Бедность сельской россии

Переход к рынку в России был чрезвычайно болезненным для основной массы населения и привел к широкому распространению бедности, особенно в сельской местности, где она стала тотальной. После 2000 года бедность стала отступать, но процесс этот идет медленно, и при этом ножницы между городом и селом по доле населения с доходами ниже прожиточного минимума раздвигаются.

Согласно макроэкономическим показателям распространения бедности в России в 2011 году ее уровень составил 12,8 %, снизившись за 11 лет в 2,3 раза. Численность малоимущих россиян за этот период уменьшилась с 42,3 до 18,1 млн чел., из которых 7 млн проживают в сельской местности. Темпы сокращения бедности в сельских поселениях в течение этого периода были значительно ниже, чем в городских (соответственно 1,8 и 2,6 раза).

Разрыв в уровнях бедности в городе и на селе неуклонно нарастал. Только в 2010—2011 годах эта дистанция немного сократилась, но все равно остается недопустимо большой, достигая почти двукратной величины. Если в городской местности за чертой бедности находится 10,5 % населения, то в сельской — 18,7, что практически в 2 раза выше предельно допустимого по международным меркам уровня (рис. 1). Без преувеличения можно сказать, что российская бедность локализуется в сельской местности.

Рис. 1. Динамика доли населения с денежными доходами ниже величины прожиточного минимума (уровня бедности), %

Диапазон уровня бедности в сельской России составляет 11,4 раза: от 3,8 % в Белгородской области до 43,3 % в Еврейской автономной области. Основной массив субъектов Российской Федерации располагается в пределах уровня бедности от 15,1 до 25 % (37 регионов). В кластере свыше 30 % находится 13 регионов (республики Калмыкия, Марий Эл, Тыва, Хакасия, Алтайский, Забайкальский, Камчатский, Красноярский, Хабаровский края, Иркутская и Курганская области), и только в пяти субъектах он меньше 10 %.

Риск бедности наиболее велик у населения, проживающего в малых селах и деревнях, и имеет тенденцию к росту. В 2011 году индекс риска бедности[1] в населенных пунктах с населением менее 200 чел. составил 2,77 против 2,15 в 2009 году и вдвое превысил соответствующий индикатор в сельских поселениях людностью свыше 5 тыс. чел.

Более половины малоимущего и крайне бедного сельского населения (с доходами в 2 и более раз ниже прожиточного минимума) — это занятые в экономике, что свидетельствует о крайне низкой доходности прежде всего сельскохозяйственного труда, который остается основным видом деятельности в сельской местности, и широком распространении на селе экономической бедности (рис. 2).

Рис. 2. Распределение малоимущего и крайне бедного сельского населения по социально-экономическим группам, 2011 г.

Домашние хозяйства, имеющие детей, в 2011 году составляли 60,2 % всех малоимущих сельских домашних хозяйств. Из них 29,9 % имели одного ребенка, 21,6 — двоих и 8,7 % — троих и более детей. Скатывание в бедность при рождении детей безусловно отрицательно сказывается на репродуктивном поведении сельчан и демографической ситуации на селе.

Среди сельских бедняков преобладают лица со средним (полным) общим образованием, которые слабо востребованы на рынке труда. На них приходится одна четвертая часть малоимущих и крайне бедных сельчан. Высшим профессиональным образованием обладают 9 % малоимущих и 7,7 % крайне бедных.

Статистический метод оценки уровня бедности может быть дополнен субъективным методом, который интерпретирует ситуацию посредством личных пред ставлений, оценок и мнений респондентов. Одной из форм субъективного метода является самооценка финансового положения домохозяйства через имеющиеся лишения и возможности. В последние годы этот метод использует Росстат при проведении обследований домашних хозяйств (табл. 1).

