Византийцы и Вырыпаев

Вряд ли заказчики «дела Серебренникова» предполагали, что у режиссеров появится политическая позиция

За ближайшие полгода властям предстоит смастерить какую-нибудь предвыборную интригу. Финансовые ресурсы под эту задачу, пожалуй, не ограничены, а вот креативных идей совсем немного. Недавно мы писали, например, о попытке привлекать молодежь на выборы через сайты знакомств. Еще хуже дело обстоит с кадрами. Выводить на президентскую кампанию в зачищенной посткрымской России просто некого, даже Михаила Прохорова на это уже не подпишешь.

За сборкой интриги из подручных средств, пылившихся в чулане, сейчас можно следить в режиме реального времени. Уже несколько месяцев ходит слух о том, что в выборах — в качестве спойлера справа — может принять участие Никита Михалков. Михалков подобной возможности не отрицает и усердно генерирует информационные поводы, которые должны показать: режиссер независим, настроен критически, а все потому, что он большой патриот — больше всех своих оппонентов.

На коллегии Министерства культуры Михалков хлопнул дверью и заявил, что выходит из попечительского совета Фонда кино. Причина — в «безответственности руководства фонда», а кроме того в назначении в совет Натальи Тимаковой, пресс-секретаря Дмитрия Медведева. С Тимаковой, заявил Михалков, у него по всем вопросам мнения диаметрально противоположные, а она облечена большой властью, так что ее позиция «будет превалировать» в совете. Михалков обвинил Тимакову в «латентной русофобии», которая конкретно выразилась в поддержке «Ельцин-центра» в Екатеринбурге. Тимакова в ответ заявила, что осознает свою ничтожность «в деле византийства» — на фоне Никиты Сергеевича, который, конечно, тут гроссмейстер. Короче говоря, политическая борьба обостряется — в том строго ограниченном фрагменте публичной жизни, которую еще не придушили.

Византийству и выборам посвящено и нашумевшее письмо режиссера Ивана Вырыпаева, который призвал деятелей культуры в ответ на задержание Кирилла Серебренникова отказаться от своей поддержки властей вообще и участия в предвыборной кампании Кремля в 2018 году в частности. Некоторое брожение на этот счет действительно началось: за Серебренникова перед судом поручились самые разные люди: от Филиппа Киркорова до Константина Хабенского, но эффекта это не имело. Серебренников никаким диссидентом, конечно, не был, и имел хороших приятелей в «либеральной башне», а в итоге оказался под домашним арестом. Так что

задержание Серебренникова — это ясный сигнал для всех российский художников: иметь дело с властями опасно, в случае чего они не защитят.

И вот Вырыпаев зовет с византийцами прощаться — и похоже, даже не из-за высоких идеалов или морального осуждения, а просто исходя из чувства самосохранения. К революционной борьбе режиссер тоже не зовет, предлагает просто «перестать направлять свою личную энергию на поддержание этой власти». Вырыпаев предлагает свернуть и известные византийские практики, в рамках которых любая проблема решается через прямую апелляцию к президенту. Вообще выйти из того типа негласного договора, который действовал в последнее время между властью и деятелями искусств: деньги в обмен на ограниченную лояльность курсу партии и публичное уважение начальства.

Риск с уходом творческой интеллигенции «в отказ» заказчики показательного дела против Серебренникова, кажется, не просчитали. И вряд ли они вообще предполагали, что у театральных режиссеров может вдруг появиться какая-то собственная политическая позиция. Ведь эти лидеры общественного мнения много лет молча наблюдали за тем, куда идет страна.

Но вот — заговорили. Кто же теперь будет рисовать декорации к выборам?