И никому не отдадим

Группа членов Конгресса США обратилась к российским властям с просьбой разрешить гражданам США усыновить тех российских детей, в отношении которых процесс уже был начат до принятия печально знаменитого закона. Российские власти наотрез отказались идти в этом навстречу: достаточно, мол, с вас будет и тех, в отношении которых уже были вынесены судебные решения. И так, мол, от сердца отрываем.

По данным США, как пишет «Коммерсантъ», заложниками закона стали от 350 до 500 сирот, уже познакомившихся со своими несостоявшимися приемными родителями из США. Российское же правительство считает, что таких детей всего около двухсот. Сенатор от штата Луизиана Мэри Лэндрю, сама усыновитель, настаивает, что российское правительство таким образом «наказывает собственных детей, многие из которых уже достаточно выросли и понимают, что происходит».

В ответе на обращение конгрессменов уполномоченный российским МИД по вопросам прав человека, демократии и верховенства права Константин Долгов заявил, что сотрудничество в области усыновления продолжать нет смысла (видимо, с оговоркой, что соглашение действует еще год) , а «принятое Федеральным собранием Российской Федерации решение... было непростой, но вынужденной мерой, продиктованной последовательно неконструктивной позицией федеральных и местных властей США». Чиновник утверждает, что «случаи издевательств над малолетними приемными россиянами в американских семьях в последнее время приобрели регулярный характер» и что Россия «не может мириться с вопиющими случаями беззакония, когда убийц российских детей в США отпускали прямо в зале суда или они отделывались условными сроками».

Россия планирует теперь создать на территории США неправительственную организацию, которая собирала бы информацию об условиях жизни усыновленных детей, пишет газета. При этом пресс-секретарь посольства России в США Евгений Хоришко утверждает, что в Вашингтоне эту идею поддержали. Вот так: сначала надо было жаловаться на отсутствие сотрудничества со стороны американских властей, заявить, что соглашение в течение полутора месяцев работы доказало свою неэффективность, чтобы потом создавать специальную организацию.