Свобода учить и учиться

Академическая свобода — это свобода учить и учиться, то есть свобода преподавателей читать свои курсы так, как они хотят, и свобода студентов выбирать темы исследований, и всё это без идеологических и цензурных соображений. Понятно, что изначально вопрос академических прав и свобод был связан именно с пониманием свободы слова в ее применении к науке: не случайно Джон Мильтон в своей «Ареопагитике» (1644), протестуя против цензуры, говорил об академической свободе как залоге успешности науки и образования.

Как и в ситуации с большинством других прав человека, академические права и свободы стали осознаваться как ценность именно в ситуации их грубого ограничения: в Советском Союзе их практически не было, а в США еще не так давно можно было лишиться работы за коммунистические взгляды. Но уже в конце 1960-х годов возникло понимание того, что университет должен быть защищен от любой цензуры и свобода слова в нем должна быть еще шире, чем в обществе в целом. Верховный суд США в одном из дел постановил, что «академическая свобода — это особая часть Первой поправки (гарантирующей в США свободу слова. — Д. Д.), которая «не потерпит и тени ортодоксальности в аудитории».

Неудивительно, что идея не только защищать академические права и свободы, но и понимать такую задачу глобально возникла именно в США, где появился ряд организаций и фондов, оказывающих помощь ученым, оказавшимся в беде. Еще во время Второй мировой войны в США был создан специальный фонд, при помощи которого, помимо прочего, был перевезен в США Эйнштейн и другие ученые, спасавшиеся от ужасов войны и Холокоста.

Сейчас фонды вроде Scholars Rescuе Fund оказывают помощь ученым, которые пострадали в результате военных действий или геноцида, а институты, главный из которых Scholars at Risk в Нью-Йоркском университете, не только помогают исследователям и преподавателям, попавшим в сложное положение из-за преследований, угроз государства или цензуры, но и ведут мониторинг академической свободы в мире.

Основная задача мониторинга — отслеживать случаи нападений на ученых, неправовое преследование и тюремное заключение за научные исследования и публикации, ограничения в передвижении, в частности, запреты на выезд из страны и въезд в другие страны с исследовательскими или образовательными целями, увольнение или исключение из университета по политическим мотивам.

На основании этих материалов организация выпускает доклады Free to think («Свобода думать»), последний из которых вышел в конце 2018 года. Этот доклад затрагивает ситуацию с академическими правами в России, особо обращая внимание на кризис Европейского университета в Санкт-Петербурге, отзыв аккредитации у Шанинки (МВШСЭН) и проблемы Левада-Центра, связанные с его признанием «иностранным агентом». Роберт Квинн, один из основателей и исполнительный директор Scholars at Risk, комментируя состояние академических прав и свобод в мире, заключает: «Ученые и преподаватели находятся на передней линии борьбы за свободу мысли, на которую покушаются прежде всего именно представители государства».

Наконец, долгое время ведется работа над Декларацией академических прав и свобод, которая должна стать универсальным документом, в котором были бы отражены общие для всех принципы защиты свободы учить и учиться. В настоящее же время единственным документом, в котором отражены академические свободы в международном праве, является определение ЮНЕСКО 1997 года, которое подразумевает свободу обучения и дискуссий, проведения исследований и распространения их результатов, свободу выражения своего мнения относительно системы институций, где ты работаешь, свободу от институциональной цензуры и свободу участия в профессиональных или представительных академических органах.

В Европе основным гарантом свободы слова в университетах всегда было не государство, а университетская корпорация, и потому основой Болонского процесса — процесса объединения и унификации европейской науки и образования — стала Magna Charta Universitatum — документ, подписанный в 1986 году, который и лежит в основе Болонского процесса. Именно этот документ содержит те основные принципы и правила университетской свободы и автономии, которая должна гарантировать свободное и неподцензурное развитие европейской науки и образования.

Поскольку большинство университетов Европы, включая девятнадцать российских, подписали эту декларацию, то логичным стало появление организации, которая пытается отслеживать, в какой мере все те институции, которые подписали Magna Charta, ей следуют. Эта организация называется «Обсерватория» и ведет ряд проектов, например проект «Живые ценности», в котором от России участвовал Университет дружбы народов.

В России академические права пока не стали основанием для создания особой организации, хотя профсоюз «Университетская солидарность» уделяет большое внимание продвижению ценностей академических прав и свобод. В современной российской ситуации это совсем нелегко: Россия одновременно переживает консервативный поворот, который сильно влияет на уровень университетской свободы, и неолиберальные реформы, которые фактически уничтожают университетскую автономию. В этой ситуации забота об академических правах и свободах становится как нельзя более актуальной.

Дмитрий Дубровский,
доцент НИУ ВШЭ (Москва), науч. сотр. ЦНСИ (Санкт-Петербург)