Таблица 1. Распределение сельских и городских домашних хозяйств по оценке своего финансового положения*. (% ко всем домохозяйствам соответствующей категории)

	Домашние хозяйства, проживающие
	в городской местности		в сельской местности
	2010 г.	2011 г.	2010 г.	2011 г.
Домохозяйства, оценившие свое финансовое положение следующим образом:
не хватает денег даже на еду	1,6	1,3	2,4	2,2
затруднительно покупать одежду и оплачивать жилищно-коммунальные услуги	23,0	21,0	27,4	23,3
не могут позволить покупку товаров длительного пользования	43,1	43,4	45,1	47,8
не хватает денег на покупку автомобиля, квартиры	28,9	31,0	22,6	23,9
средств достаточно, чтобы купить все, что считают нужным	2,4	2,5	1,9	2,3
затруднились ответить	1,1	0,8	0,5	0,4

* Некоторые показатели за 2010 г. уточнены Росстатом.

По данным обследования, проведенного в 2011 году, у 2,2 % проживающих в сельской местности средств не хватало даже на еду, 23,3 % респондентов затруднились покупать одежду и оплачивать жилищно-коммунальные услуги. Если эти категории опрошенных в совокупности отнести к кластеру бедных (в состав которых входят крайне бедные — «денег не хватает даже на еду»), то уровень бедности на селе составит 25,5 % (в 2010 г. — 29,8 %). Это существенно выше по сравнению со статистическим показателем, составляющим 18,7 %.

В городской местности, по высказываниям респондентов об их финансовых лишениях, уровень бедности в 2011 году составил 21 % (в 2010 г. — 23 %).

Обращает на себя внимание, что в городе расхождение субъективных оценок со статистикой гораздо больше, чем на селе, — достигает двукратной величины. Данное обстоятельство можно объяснить тем, что у жителей села гораздо ниже планка потребностей, а потребительская корзина, являющаяся официальной чертой бедности в статистических измерениях, используется одна и та же для города и села.

Только за период с 2000 года российское село утратило почти 2 млн чел. за счет естественной убыли и миграционного оттока со всеми вытекающими отсюда последствиями для трудоресурсного потенциала АПК. С карты страны за последний межпереписной период исчезло 2,2 тыс. сельских населенных пунктов, а по сравнению с переписью 1989 года их стало меньше более чем на 9 тыс.

Миграционные настроения в сельской местности остаются широкомасштабными, особенно среди молодежи. Согласно социологическим обследованиям, проводимым Центром социальной политики и мониторинга сельского развития ВНИИЭСХ в 30 субъектах Российской Федерации, в среднем за три последних года 25 % респондентов заявили о том, что точно уедут из села или задумываются об отъезде, из них 44 % молодежи 16—30 лет. Основной причиной миграционных настроений являются низкие заработки (табл. 2).

Таблица 2. Причины, по которым жители села намереваются переехать в город (следовало указать 4 основные причины).

Причины	В % к числу респондентов, имеющих миграционные настроения («уеду точно», «задумываюсь об отъезде»)	Ранг причины
Заработки низкие	63,9	1
Нет работы	30,8	2
Скучно, негде отдохнуть, развлечься	30,4	3
Нет условий для получения профессии и профессионального роста	28,4	4
Проблемы с медицинской помощью	23,9	5
Работа тяжелая и неинтересная	21,4	6
В селе почти никого не осталось	19,3	7
Плохие дороги, нет связи с городом	16,4	8
Нет торговых и бытовых предприятий	15,3	9
Проблема с жильем	14,4	10
Мало свободного времени	12,4	11
Хочу организовать свой бизнес, но ничего не получается	11,5	12
Не могу устроить личную жизнь	11,2	13
Село не газифицировано	8,4	14
Нет школы	6,8	15
Нет детского сада	5,0	16
Другое	18,6

В структуре причин, определяющих отсутствие у жителей села миграционных намерений, абсолютно преобладает привязанность к местожительству как своей малой родине. Однако более половины из числа тех, кто в город ехать не планирует, либо для них такой переезд маловероятен, в качестве причины назвали материальную непосильность смены местожительства («материально тяжело подняться со старого места и уехать»). То есть основной побудительный мотив миграции в город («низкие заработки») является и практически основным мотивом отказа от переезда (табл. 3).

