Система и государство

Природу в России защищают два главных ньюсмейкера: главный санитарный врач Геннадий Онищенко и замглавы Росприроднадзора Олег Митволь. Они борются то против норвежской семги, то против грузинского вина. И публика делится на сторонников Кремля, которые доказывают, что грузинское вино отравит нацию, и на либералов, которые в этом сомневаются.

Грузинское вино, может, и отрава. Но вот есть в России еще одна отрава – химическое оружие: иприт, люизит, фосген. Запасы люизита в России хранятся в Кировской области, на станции «Марадыковский», в том самом месте, куда вагоны с химоружием доехали в 1941 году. Там они и нейтрализуются, согласно подписанным нами договорам. Процесс нейтрализации состоит в том, что в бомбу с химначинкой заливают реагент под названием вода. И вот в ноябре прошлого года при уничтожении люизита случилась авария: водички перелили, реактивная масса вскипела и бомбу разорвало.

Такой вопрос к Онищенко и Митволю: а это нормально, чтобы завод по переработке химоружия располагался в людном месте, там, куда он сумел доехать в 1941-м? Это нормально – заливать в бомбы воду? И вообще, что именно случилось в "Марадыковском" - авария, как утверждают эксперты и местные жители, или плановый визит начальства, как утверждает пресс-релиз Минобороны?

Другой пример. Есть такая жидкость – совтол. Ее для изоляции заливают в промышленные трансформаторы. У совтола есть маленький недостаток: он содержит диоксины. Заводов по переработке совтола в России нет. Поэтому совтол просто вывозят в лес и сливают там. И вот я хочу услышать от борцов с норвежской семгой и "Сахалином-2": когда тонны совтола сливают в наших лесах - это меньше трагедии Хиросимы или больше?

В селе Красный Курган Карачаево-Черкесии школу разместили в здании, где раньше располагались лаборатории по испытанию чего-то очень нехорошего – целый класс слег с отравлением крови. В Перми посреди миллионного города уничтожают ракеты. Вопрос к защитникам природы Онищенко и Митволю: поселить детей на фабрике смерти – это опасней грузинского вина или нет? Что страшней - "Сахалин-2" или поселок "Марадыковский"?

Российское государство страшно обеспокоено американской ПРО. Все обсуждающие ПРО делятся на две категории: есть президент Путин, который обещает США асимметричный, но страшный ответ; и есть опять-таки либералы, которые полагают, что ракеты, запущенные из Чехии и предназначенные для перехвата в космосе другой ракеты на встречных курсах, все-таки направлены не против России.

Но я не об этом. Есть такая страна – Китай. И есть множество (сколько – никто не знает) китайцев, живущих в России. Редко, когда обсуждают китайцев. Иногда в печати промелькнет: Минприроды собирается отдать китайцам 1 млн га лесов в аренду. Или поедет адвокат Ходорковского из Читы в Краснокаменск и ужаснется: «Ты не поверишь. Едешь – или нет жилья, или развалюха, а если крепкое – то китайское. И водка китайская. И барахло».

Скажите, пожалуйста, когда вы слышали последний раз о китайце, арестованном за преступление? В каком-нибудь «Дорожном патруле» или «Петровке, 38?» Что-нибудь вроде: «Ван Фань ударил ножом Фу Синя и был арестован»? «Ли Сы зарезал Ду Шаня»?

Увы. Во всяком «Чрезвычайном происшествии» вы постоянно слышите про русского, зарубившего сожительницу; чеченца, всадившего в кого-то нож; цыгана, торговавшего наркотой. Китайцев нету. То ли многотысячная община не совершает преступлений, то ли разбирается сама, а менты не вмешиваются, ограничиваясь лишь сбором дани.

Я знаю только одного человека, который систематически пишет о китайской угрозе России. Это Михаил Ходорковский. И в «Экономисте», и в частных письмах. А, между тем, это самая системная угроза России. Во всех войнах, которые вела Россия – и с Карлом XII, и с Наполеоном, и с Гитлером – ее огромные просторы были ее защитой. Бездной, в которой растворялась любая агрессия. Впервые в истории России ее огромное пространство – это и есть та приманка, которая привлекает полтора миллиарда китайцев.

