Во Владивостоке более полугода держат в тюрьме боевого офицера

Продлен срок досудебного содержания под стражей руководителя приморского территориального управления Росрыболовства контр-адмирала в отставке Александра Иванкова. Как уже рассказывала «Новая», он был арестован 15 февраля 2013 года по обвинению в превышении служебных полномочий (ч. 3 ст. 286 УК РФ).

Продлен срок досудебного содержания под стражей руководителя приморского территориального управления Росрыболовства контр-адмирала в отставке Александра Иванкова. Как уже рассказывала «Новая», он был арестован 15 февраля 2013 года по обвинению в превышении служебных полномочий (ч. 3 ст. 286 УК РФ).

Ну понятно, рыбное дело — воровское, подумает проницательный читатель и, возможно, будет по-своему прав. Однако в данном случае не все так просто — особенно учитывая внимание, которое на рыбном Дальнем Востоке приковано к этому делу. Да и биография Иванкова тоже хорошо здесь всем известна. Как известно и то, что в рамках проводимого расследования уже возникло несколько столь причудливых правовых новаций, что они удивляют специалистов как в области права, так и в области рыболовства.

Дата ареста — 15 февраля — точно совпадает с атакой Следственного комитета РФ на главу Росрыболовства Андрея Крайнего. Та проверка давно завершена, все обвинения сняты, но с Иванкова по-прежнему требуют дать соответствующие показания. Удивляет при этом не только сам набор предъявляемых обвинений, но и тот факт, что следствие упорно считает необходимой мерой пресечения не домашний арест, а именно содержание под стражей. В результате последнего продления избранной меры пресечения Иванков будет находиться под стражей как минимум 8 месяцев (до 13 октября). Между тем Уголовно-процессуальный кодекс РФ позволяет содержать под стражей свыше 6 месяцев только тех лиц, которые обвиняются в совершении тяжких насильственных преступлений — разбой, убийство и т.д.

Именно поэтому «дело Иванкова» воспринимается во Владивостоке, в бизнес-кругах, связанных с рыбным промыслом, как механизм передела рынка биоресурсов, а не как попытка органов правосудия дать законную оценку деятельности приморского теруправления Росрыболовства.

— Благодаря введенным в последние годы в уголовно-процессуальное законодательство изменениям выстроилась довольно стабильная правоприменительная практика, когда в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких должностных или экономических преступлений, избирается мера пресечения в виде домашнего ареста, которая, как и лишение свободы, связана с изоляцией от общества, и именно поэтому срок нахождения под домашним арестом засчитывается в виде лишения свободы, — размышляет адвокат Яков Шейнин. — Тут можно, конечно, вспомнить нашумевшее дело «Оборонсервиса», по которому лица, обвиняемые в миллиардных хищениях, находятся под домашним арестом. Есть примеры и у нас, в Приморье. Например, сейчас расследуется дело в отношении двух высокопоставленных сотрудников Дальневосточной оперативной таможни, которые обвиняются в применении насилия в отношении задержанного; их действия, как и действия Иванкова, квалифицированы следствием по той же статье УК РФ. Однако оба они находятся под домашним арестом, притом что обвиняются они в совершении тяжкого насильственного преступления. На этом фоне «дело Иванкова» представляется явным исключением из сложившейся практики.

Главная претензия к Иванкову, говоря неюридическим языком, состоит в том, что он смухлевал (и заставил смухлевать своих подчиненных) при проведении в декабре 2012 года аукционов по продаже квот на вылов краба. Одни компании допустил, другие не допустил; хотя руководствовался при этом, как утверждают адвокаты, действующей нормативной базой. Одна из «обиженных» компаний, ЗАО «Восток Джапан», даже обратилась в краевой арбитраж с иском, однако суд однозначно решил, что отказ в допуске заявителя к участию в аукционе был совершенно законным.

Адвокаты также обращают внимание на тот факт, что обвинение во многом построено на допусках. То есть если бы все тот же «Восток Джапан» был допущен к аукциону и выиграл бы, то он готов был бы заплатить за лот на 45 миллионов больше, чем победившая компания. Но в этой фразе слишком много «бы». Формулировка подобного обвинения является новацией в уголовном праве, когда подозреваемому вменяются в вину не те последствия, которые реально наступили от его действий, а те, которые теоретически могли бы наступить (а могли бы и не наступить). Это значит, что при определении размера причиненного ущерба следствие оперирует результатами не проведенного аукциона, а того, которого не было.