Таблица 3. Причины, по которым жители села не имеют намерений переехать в город (следовало указать 4 основные причины).

Причины	В % к числу респондентов, не имеющих миграционных настроений(«переезжать не собираюсь», «переезд маловероятен»)	Ранг причины
Привык, здесь моя родина, здесь живут мои родные и близкие	68,2	1
Материально тяжело подняться со старого места и уехать	56,2	2
Нравится жить на природе и работать на земле	43,9	3
Не знаю, смогу ли найти хорошую работу и обустроиться	43,6	4
Меня все устраивает	34,4	5
Если не я, то кто останется	24,2	6
Имею здесь свой успешный бизнес	4,8	7
Другое	23,9

Генезис широкого распространения сельской бедности обусловлен как общенациональными, так и специфическими причинами, характерными для сельских территорий, в том числе природно-климатическими, экономическими, социальными, демографическими, психологическими, институциональными. При этом специфические причины накладываются на общие и усиливают их действие.

Главные пути снижения бедности на селе в настоящее время — это повышение уровня занятости и доходов работающих. Безработица на селе хронически выше, чем в городе, даже по данным официальной статистики, которые, по нашей оценке, в 2—2,5 раза ниже реальных показателей. По данным Росстата, в среднем за 2011 год уровень общей безработицы составил на селе 9,7 %, в городе — 5,6, среди сельской молодежи 15—29 лет безработных 15 %.

Заработная плата в сельском хозяйстве, которая остается основным источником жизнеобеспечения сельских семей, в 2011 году составила 53 % от среднего значения по экономике. А среднедушевые располагаемые ресурсы сельских домохозяйств, которые включают все денежные и натуральные поступления в бюджет семьи, а также заемные и собственные сбережения, использованные в текущем периоде, — 64 % от городского уровня.

Темпы роста заработной платы в сельском хозяйстве крайне низки и даже спустя 20-летие не обеспечивают возврата к тем межотраслевым соотношениям, которые сложились в канун реформ. В 80-е годы прошлого века оплата сельскохозяйственного труда росла со значительным опережением средней заработной платы по народному хозяйству России, что позволило уже к 1985 году обеспечить в совхозах более высокий уровень вознаграждения за труд, чем в среднем по рабочим и служащим. В 1990 году заработная плата работников совхозов на 5,4 % превысила среднюю по рабочим и служащим, а оплата труда колхозников составляла 89 % от заработной платы рабочих и служащих народного хозяйства (табл. 4).

Таблица 4. Динамика соотношения среднемесячной номинальной заработной платы в сельском хозяйстве и в целом по экономике в Российской Федерации (в расчете на одного штатного работника, руб.).

Годы	Экономика в целом*	Сельское хозяйство**		Соотношение, %
		совхозы	колхозы	совхозы	колхозы
1980	178	157	124	88,2	69,7
1985	201	202	166	100,5	82,6
1990	297	313	265	105,4	89,2
1995***	472	237		50,2
1996***	790	382		48,4
1997***	950	439		46,2
1998	1051	468		44,5
1999	1523	629		41,3
2000	2223	985		44,3
2001	3240	1435		44,3
2002	4360	1876		43,0
2003	5499	2340		42,6
2004	6740	3015		44,7
2005	8555	3646		42,6
2006	10634	4569		43,0
2007	13593	6144		45,2
2008	17290	8475		49,0
2009	18638	9619		51,6
2010	20952	10668		50,9
2011	23369	12464		53,3

* За 1980—1990 гг. показатели по экономике не включают оплату труда колхозников.

** За 2000—2011 гг. приведены показатели по сельскому хозяйству, охоте и лесному хозяйству.

*** Тыс. руб.

Труд колхозников оценивался выше, чем работников торговли и общественного питания, связи, информационно-вычислительного обслуживания, жилищно-коммунального хозяйства, здравоохранения, физкультуры и социального обеспечения, образования, культуры, искусства.

