Статистика и смерть

Почувствуйте разницу между радужными официозными статистическими сводками — и реальностью

Почувствуйте разницу между радужными официозными статистическими сводками — и реальностью

Есть такая профессия — Родину хвалить, но это трудная профессия. Вот надо, допустим, доказать, что имидж России на Западе улучшается вопреки всем «двушечкам», слепнущим и голодающим в тюрьме оппозиционерам и «закону подлецов» — и соответствующий доклад, конечно, пишется и публикуется, и устраивается пресс-конференция по его мотивам. Организуется информационный вброс, и собравшиеся в ИТАР-ТАСС зрители не без интереса выслушивают лекцию о ломке стереотипов.

Дескать, все ожидали, рассказывает гендиректор Центра политической информации Алексей Мухин, что после событий минувших полутора лет образ России окажется «подпорченным», а вышло иначе. И если оценивать «имиджевые неудачи России через призму миграционных процессов», как пишут, работая над стилем, авторы доклада, то получается, что о неудачах говорить просто смешно.

Все ровно наоборот.

«Либеральная паника» и «модные разговоры» об эмиграции мало кого напугали и вынудили к отъезду, зато нарастает поток беженцев, рвущихся к нам из Германии и Франции. А все потому, что стабильность укрепляется с каждым днем, и плоская шкала налогообложения влечет не одного Депардье, а целые батальоны «знаменитых шеф-поваров, спортсменов и ученых», которые осаждают наши консульства за рубежом, мечтая получить российское гражданство.

Таковы, можете себе представить, данные Росстата. В 1997 году, на закате проклятых 90-х, из страны выехало почти 233 тысячи человек, то есть целый Сыктывкар, шутят докладчики, а десять лет спустя, в эпоху счастливого Второго Срока, убыль составила меньше 50 000. Сыктывкар не обезлюдел. А в позапрошлом году уехало и того меньше. Ибо «уровень политической свободы в стране, в смысле высказывания мнений, не совпадающих с официальной точкой зрения, высок, в отличие от США, например». Такая политинформация, если вспомнить времена еще более счастливые. Такая обнадеживающая аналитика.

Увы, обнадежить она может лишь тех, кто заказывает подобные доклады или буквально на днях эмигрировал к нам с Марса либо свалился с Луны. Поскольку чуть внимательнее вглядевшись в цифры и сопоставив их с реальными фактами, перестаешь понимать, какой такой имидж России вдохновляет Мухина и что за призму ему выдали в администрации президента.

Взять хоть тех счастливцев, что переселились к нам: в страшном 1997 году этих шеф-поваров насчитывалось, согласно таблице, 600 000, тогда как десять лет спустя — в два раза меньше. Или призадуматься о тех, кому выпала судьба жрать хлеб изгнанья, не оставляя корок. Дело в том, что счастливые времена перестройки давно миновали, и людей, желающих уехать за границу, нигде особенно не ждут. Последним «окошком» была Германия, куда переселялись немецкие аусзидлеры и еврейские контингентные беженцы со своими женами и детьми разных национальностей, но и это окно в Европу практически захлопнулось в середине нулевых годов. Чем, кстати, можно объяснить снижение эмигрантских потоков начиная с 2005 года.

Россияне бегут от Владимира Владимировича иными путями. Богачи с ходу вкладывают в европейскую экономику очень круглую сумму, открывая свой новый бизнес: такова цена долгосрочной шенгенской визы. Те, кто победнее, уезжают на работу или учебу, постепенно добиваясь вида на жительство в стране пребывания. Эти цифры не учитывает никакой Росстат, поскольку формально они остаются российскими гражданами и не отказываются от паспортов — это лишняя трата времени, денег и нервов. Однако подавляющее большинство их не вернется в Россию, и причина тут даже не в Путине. Просто взгляд издалека на то, что вечно происходит у нас, еще безысходнее, чем изнутри. Имиджа это касается в первую очередь.

Александр Долматов, погибший в Роттердаме, тоже не будет учтен в статистических сборниках. Он ведь не уехал, выписавшись из своей квартиры в подмосковном Королеве. Он бежал, спасаясь от лагеря. И как жаль, что скверно информированные голландские чиновники, решавшие его судьбу в суде первой инстанции, не поняли: перед ними настоящий беженец. Как жаль, что одиночество и отчаяние в его душе возобладали над здравым смыслом: все-таки крайне маловероятно, что его бы выслали в Москву. Как жаль, что чувство ужаса перед грозящим свиданием с родиной оказалось сильнее всех иных, включая чувство самосохранения.

Обо всем этом особенно горько думать, когда видишь картинку в Сети, где сытые, гладкие господа впаривают нам доклад про «Образ России в современном мире-2013». Это трудная профессия — Родину хвалить, но, говорят, хорошо оплачиваемая. Как правило, бессовестная и безвредная, ибо кто ж читает эти доклады, кроме заказчиков и редких комментаторов. Однако на сей раз вышла накладка, и речь не о цифрах, но о трагическом совпадении. О том, как смерть политического эмигранта проиллюстрировала веселенький график с разноцветными изломанными линиями. И о том, что от всего этого несусветного государственного вранья люди и бегут, как в Гражданскую войну бежали от пуль и застенков. Спасаясь от тюрем, тоже бегут, и этот поток становится все шире.