Подобные фантазии — не единственная странность «дела Иванкова». Абсурдным выглядит обвинение в превышении должностных полномочий за решение, принятое коллегиальным органом. Ведь каким бы начальником ни был Александр Иванков, но при проведении аукциона все решения принимались коллегиально, причем в состав аукционной комиссии входили не только подчиненные Иванкова, но и официальные представители администрации Приморского края и территориального управления Федеральной антимонопольной службы (УФАС).

Нет ответа и на ключевой в этой ситуации вопрос: что именно подтолкнуло силовиков к возбуждению уголовного дела, аресту и содержанию в камере уважаемого офицера, что стало катализатором? Вопрос не праздный, потому что в подавляющем большинстве случаев, когда закрадываются сомнения в чистоте тех или иных аукционов, в роли главного контролера оказываются структуры ФАС. Именно они выступают истцами в арбитражных судах, опротестовывая неправомерные, на их взгляд, итоги аукционов или конкурсов. Однако в данном случае эту роль взяли на себя следствие и прокуратура.

Даже территориальное управление ФСБ проявляет в «деле Иванкова» завидную активность. Так, на последнем судебном заседании, где рассматривался вопрос о продлении содержания адмирала под стражей, был представлен рапорт старшего оперуполномоченного по ОВД 3/1 СЭБ УФСБ России по Приморскому краю подполковника С.А. Седловского о том, что «…в ходе проведения оперативно-разыскных и следственных мероприятий по уголовному делу № 784612 получены сведения о намерениях руководителя ТУ Росрыболовства Иванкова А.Е., находящегося в настоящее время под стражей в СИЗО-1 (г. Владивосток), в случае изменения ему меры пресечения, не связанной с лишением свободы, выехать за пределы Российской Федерации с целью избежания дальнейшего уголовного преследования со стороны правоохранительных органов».

— Надо совершенно не знать ни Иванкова, ни его семью, чтобы такое сочинить, — говорит адвокат Шейнин. — Дело в том, что его супруга, Ольга Ивановна, является инвалидом 1-й группы, нуждается в постоянной поддержке. На последнем суде, когда Иванков услышал, что он, оказывается, собирается бежать, то только горько усмехнулся: «Мне не интересны фантазии следствия. Но я прожил с женой больше 30 лет, и неужели кто-то думает, что в нынешней ситуации я смогу ее бросить?!»

Еще одна деталь, характеризующая контр-адмирала в отставке Александра Иванкова. Никакого коттеджа у него нет, живет в обычной 3-комнатной квартире. Когда следователи пришли к нему домой с обыском, единственное, что смогли описать как более или менее ценное, — это коллекция монет, которую оценили в 300 тысяч рублей…

Треть века назад, когда лейтенант Иванков, окончив военно-морское училище, получал свои первые погоны и кортик, он вряд ли догадывался, что дослужится до контр-адмирала. Ну а уж тюрьма ему и в страшных снах не снилась. И все-таки ему есть чем гордиться: за плечами морского пограничника Александра Иванкова более 3 тысяч (!) высадок с досмотровой группой на различные суда и почти 2 миллиона долларов штрафов, выписанных за различные нарушения.

Но все это было в другой стране.

Комментарии

Герман Зверев, председатель комиссии РСПП по рыбному хозяйству и аквакультуре:

— Мера пресечения, которую выбрали для военного моряка Иванкова, приводит в оторопь. Безусловно, суд разберется в хитросплетениях уголовного дела, но неужели для торжества правосудия необходимо держать в тюрьме заслуженного офицера? Без этого правосудие не может восторжествовать?

Фазил Алиев, председатель совета директоров судоходной компании «РИМСКО»:

Бывали ситуации, когда мы сталкивались с Иванковым в суде как с представителем погранокруга; это всегда был корректный и уважительный обмен аргументами и доводами. Затем жизнь распорядилась так, что, сняв погоны, он три года работал в нашей компании на одной из руководящих позиций. Могу поручиться за Иванкова как за человека кристальной честности и порядочности.

Когда верстался номер

За что же тогда сидит за решеткой адмирал Иванков?

Пятый арбитражный апелляционный суд в Приморье во вторник оставил без изменения решение суда первой инстанции, по которому распределение квот на аукционах на вылов краба в подзоне «Приморье» признано законным, сообщила пресс-секретарь суда Марина Кратанчук. По ее словам, представители УФАС настаивали на том, что аукционная документация была подготовлена таким образом, что участие в торгах смогли принять только определенные компании.

Ранее сообщалось, что после выявленных прокуратурой нарушений на аукционах в отношении начальника регионального управления Росрыболовства Иванкова были возбуждены два уголовных дела по статье «Превышение должностных полномочий», предусматривающей до четырех лет лишения свободы.

(По сообщениям «РИА Новости» и агентства «Интерфакс»)