В постреформенный период сельское хозяйство по уровню заработной платы стало смещаться в низ отраслевого ряда. Соотношение со средним показателем по экономике в 1999 году упало до 41,3 % и с 1994 года по настоящее время занимает в номенклатуре видов экономической деятельности последнее место.

Правда, с 2007 года наметилось устойчивое сближение уровня оплаты работников отрасли со средним по экономике. Но этот процесс идет медленно. Ее размер, составивший в 2011 году 1,8 раза к прожиточному минимуму для трудоспособного населения, не обеспечивает даже простого воспроизводства рабочей силы, поскольку работник на вознаграждение за свой труд не может содержать и одного ребенка.

В результате перекачивания средств из сельского хозяйства в другие отрасли экономики за счет более высоких темпов роста цен на потребляемую в аграрном секторе промышленную продукцию по сравнению с ценами на сельскохозяйственную продукцию, неэквивалентных отношений между контрагентами в экономическом пространстве «от поля до прилавка» сельское хозяйство по существу превратилось в человекобеззатратную форму производства.

К сожалению, Государственная программа развития сельского хозяйства и регулирования рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия на 2013—2020 годы, утвержденная постановлением Правительства Российской Федерации от 14 июля 2012 г. № 717, не обеспечивает оптимистический прогноз в динамике оплаты сельскохозяйственного труда и ее соотношения со средним уровнем по экономике. Ожидается, что в результате реализации мероприятий госпрограммы заработная плата в сельском хозяйстве в 2020 году увеличится в 2,1 раза по сравнению с 2011 годом и составит 25 500 руб., ее соотношение со среднероссийским уровнем будет доведено до 55 %.

Таким образом, по существу сложившиеся пропорции в межотраслевых соотношениях в оплате сельскохозяйственного труда консервируются на девятилетнюю перспективу со всеми вытекающими отсюда крайне негативными последствиями для престижа сельскохозяйственного труда, воспроизводства трудовых ресурсов села, обновления трудового потенциала отрасли и ее перехода на инновационный путь развития.

Другая ситуация в оценке сельскохозяйственного труда и перспективах ее роста сложилась в таких странах постсоветского пространства, как Украина и Белоруссия. Так, в Украине за последние 17 лет (1995—2011 гг.) соотношение заработной платы в сельском хозяйстве со средним уровнем по экономике не опускалось ниже 45,5 % (2003 г.). С 2004 года это соотношение устойчиво растет и в 2011 году достигло 68,4 %. В соответствии с Государственной программой развития украинского села на период до 2015 года (постановление Кабинета министров Украины от 19 сентября 2007 г. № 1158) предполагается в 2015 году доходы сельского населения и среднемесячную заработную плату работников сельского хозяйства довести до уровня не ниже среднего в отраслях национальной экономики.

В Республике Беларусь соотношение заработной платы в сельском хозяйстве и по всем отраслям экономики было самым низким в 2003 году (55,7 %), в 2011 году оно составило 70,1 %. Реализация мероприятий Государственной про -граммы устойчивого развития села на 2011—2015 годы Республики Беларусь (Указ Президента от 1 августа 2011 г. № 342) позволит довести среднемесячную заработную плату работников сельского хозяйства до среднереспубликанского уровня.

Безусловно, важное значение в борьбе с бедностью имеет и социальная защита малоимущих. Оказание государственной социальной помощи малоимущим предусмотрено Федеральным законом от 17 июля 1999 г. № 178-ФЗ «О государственной социальной помощи». Такая помощь предоставляется в виде социальных пособий, социальных доплат к пенсии, субсидий, социальных услуг и жизненно необходимых товаров в соответствии с нормативными правовыми актами и региональными программами субъектов Российской Федерации за счет их средств. Единый минимальный социальный стандарт государственной помощи малоимущим гражданам федеральным законодательством не установлен, и поэтому сложился огромный региональный разнобой в ее размерах и формах, обусловленный собственным разумением проблемы региональными властями и их финансовыми возможностями.

