Original Material
ЕС, ТС и нехай
Европейцы предложили Украине удочку, а Россия тарелку с рыбой. Голодный Киев выбрал рыбу
Когда утром в четверг Верховная рада один за другим валила законопроекты о возможности лечения заключенных за границей, в Брюсселе еще надеялись, что Соглашение об ассоциации Украины с Евросоюзом все же будет подписано в Вильнюсе 28 ноября. Европейцы предложили Украине удочку, а Россия тарелку с рыбой. Голодный Киев выбрал рыбу
Когда утром в четверг Верховная рада один за другим валила законопроекты о возможности лечения заключенных за границей, в Брюсселе еще надеялись, что Соглашение об ассоциации Украины с Евросоюзом все же будет подписано в Вильнюсе 28 ноября.
Европейский комиссар по вопросам расширения союза и отношениям с соседями Штефан Фюле объявил, что срочно летит в Киев на «кризисную» встречу, чтобы подтолкнуть процесс. Допускался даже вариант, что Брюссель смягчит требование по Юлии Тимошенко и подпишет документ, не дожидаясь ее освобождения.
Но когда в Киеве премьер Николай Азаров объявил о решении приостановить процесс интеграции с ЕС и заняться восстановлением связей с Россией и СНГ, стало ясно, что «закон о Юле» здесь ни при чем.
Комиссар Фюле отменил полет в Киев, а находящиеся там с миссией Европарламента Пэт Кокс и Александр Квасьневский прислали в Брюссель заявление, в котором обвинили Россию в давлении на Украину. Взятый украинскими властями «тайм-аут», по их мнению, затянется на неопределенное время, а когда и если процесс возобновится, он будет проходить сложнее.
Соглашение объемом в 1200 страниц, каждая строчка которого рождалась в муках в течение восемнадцати месяцев переговоров, рискует остаться бумагой для историков. Дипломатическая сдержанность и политкорректность не могли скрыть обиды в брюссельских кабинетах. Тем не менее внешнеполитическая служба ЕС и Европейская комиссия реагировали осторожно, стараясь не сжигать мосты. Оправившись от шока, Фюле заявил, что официально пока ничего не изменилось, его собеседники в правительстве Украины не говорили об отказе подписывать соглашение, письма об этом он не получал, а Янукович не отменял визита в Вильнюс.
Не все в ЕС такого благодушного мнения. Один из авторов Восточного партнерства, министр иностранных дел Швеции Карл Бильдт, уверен, что Украина не смогла устоять под давлением Кремля. Он написал в Twitter: «Украинское правительство неожиданно прогнулось перед Кремлем. Явно сработала политика брутального давления». По словам шведа, вне зависимости от того, вступит Украина в путинский Таможенный союз или нет, ее будущее туманно. «Она не идет на запад, и я не думаю, что пойдет на восток. По моим ощущениям, она просто падает вниз под тяжестью своих экономических проблем».
Условия кредита МВФ, которые, по словам премьера Азарова, стали последней каплей, заставившей отказаться пока от соглашения с ЕС, просто заставляли украинцев признать экономический статус-кво и постараться жить по средствам. Украинское правительство сочло, что это для него социально неприемлемая цена и лучше пойти в политический плен Москвы.
Странное предложение начать трехсторонний диалог с участием ЕС, Украины и России Брюссель отверг с порога. Соглашение об ассоциации с Украиной — это двустороннее дело, и роль третьего неуместна.
Если вильнюсская сделка расстроится, то Евросоюзу, как считают некоторые брюссельские наблюдатели, можно будет даже с облегчением вздохнуть. Украина — это глубоко задолжавшая страна с 46-миллионным населением, насквозь пораженная коррупцией. Она могла бы оказаться тяжелым бременем для ЕС. А сейчас Украина может стать проблемой Москвы.
Российские политические обозреватели зациклились на «вступлении-невступлении» в ЕС, на формальном членстве Украины в союзе, что в данном случае не главное. Ассоциация предусматривает перенос европейских законов и правил всей жизни (включая экономику) в законодательство и нормативную базу ассоциируемой страны. Даже не будучи членом ЕС, страна начинает жить по европейским правилам и законам, а не указаниям и директивам высшего начальства. В долгосрочной перспективе именно это главное, а не то, сколько сегодня-завтра кто-то наварит или проиграет на продаже-непродаже чего-то.
Европейцы рассматривали соглашение как цивилизационный выбор Украины, не переход из сферы влияния России в сферу влияния ЕС, а расставание с советским прошлым в пользу западных ценностей, перестройку общественно-политической и экономической системы. Киев же видел в нем конкретную возможность сейчас и здесь поправить материальное положение европейскими деньгами, спасти остатки старой советской экономики от разорения, а правящую команду — от социального взрыва.
На пути к будущей сытости европейцы предложили Украине удочку, а Россия — тарелку с рыбой. Голодный Киев выбрал рыбу, чтобы пообедать сегодня.
Европейский союз демонстрирует равнодушие к геополитическим играм, исключая из своих целей «величие», ставя на первый план ценности, институты, граждан. Но, увлекшись украинским проектом, он вдруг наткнулся на сильное противодействие Кремля и незаметно оказался в геополитической игре. Эти события показали, что на европейский континент вернулось блоковое соперничество, похороненное было вместе с холодной войной. Опять налицо разные идеологии, разные общественно-политические системы, экономическая мощь конкурентов.
Обвинения в «давлении» и «шантаже» в связи с выбором Украины прозвучали с обеих сторон. Громко, официально и на самом высоком уровне. В глазах Европы шантаж со стороны Кремля выражается в больших деньгах, которыми Путин может распоряжаться самолично, закулисно, не спрашивая налогоплательщиков. Чего не могут позволить себе европейские лидеры, подотчетные парламентам и связанные демократическими процедурами. В глазах Путина шантаж со стороны Европы выражается в крамольном влиянии вплоть (о, ужас!) до поддержки уличных протестов. У каждого свои козыри и страхи.
До сих пор Россия политически могла считаться одним из партнеров Евросоюза. Отныне слова «стратегическое партнерство между ЕС и Россией» остаются разве что на бумаге и в официальных речах. Киевский разворот не останется без последствий для отношений между Брюсселем и Москвой.