Об отчете трупами

Члены Совета при президенте по развитию гражданского общества и правам человека провели пресс-конференцию в «Интерфаксе», посвященную некоторым темам, которые обсуждались на недавней встрече с Дмитрием Медведевым в Нальчике. Больше всего внимания по итогам встречи было приковано к делу Сергея Магнитского, но в этот раз правозащитники хотели поговорить о других темах, касающихся, в частности, гражданского участия в противодействии терроризму и гражданского участия в формировании межнационального и межконфессионального согласия. По словам члена Совета, главы комитета «Гражданское согласие» Светланы Ганнушкиной, у нее после встречи с президентом возникло ощущение, что правозащитники были не до конца поняты. Она говорила с Медведевым о политике «отчета трупами» — известной практике, когда убитого на Северном Кавказе боевика представляют как подозреваемого (а то и как безусловно виновного) в некоем террористическом акте или преступлении, и на этом вся история с расследованием заканчивается. Но речь должна идти не только о боевиках.

Ганнушкина привела вопиющий пример нарушения прав человека на Северном Кавказе, с которым ей пришлось столкнуться уже после встречи с президентом. Речь шла о похищении жителя Дагестана Шамиля Омарова 28 мая. В ответ на запрос Совета и «Гражданского согласия» в связи с заявлением отца похищенного, Зелимхана Омарова, с интервалом в несколько дней были получены ответы из прокуратуры и МВД Дагестана (датированы эти документы концом июня). В безграмотно написанном заявлении управления внутренних дел, из которого нельзя понять, зарегистрировали ли они в журнале обращение отца или собственно похищение, говорится, что «похищенный 28 мая 2011 года Омаров Шамиль Зелимханович 1980 года рождения уничтожен 3 июня 2011 года в городе Гудермес Чеченской республики в ходе проведения спецоперации силовыми структурами». Эти чудовищные, как замечает Ганнушкина (и мы не можем с ней не согласиться), слова не сопровождаются никакими пояснениями: например, хотя бы почему похищенный в Дагестане оказался в Чечне — не говоря уж о том, почему он стал жертвой спецоперации силовых структур. Ни слова не сказано о том, что по факту похищения (и/или уничтожения) проводится проверка. В ответе из прокуратуры говорится, что по факту похищения возбуждено уголовное дело, что установлен факт похищения неизвестными в масках на автомобилях с оружием — он описан ровно теми же словами, как в заявлении Омарова-старшего, что проведены следственные действия и что ход расследования взят прокуратурой на контроль. Возникает еще один вопрос: каким образом прокуратура и МВД республики, занимаясь одним и тем же делом, не знают о действиях друг друга?

Таким образом, Ганнушкина подчеркнула, что, по ее предположениям, похищенные в одной республике передаются в другую, которая и отчитывается трупами. «Первая республика, которая отчитывается трупами, — это Чеченская республика», — заявила правозащитница. Она отметила, что на это всегда могут возразить: мол, это родственники боевиков сообщают о похищении, потому что они таким образом их прикрывают. Однако в случае с Шамилем Омаровым прокуратура, видимо, по результатам опроса свидетелей, пришла к выводу, что похищение действительно имело место.

В связи с происходящими преступлениями правозащитники предлагают создать в каждом субъекте федерации, входящем в Северо-Кавказский федеральный округ, постоянно действующее Совещание руководителей силовых и правоохранительных структур с участием представителей правозащитных организаций и под руководством глав субъектов. Ганнушкина подчеркнула, что речь не идет о создании общественного совета, то есть новой структуры, а о регулярных встречах уполномоченных лиц в присутствии представителей общественности с целью обсуждения конкретных случаев и действий конкретных структур.