Главным недостатком сложившейся системы социальной помощи малоимущему населению является, с одной стороны, отсутствие государственных гарантий в обеспечении безбедного существования семьям, пребывающим в бедности по не зависящим от них причинам, с другой стороны — ее пассивный характер, не способствующий выходу из трудной жизненной ситуации. По приказу Минздрав-соцразвития России от 31 мая 2010 г. в 2010—2011 годах проводился эксперимент по оказанию государственной социальной помощи малоимущим семьям и малоимущим одиноко проживающим гражданам на основе социального контракта. Новая технология поддержки бедных слоев населения внедрялась в 17 субъектах Российской Федерации.

Технология социального контракта, в отличие от действующего порядка оказания государственной социальной помощи, предусматривает активные действия граждан в целях преодоления трудной жизненной ситуации, реализацию трудового потенциала получателей помощи и повышение уровня жизни за счет образования постоянных самостоятельных источников дохода и снижения иждивенческого мотива в поведении. Граждане берут на себя обязательства по выполнению мероприятий программы социальной адаптации, предусмотренной контрактом, в том числе по поиску работы, профессиональному обучению, развитию личного подсобного хозяйства, осуществлению индивидуальной трудовой деятельности по производству товаров и услуг, ремонту хозяйственных построек.

Органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления в пределах их полномочий оказывается поддержка граждан, заключивших социальный контракт, в том числе в виде предоставления государственных услуг в области содействия занятости населения, услуг учреждений социального обслуживания гражданам, находящимся в трудной жизненной ситуации, мер государственной поддержки граждан, ведущих личное подсобное хозяйство, индивидуальных предпринимателей и других мер поддержки. При этом предусмотрено, что оказание государственной социальной помощи на основе социального контракта не влечет прекращения или отмены других видов государственной социальной помощи, предоставляемой в соответствии с Федеральным законом № 178-ФЗ.

В соответствии с условиями эксперимента помощь на основе социального контракта устанавливается на период от трех до шести месяцев (либо оказывается единовременно) в размере разницы между региональной величиной прожиточного минимума малоимущей семьи и ее совокупным доходом. Важно отметить, что если безработный член малоимущей семьи получил пособие на организацию самозанятости, такая семья не может рассчитывать на помощь по социальному контракту.

В субъектах, где проводился эксперимент, были приняты свои нормативно-правовые акты об оказании помощи на основе государственного контракта. При этом круг получателей помощи был сужен. Так, в Самарской области получателями стали многодетные и неполные семьи. В Республике Карелия — многодетные семьи, а также малообеспеченные семьи или одиноко проживающие граждане, пострадавшие от пожара; также студенты учреждений высшего, среднего и начального профессионального образования, ежедневно в течение учебного года пользующиеся пригородным транспортом. В Забайкальском же крае социальные контракты заключались с трудными семьями, где родители злоупотребляют алкоголем, не занимаются воспитанием детей, являются хроническими тунеядцами.

Имеются большие региональные различия и в размере выдаваемой помощи. В Самарской области — это не более 25 тыс. руб., в Камчатском крае—от 40 до 150 тыс. руб., в Свердловской области — 30 тыс. руб., в Тюменской области — 36 тыс. руб.

Как показал эксперимент, наиболее распространенным видом оказания государственной социальной помощи на основе социального контракта стало предоставление единовременных целевых денежных выплат на развитие личного подсобного хозяйства, а также на организацию самозанятости. По результатам эксперимента подготовлен федеральный законопроект, который вынесен на общественную экспертизу.

