Зря, что ли?

Вот как у нас делается-то: сначала надо неугодного выгнать, потому что есть подозрения, а потом вполне может выясниться, что подозрения безосновательны. Члена «Справедливой России» Геннадия Гудкова, одного из участников протестного движения, лишили депутатского мандата, поскольку заподозрили его в предпринимательской деятельности. Следственный комитет тогда в качестве доказательства представил протокол собрания учредителей ООО «Коломенский строитель», в котором якобы участвовал Гудков (ему принадлежит 65% акций, но управляет долей вроде как его жена Мария Гудкова). Гудков и его сын, депутат от «Справедливой России» Дмитрий Гудков, доказывали, что собрания не было: мол, протокол был изготовлен сотрудниками компании для того, чтобы продлить полномочия директора предприятия, который не мог без этого подписывать бумаги, а жена Гудкова, без которой собрание не могло проводиться, была в это время в отъезде. Впрочем, на заседании парламентской комиссии по проверке доходов депутатов выяснилось, что у Следственного комитета и Генпрокуратуры формально нет оснований для того, чтобы Гудков был лишен мандата, однако, как мы знаем, Дума все равно его изгнала.

Теперь же выясняется, что Следственный комитет не нашел оснований для уголовного преследования Гудкова. Более того, и у Генпрокуратуры нет к Гудкову претензий. Об этом стало известно из письма думскому коммунисту Вадиму Соловьеву от замгенпрокурора Виктора Гриня. Соловьев требовал от Гриня объяснений, почему так медленно продвигается расследование дел о нападениях на депутатов-коммунистов. Гринь в пространном ответе упомянул казус Гудкова и сообщил, что, как цитирует его слова «Независимая газета», «как выяснилось, нет за ним ни налоговых преступлений, ни незаконной предпринимательской деятельности».