Учи меня по-английски

Несмотря на громкую славу отечественного музыкального образования, оказавшись 30 лет назад в мировом культурном контексте, оно, как и многие советские институты, показало себя крайне ригидным и как структурно, так и содержательно почти не изменилось до сих пор. В этой ситуации вопросы, возникающие к нему, год от года становятся все острее: от проблем, связанных с громоздкой трехступенчатой системой (школа — училище — вуз) и слабой гуманитарной подготовкой (забирая юных музыкантов еще из средней школы, образовательные учреждения не уделяют почти никакого внимания общекультурному уровню студентов, предлагая в основном многолетнюю исполнительскую муштру), — до коммуникации внутри учебного процесса, которая часто выглядит этически неоднозначно, а по современным меркам иногда и просто вызывающе. В условиях свободы перемещения очевидной альтернативой для молодого музыканта является обучение за границей. По просьбе COLTA.RU Вера Сласная посетила несколько английских музыкальных вузов и накануне 21-й выставки британского образования «Study UK: Discover You», которая в эти выходные пройдет в Москве и Петербурге, делится впечатлениями.

Музыкальное образование в Англии стоит денег — от 9 до 19 тысяч фунтов стерлингов в год. Впрочем, существует система грантов и стипендий, которые могут покрыть большую часть этой стоимости. В ситуации таких взаимоотношений студент — это клиент, а образование — услуга, которая оказывается в условиях довольно высокой (в одном только Лондоне находится более пятнадцати музыкальных вузов) конкуренции за студента. Эта конкуренция стимулирует развитие образовательных учреждений, вынужденных совершенствоваться, улучшая предложение и приводя собственный учебный набор в соответствие с актуальными достижениями музыкальных теорий и практик. В России все происходит ровно наоборот: один главный вуз в городе выбирает себе лучших абитуриентов, а не прошедшие конкурс обращаются к немногочисленным альтернативам.

Английская образовательная система вообще предлагает студенту и признает за ним гораздо большую самостоятельность. Практически любой вуз предлагает тебе выбор, возможности: программа не предопределена от начала до конца, а полна опций, которыми ты волен пользоваться, следуя собственным потребностям и интересам.

Другое важное отличие — то, как отсутствие среднего специального образования (как и вообще трехступенчатой системы) облегчает вход в профессиональную среду. В современной Англии нет привычных нам музыкальных школ: при желании школьники учатся музыке факультативно, используя субботние школы при различных институциях или юношеские оркестры и хоры. В свою очередь, для тех, кто рано признал за собой профессиональную страсть к музыке, есть школы специализированные: Школа Иегуди Менухина в графстве Суррей (Yehudi Menuhin School), Purcell School под патронатом принца Уэльского и легендарная Chetham's School of Music в Манчестере. Это профессионально ориентированные учреждения, по окончании которых студенты могут быть зачислены на второй или третий курс вузов академического круга, таких, как Королевская академия музыки (Royal Academy of Music) и Королевский колледж музыки (Royal College of Music). Остальных ждут вступительные испытания под патронатом одной из нескольких уполномоченных организаций, выдающих сертификаты.

Образование (музыкальное и любое другое) — не только подготовка к социальной и профессиональной реальности, но и неотъемлемая ее часть. Заглянув в историю, несложно заметить, что сами формы, в которых оно осуществлялось, всегда были связаны с требованиями времени, то есть то, как и чему учили музыкантов, состояло в прямом соотношении с тем, в каких формах существовала сама музыка. Особенности сегодняшней музыкальной ситуации (постоянно меняющейся) — предельное разнообразие композиторских техник и институций, в рамках которых музыка может звучать, работа с новыми медиа, междисциплинарность, перформативность и горизонтальность.

Каждый английский музыкальный вуз — вне зависимости от собственных традиций и направленности — на входе постулирует один и тот же тезис про меняющийся мир. Мир, становящийся более открытым и текучим, в котором профессия музыканта от педагога и исполнителя выходит на широкую передовую искусства вообще. Образ музыканта меняется прямо сейчас, а музыкальное образование реагирует на эти перемены. Руководство консерваторий, колледжей, академий ясно осознает, что музыка сегодня — это предмет и прикладной, и являющийся частью самых разных произведений, создание которых часто устроено горизонтально: музыка в театре, музыка как часть перформативного художественного высказывания и т.д.

Наглядный пример подобной реакции на современность — Trinity Laban Conservatoire of Music and Dance, консерватория музыки и танца, возникшая в 2005 году из объединения Trinity College of Music и Laban Dance Centre. Возникшая как коллаборация, эта консерватория сделала коллаборацию и междисциплинарность своими главными принципами. Помимо внутренней связи между факультетами — музыкантами-исполнителями, композиторами, танцорами, хореографами — вуз осуществляет и коллаборации внешние: как с творческими вузами со всего мира, так и с профессиональными музыкальными и танцевальными компаниями, среди которых — Концертный оркестр ВВС, Лондонский филармонический оркестр и танцевальная компания Уэйна Макгрегора. Сотрудничество происходит в форме регулярных мастер-классов, встреч и совместных проектов. Музыкальный факультет предлагает программы «Композиция», «Джаз», «Специальное фортепиано», «Музыкальное образование», «Струнные», «Сольное пение», «Духовые» и «Ударные». Имеется довольно большое разнообразие с точки зрения форматов обучения, среди которых помимо стандартных магистерских программ есть короткие интенсивы и летние школы. Trinity Laban Conservatoire of Music and Dance представляет собой наглядный пример вуза, находящегося в постоянном поиске новых образовательных форматов, форм взаимодействия, новой музыки.