На наш взгляд, условия государственной социальной помощи на основе социального контракта нуждаются в модификации, которая бы позволила повысить эффективность новой технологии борьбы с бедностью. Направленность нового механизма поддержки малоимущих на мобилизацию трудоресурсного и хозяйственного потенциала семьи для выхода из бедности, безусловно, позитивна. Однако размер и сроки предоставляемой государством помощи явно не соответствуют необходимым для реализации поставленной задачи. Даже если бы совокупный среднедушевой доход малоимущей семьи доводился до величины прожиточного минимума, этого было бы недостаточно для обеспечения возможности осуществления каких-либо производственных затрат, проведения ремонтных работ. Российского ПМ едва хватает для физиологического выживания человека. Социальный контракт расторгается через 3—6 месяцев, и если за этот период семья не сможет создать собственный постоянный источник дохода для безбедного существования, она вновь скатится в бедность.

Очевидно, что для создания реального шанса выбраться из бедности путем мобилизации ресурсного потенциала семьи необходимо увеличить социальную помощь малоимущим за счет федеральных средств и пролонгировать срок действия социального контракта. В этом отношении следует отметить положительный пример Тюменской области, где контракты заключаются на два года.

Еще один новаторский подход к борьбе с бедностью состоит в социальной защите малоимущих посредством продовольственных талонов. Удовлетворение потребности в «хлебе насущном» — главная проблема бедных семей, и особенно крайне бедных, к которым относятся люди с доходами от 50 % и меньше от величины прожиточного минимума. Поэтому в настоящее время в России инициирована и широко обсуждается идея прямой продовольственной помощи бедным слоям населения, которая давно практикуется в США, Канаде, Евросоюзе и ряде других стран.

В частности, в США программа продовольственной помощи малообеспеченным слоям населения осуществляется уже 77 лет, с 1933 года. В 2010 году ее получили более 40 млн чел. Это 13 % населения США. На эти цели было израсходовано около 65 млрд долл. На продуктовые карточки можно приобрести хлеб, крупы, молочные продукты, овощи, фрукты, мясо, птицу, рыбу.

Европейская программа помощи малоимущим началась в 1987 году. В последние годы ЕС выделяет на нее ежегодно 500 млн евро.

В нашей стране о продовольственной помощи малоимущим заговорили в 2008 году, когда резко подскочили цены на продукты питания. Депутаты от партии «Единая Россия» подготовили законопроект «О государственных продовольственных гарантиях и государственных продовольственных сертификатах». В 2010 году к ним присоединились Общественная палата Российской Федерации, Ассоциация компаний розничной торговли, Зерновой союз России и союзы производителей мяса и молока. Общественная палата подготовила проект федеральной программы «Продовольственные карточки для бедных и развитие производства населением сельскохозяйственной продукции».

Оба этих документа объединяет одно выдвигаемое условие: сельскохозяйственная продукция, используемая на продуктовую помощь малоимущим, должна закупаться государством у отечественных сельхозтоваропроизводителей. Данное условие придает этому механизму защиты малоимущих особое значение в борьбе с бедностью на селе. Дело в том, что система продуктовой поддержки малоимущих окажет мультипликативное действие на снижение бедности в сельской местности. Она позволит не только адресно дотировать бюджет малоимущих семей, но и повысить доходы сельхозтоваропроизводителей, а следовательно и заработную плату работников сельхозорганизаций: через увеличение спроса на отечественную сельхозпродукцию; обоснованное ценообразование; создание устойчивого государственного рынка ее сбыта.

Идея введения продовольственных талонов для малоимущих россиян в целях приобретения базовых продуктов питания вызвала неоднозначную оценку со стороны политологов, экспертов, общественности.

Мы сочли интересным выявить отношение к этому вопросу и жителей села, где концентрируется бедность. Опрос, проведенный в 2011 году в 31 субъекте Российской Федерации (выборка составила 6 тыс. сельских домохозяйств), показал, что к идее продуктовой помощи относятся положительно более половины респондентов (табл. 5).

Таблица 5. Отношение сельского населения к введению продуктовых карточек для малоимущих, 2011 г.

