили восьмидесятилетнюю Ракият Ахматову. Сначала ранили, потом лежачую добили. Она кричала: «Не стреляйте!» Всего в тот день мы недосчитались 114 человек. Найдено 82 трупа».
Девять лет назад в поселке Новые Алды и прилегающих к нему кварталах города Грозного в ходе "масштабной зачистки" были убиты от 50 до 100 человек. Несмотря на то, что проводившие данное "спецмероприятие" подразделения установлены, виновные в убийствах безоружных людей до сих пор не наказаны.

В Санкт-Петербурге также прошли акции памяти жертв трагедии в Новых Алдах, организованные региональной общественной правозащитной организацией «Дом мира и ненасилия» и партией "ЯБЛОКО".
А в помещении научно-информационного центра "Мемориал" состоялся вечер памяти, на котором были показаны документальные видеосъемки, произведенные через несколько дней на месте событий в Новых Алдах.
На вечер пришли около 30 человек. Никого не приглашали специально - собрались только те, кто слышали об этом вечере по радио «Эхо Петербурга».
После просмотра говорили о том, что можно теперь сделать, чтобы в Алдах отношение к Петербургу стало хотя бы немного лучше. Организаторы мероприятия предложили проект по организации поездок детей из Алдов в Петербург. Проект рассчитан на то, чтобы за год в город могли приехать 10 человек и жить в семьях от нескольких дней до нескольких месяцев. Гости вечера поддержали инициативу организаторов.
6 февраля 2009 года с 17-00 до 18-00 на Малой Конюшенной улице у памятника Гоголю прошел траурный пикет памяти жертв трагедии в поселке Новые Алды.
Участники пикета зажгли свечи и установили их на карте поселка в местах, где были обнаружены тела жителей. Акции проходили в рамках проекта "С добром и миром из Санкт-Петербурга".