Другой пример — лондонская Королевская академия музыки, старейшее музыкальное высшее учебное заведение Англии, открывшееся в 1822 году на волне возникновения первых европейских консерваторий и почти сразу взятое под патронат королевским двором. Сегодня это престижный вуз (диапазон выпускников — от Саймона Рэттла и Майкла Наймана до Энни Леннокс и Элтона Джона), в котором обучается порядка 850 студентов со всех концов света. Интернациональность касается не только студентов: то же можно сказать и про педагогический состав, и про разнообразие образовательных подходов. «Мы не имеем своей фортепианной школы или своей школы игры на скрипке. В нашей академии есть много разных школ, и мы гордимся этим разнообразием», — сообщает нынешний глава академии Джонатан Фриман-Этвуд. Наряду с традиционным для европейской консерватории перечнем дисциплин здесь также есть отделения джазовой и старинной музыки, две оперные сцены (вторая, камерная, — специально для постановок барочных опер) и впечатляющий архив с коллекцией нотных рукописей — от Перселла и Генделя до Салливана и Воан-Уильямса.

Еще более впечатляющим музеем обладает находящийся прямо напротив Альберт-холла Королевский колледж музыки, исторически конкурирующий с Королевской академией. Здесь и коллекция из более чем 800 старинных инструментов (факультет исторически ориентированного исполнительства — особенная гордость колледжа), и автографы рукописей Гайдна и Моцарта, и внушительный набор прижизненных портретов композиторов. Человека, знакомого с нотными коллекциями российских музыкальных вузов, особенно поразит здешняя библиотека, на полках которой можно заметить бесконечные ряды сборников с полифонической музыкой XIV века. Занятия регулярно проводятся руководителями крупнейших лондонских оркестров — Лондонского симфонического, Лондонского филармонического, оркестра BBC и др.

Еще одно заведение с историей — Royal Holloway, University of London. Названный в честь своего основателя — викторианского антрепренера и филантропа сэра Томаса Холлоуэя, вуз сначала был женским колледжем, а в 1900 году стал частью Лондонского университета. Главное, что поражает здесь, — нетривиальный набор гуманитарно-теоретических дисциплин, которые каждый студент-исполнитель может добавить в свой учебный курс: «Оперы Моцарта», «Сибелиус и Северная Европа», «Бах: контекст и рецепция», «Популярная музыка и музыканты в послевоенных Британии и Северной Америке», «Музыка и город», «Введение в джаз», «Музыка и гендер» и многое другое. Не менее привлекательна и практическая сторона этого образовательного конструктора: «Барочное исполнительство», «Практика исполнения современной академической музыки», «Этническая практика» и пр.

Пример более технологического подхода к музыке — London College of Music, бывший частной консерваторией с 1887 по 1991 год, когда присоединился к Университету Западного Лондона. «Опирающийся на историю, но никогда ею не связанный», — гласит один из местных рекламных слоганов. Собственно, готовят здесь не столько музыкантов, сколько звукоинженеров, хотя имеется и композиторский курс. Но все-таки главное — работа с продакшеном: 28 звукозаписывающих студий, укомплектованных по последнему слову музыкальной техники, две круглосуточные компьютерные аудитории с полным набором самого передового программного обеспечения. Как и в других английских вузах, здесь хорошо развита система тьюторинга, в рамках которого каждому студенту помогает его более опытный коллега.

Еще один вуз, преподающий музыку как индустрию, — British and Irish Modern Music Institute (BIMM Institute). Именно так должно выглядеть то, что у нас называется институтом культуры: музыкантов здесь готовят для неакадемической карьеры, создавая в учебных стенах что-то вроде творческого хаба, в котором легко может возникнуть музыкальная группа и здесь же найти себе звукоинженера и продюсера. Для этого созданы все условия: учебные курсы предлагают овладеть музыкальными инструментами, научиться петь и писать песни, освоить музыкальный продакшен и организовать концерт; имеются репетиционные базы, звукозаписывающие студии, и даже издается небольшой музыкальный журнал.

Вдали от лондонской толкотни расположен манчестерский Royal Northern College of Music — заведение менее статусное, но остающееся одной из главных британских консерваторий. Вниманию абитуриента предлагается вполне академический набор специальностей — от ударных до оперного пения, но имеется также и факультет популярной музыки. Являясь главной кузницей музыкальных кадров Северной Англии, вуз помогает своим студентам организовывать концерты на площадках Манчестера.

Озабоченность дальнейшей судьбой своих студентов вообще является отличительной чертой британских музыкальных вузов. Процент трудоустроенных выпускников считается здесь одним из главных показателей эффективности. Организуя интенсивное взаимодействие с действующими музыкантами и оркестрами, предлагая студентов различным музыкальным институциям (некоторые заведения даже ищут им частных учеников!), сверяя процесс обучения с современным состоянием музыкальной практики и музыкальной индустрии, английские вузы не только демонстрируют выигрышные стороны капитализма, но и подают пример непрерывной саморефлексии, перепроверки на прочность собственных традиций и ценностей. И вот тут нам точно есть чему поучиться.

ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА КАНАЛ COLTA.RU В ЯНДЕКС.ДЗЕН, ЧТОБЫ НИЧЕГО НЕ ПРОПУСТИТЬ