Варианты ответов	% от числа опрошенных
Безусловно положительно	21,5
Скорее положительно	32,9
Скорее отрицательно	14,2
Безусловно отрицательно	7,1
Затрудняюсь с ответом	24,3

Какими аргументами были мотивированы положительные ответы? Основные мотивы связаны с тем, что данный механизм позволяет оказать целенаправленную адресную продовольственную поддержку тем, кто в этом особенно нуждается. На эти мотивы указали от 37 до 52 % опрошенных. Заметно меньше, но не мало — 22 %, сторонников у аргумента, что введение продуктовых карточек поможет развитию отечественного сельского хозяйства (табл. 6).

Таблица 6. Причины, по которым сельское население одобряет введение продуктовых карточек для малоимущих, 2011 г.

Варианты ответов	% от числа тех, кто относится к введению карточек положительно
Продуктовые карточки позволят малообеспеченным людям лучше питаться	52,5
Получив карточки, граждане с низкими доходами будут обеспечены продуктами первой необходимости, а если бы им просто дали денег, то они скорее потратились бы не на еду, а на спиртное и табак	48,5
Продуктовые карточки обеспечат малоимущим людям определенную стабильность в питании в условиях роста цен на продукты	37,4
К малоимущим чаще всего относятся многодетные семьи. Введение продуктовых карточек обеспечит полноценное питание и сохранение здоровья детей в многодетных семьях	38,5
Введение продовольственных карточек поможет развитию отечественного сельского хозяйства	22,2
Введение продуктовых карточек позволит снять социальную напряженность на селе	14,6
Другое	1,2

Немало доводов и у противников нового механизма защиты малоимущих. При этом основная причина отрицательных ответов — убеждение в глубокой коррумпированности нашего общества. Более половины респондентов из числа не поддерживающих идею введения карточек высказывают опасение, что они будут раздаваться не по прямому назначению и действительно нуждающимся не достанутся (табл. 7).

Таблица 7. Причины, по которым сельское население не одобряет введение продуктовых карточек для малоимущих, 2011 г.

Варианты ответов	% от числа тех, кто относится к введению карточек отрицательно
Введение продуктовых карточек — это очень затратное мероприятие для бюджета страны. Есть более важные направления расходования государственных средств	24,5
Продуктовые карточки будут раздавать не по прямому назначению, настоящим нуждающимся они все равно не достанутся	53,9
К людям, которые будут получать продуты по карточкам, другие будут относиться с презрением, неуважительно	31,9
Введение продуктовых карточек для социально незащищенных слоев населения способно вызвать у остальных панические настроения и ажиотажный спрос на продукты питания длительного хранения	27,3
Другое	10,0

Значительным оказался и фактор психологического свойства, треть респондентов считают, что к людям, которые будут получать продукты по карточкам, другие будут относиться с презрением, неуважительно. Надо признать, что этот фактор проявляется и в том случае, когда мы задаем вопрос о материальном положении семьи, относит ли домохозяйство себя к числу бедных. Доля сельчан, квалифицирующих свое положение как проживание в бедности, обычно ниже, чем об этом говорят фактические данные о доходах.

В частности, на наш вопрос «Есть ли у Вас необходимость в получении продуктовой карточки?» было получено 18 % положительных ответов, 59 % отрицательных и 23 % респондентов затруднились с ответом. Доля положительных ответов, как видите, близка к официальному удельному весу бедных на селе. Но мы полагаем, что нуждающихся немало и среди тех, кто предпочел не отвечать на этот вопрос.

Очевидно, что для принятия того или иного решения по поводу введения продовольственных талонов первостепенное значение имеет цена вопроса. В 2010 году, как было отмечено, насчитывалось 18 млн бедных. Дефицит денежных доходов у этого контингента российских граждан до прожиточного минимума составлял 384 млрд руб. В прожиточном минимуме, который в 2011 году составил 6,3 тыс. руб., на продукты питания приходится 40 %. Если исходить из того, что и в общем денежном дефиците 40 % приходится на продовольствие, то на продуктовые карточки для всего контингента бедных потребуется 154 млрд руб., то есть 8,5 тыс. на одного бедного в год, или 700 руб. в месяц.