Проблема не в том, что китайцы переселяются в Россию: они и в США переселяются, но Калифорния от этого не станет китайской. Проблема заключается в том, что закона в России нет. И китайцы в России продолжают жить по своим законам. И если дело пойдет так и дальше, то русско-китайская война и не понадобится. Не будет ее, этой войны, а будет аннексия территорий с преобладающим китайским населением и полностью отсуствующими государственными российскими органами. Это будет, как в Римской империи с германцами. Никто как-то особо не объявлял независимость Нейстрии или Галлии от Римской империи, так само собой вышло.

И я не могу считать случайным, что Кремль очень много рассуждает об угрозе со стороны США и вообще не говорит о китайской угрозе. Легко и приятно отражать угрозу со стороны страны, которая не собирается с вами воевать. А вот с Китаем неизвестно, что делать.

Главный признак государства – наличие армии и полиции. В каком состоянии наша полиция и наша судебная система?

В Нижнем Новгороде некто Алексей Михеев подвез девушку; девушка пропала. Его арестовали, выбили из него признание, что он маньяк-убийца. Михеев в ходе пыток выбросился с третьего этажа и сломал позвоночник. Девушка через неделю пришла домой. Михеев подал в Страсбургский суд и выиграл. А если бы девушка домой не пришла? А сколько еще таких Михеевых?

В Санкт-Петербурге милиционер Лапин, вернувшийся из Чечни, выпивал с приятелями. Мимо ехала машина. Машину остановили, вытащили из нее водителя и пассажирку, избили. Скажу честно: беременную пассажирку ударили только один раз. Судья дал Лапину срок. Милиционер Лапин от избытка чувств вынул гранату и взорвал ее в зале суда. Лапину дали еще один срок, а судью вскоре уволили. Это очень важно. Судья пошел против системы, дав милиционеру срок за беспричинное избиение беременной женщины. С точки зрения системы судья поступил неправильно. И поплатился. А как этот Лапин в Чечне действовал?

В результате такого состояния судов Восточный Кавказ живет уже не по УК, а по шариату. Недавно в Чечне был случай. Водитель задавил 10-летнего мальчика. Ни в каком народном суде дело не рассматривалось. На суде шариата стороны помирились. Невольный убийца уже обнимался с отцом мальчика, и тут мать мальчика бросила перед ними окровавленную одежду сына. «Вы обнимаетесь, а с этим, что делать будете?» - спросила жаждавшая мести женщина. «Аллах свидетель, - воскликнул муж, - я развожусь с этой женщиной». И трижды произнес исламскую формулу развода. У этой истории счастливый конец: спустя три дня родичи невольного убийцы привезли ему в жены молодую и красивую девушку.

Это – Российская Федерация. Это – 21 век. И не говорите мне, что это было при "совке", потому что при "совке" этого не было. Потому что суд шариата, на котором и мать, и отец убитого мальчика все свои решения принимали сами, таки лучше истории с сыном министра обороны, в которой ни один из родичей задавленной им Светланы Беридзе никаких решений принимать не мог.

В Костромской области в СИЗО забили насмерть 16-летнего подростка, укравшего дамскую сумочку. Корреспондент «Новой» вышла на балкон напротив СИЗО и это СИЗО сфотографировала. Через пятнадцать минут на балконе был СОБР в масках, искавший «террористов, снимавших СИЗО».

Трое студентов МГУ распространяли листовки с призывом открыть на факультете доступную столовую. Та, которая есть сейчас, учреждена сыном декана. 150 грамм салата там стоят 100 руб. Студентов задержали: менты пообещали им статью за терроризм.

В Башкирии, в городе Благовещенске, милиция три дня избивала всех, кого встречала. Дело, в отличие от других массовых избиений в башкирских городах, получило огласку. Спустя пару месяцев жители города сели в автобус и поехали на митинг в Москву. Как вы думаете, под каким предлогом автобус остановили и стали обыскивать? Правильно, «это едут террористы».

Суды любого государства существуют для того, чтобы наказывать преступников за совершенные преступления. Суды в России существуют для другого: они призваны защищать систему от врагов, причем случайные жертвы системы приравниваются к врагам.

Есть государство: когда чиновник считает, что он – для России. И есть система: когда чиновник считает, что Россия – для него.

Государственные интересы – это генетическое здоровье нации, сохранение целостности страны, обеспечение правовой инфраструктуры для граждан. Система не любит таких сложных задач. Она лучше будет бороться с грузинским вином и норвежской семгой, а вместо террористов она покарает студентов соцфака, посмевших покуситься на заработки сына декана.

Но система – это не государство. Это раковая опухоль, которая уже пожрала государство и сейчас пожирает Россию.