«Единая Россия» предлагает оценить продуктовый талон в 1 тыс. руб. в месяц. Но выдавать талоны не всем малоимущим по объективным причинам, а только одиноко проживающим пенсионерам, инвалидам II и III группы, одиноким матерям и отцам, воспитывающим детей до 14 лет, и ряду других наиболее социально уязвимых слоев населения. При этом, однако, депутаты повышают черту дохода потенциальных получателей карточек до 1,5 прожиточного минимума. Численность таких граждан оценивается в 3—5 млн чел., а бюджетные расходы — соответственно в 36—60 млрд руб.

В США продовольственная помощь оказывается всем малоимущим. При этом планка доходов, при которых выдаются продовольственные талоны, составляет 130 % к ПМ, а если в семье пожилые люди и инвалиды — то 165 %. В 2011 году в США эта планка для одиноко проживающего бедного составила 1174 долл. в месяц, а для пенсионера или инвалида — 1490 долл. В соответствии с установленными нормами одиноко проживающий малоимущий получает в месяц до 200 долл. в виде карточек на питание, семья из двух человек — 367 долл., из четырех человек — 668 долл.

На наш взгляд, введение продовольственной поддержки малоимущих могло бы стать действенным способом борьбы с бедностью в России. При этом с учетом ее мультипликативного эффекта село выиграло бы дважды: во-первых, вследствие того, что здесь выше концентрация бедных, во-вторых, благодаря дополнительной государственной поддержке сельскохозяйственного производства. Но вопрос, безусловно, требует глубокой детальной проработки.

Призрак продовольственных талонов бродит по нашей стране и проявляется не только в проектах нормативно-правовых документов, ждущих обсуждения в законодательных органах. Проблема эта актуализировалась в ходе обсуждения подготовленного Минсельхозом России проекта Государственной программы развития сельского хозяйства на 2013—2020 годы. В частности, в числе замечаний на этот проект от Министерства экономики было и такое — «в проекте отсутствуют механизмы стимулирования спроса на продукты питания». Одним из таких механизмов могла бы стать продовольственная помощь малоимущим. Но цена вопроса такова, что этот механизм никак не укладывается в ресурсное обеспечение госпрограммы.

На наш взгляд, для реализации идеи продовольственной помощи малоимущим российским гражданам на первых порах, может быть, хотя бы тем, у кого доходы в два и более раз ниже черты бедности, нужна специальная государственная программа.

Реализация проекта Стратегии долгосрочного развития пенсионной системы Российской Федерации на период до 2030 года также затруднит выход российского села из состояния бедности. Во-первых, отменяются льготы по страховым платежам в Пенсионный фонд, которые имеют сейчас сельхозтоваропроизводители. Во-вторых, пенсии жителей села практически будут формироваться только из одного источника — государственной пенсионной системы. Корпоративная и частная (добровольная) системы в условиях тяжелого финансового положения сельскохозяйственных организаций и будущих получателей пенсий на селе не смогут сложиться. В-третьих, планируемые страховые взносы для самозанятых (они должны увеличиться с 14,3 тыс. руб. в год в 2012 г. до 48,7 тыс. в 2015 г.), какими являются миллионы владельцев личного подсобного хозяйства, не имеющие другого доходного занятия, для них непомерны. Они по-прежнему не будут иметь трудовых пенсий и останутся самой незащищенной частью общества.

Очевидно, что к проекту Стратегии долгосрочного развития пенсионной системы необходим более взвешенный подход, предусматривающий преференции селу с учетом его особенностей, проблем и роли в реализации общенациональных целей.

---

[1] Индекс риска бедности показывает, во сколько раз риск бедности для населения, сгруппированного по месту жительства, превышает риск бедности для населения в целом. Значения индексов риска бедности ниже 1 свидетельствуют о более низком риске бедности, чем риск бедности для населения в целом.