Григорий Гриценко: Газовый расклад после саммита

Григорий Гриценко

Обсуждавшееся всю прошлую неделю соглашение о дополнительных поставках среднеазиатского газа, подписанное президентами России, Туркмении, Казахстана и Узбекистана, немного проясняет расклад сил на газовом рынке.

До некоторых пор отношения между потребителями (Европа) и основным поставщиком (Россия) были предельно ясны: вы нам валюту, мы вам газ. Но после дискуссий о поставках газа на Украину, а потом и в Белоруссию, европейские потребители немного занервничали, так как увидели, что российское руководство в случае чего вполне может пойти на крайние меры, вплоть до прекращения поставок. Особенно занервничали некоторые руководители стран Восточной Европы, которым в самом деле есть чего опасаться. Если сейчас они пользуются монопольным правом транспортировки российского газа в Западную Европу и получают от этого хорошие дивиденды, в том числе и политические, то после окончания строительства Северо-Западного газопровода большая часть газовых потоков пойдет в обход их территории. Тогда их значение как монопольных транзитеров будет сведено к минимуму. После чего, надо думать, цены на газ для них будут сильно повышены, а если требуемая цена не будет уплачена, они могут быть и вовсе отключены от поставок.

Обеспокоенные такой перспективой европейские потребители стало спешно искать новые источники газовых ресурсов, и нашли их в далекой Средней Азии. После чего дело осталось за малым - построить газотранспортную систему для прокачки среднеазиатского газа, которая шла бы в обход территории России. В результате монопольное положение России как поставщика газа в Европу ослабло бы, европейские потребители получили бы свободу выбора и, соответственно, возможность торговаться при определении цены и условий поставок. Ну, а про возможные отключения от поставок газа вообще можно было бы забыть.

Однако гладко все было только на бумаге, так как решиться на строительство подобного транспортного комплекса мог только человек, страдающий географическим кретинизмом. Ведь чтобы пройти мимо территории России, этот новый газопровод должен был, идя от Туркмении, пересечь Каспийское море, выйти на землю на территории Азербайджана, потом через Азербайджан и Грузию выйти на Турцию, потом пройти всю территорию Турции до черноморских проливов, и уже через них подключится к имеющейся газотранспортной системе Европы. Маршрут неслабый, особенно с учетом того, что почти всю эту систему надо будет строить с нуля, поэтому стоить она будет бешеных денег, и к тому же пройдет по территориям с очень непростыми географическими и политическими условиями (сложный рельеф дна Каспия, горные вершины Кавказа и Турции, незатухающие вооруженные конфликты в этих регионах, до сих пор неопределенный юридический статус Каспийского моря и т.д.).

Близкий по смыслу проект уже намечался некоторое время назад, но сгинул именно по вышеназванным причинам. Когда президентом Украины стал Виктор Ющенко, одним из первых его внешних визитов стала поездка в Туркмению, где он пытался договориться с тогдашним президентом Сапармуратом Ниязовым о поставках природного газа - естественно, в обход России. Для того, чтобы совершить этот обходной маневр, требовался сущий пустяк - построить газопровод по дну Каспийского моря, потом через Кавказские горы по территории Азербайджана и Грузии, потом проложить трубу по дну Черного моря с выходом на сушу где-нибудь в районе Одессы или Николаева. После чего Украина была бы независима от поставок российского газа и даже могла бы составить ему конкуренцию при экспорте среднеазиатского газа в Европу. Но проект лопнул, не успев начаться, так как представитель какой-то из сторон все-таки посмотрел внимательно на карту.

Охота пуще неволи, поэтому переговоры между всеми заинтересованными в строительстве обходного маршрута сторонам шли постоянно. Но вот результат этих переговоров пока нулевой, тем более что Россия смогла перехватить инициативу и договориться со среднеазиатскими производителями о транспортировке через свою территорию больших, чем сейчас, объемов добываемого ими газа.

Самой России среднеазиатский газ не слишком нужен. При собственной годовой добыче в 640 млрд. кб. м текущие объемы поставок, скажем, из Туркмении в 50-60 млрд. кб. м погоды не делают. И даже предполагаемое увеличение туркменских поставок до 90 млрд. кб. м ситуацию не меняют. Более того, эта цифра почти совпадает, с теми объемами природного газа, которые добывают независимые российские производители, вынужденные потом закачивать газ в подземные газохранилища, так как российский монополист «Газпром» не дает им возможности прокачать этот газ потребителям по своей трубопроводной системе.

Сейчас среднеазиатский газ транзитом отправляется на экспорт в страны СНГ, вследствие чего часть переговоров о цене, условиях поставок и условиях платежа ведут между собой, скажем, Туркмения и Украина, а Россия только предоставляет услуги по транспортировке по своим газопроводам.

По всей видимости, подписанное соглашение, в котором пока говорится только о расширении мощности существующей трубопроводной системы с 60 млрд. кб. м в год до 90 млрд. кб. м, тоже предполагает транзитные услуги России, сам же газ его производители могут продавать кому угодно и по какой угодно цене. При этом среднеазиатский газ вряд ли станет конкурентом российскому. Таким образом, расширяя пропускную способность газопроводов и увеличивая потенциально возможные поставки среднеазиатского газа на экспорт, Россия решает скорее политические, чем внутриэкономические задачи.

Первая политическая задача - «привязать» к себе среднеазиатские государства, основным источником валютных поступлений для которых останется поставка природного газа через Россию, причем Россия в этой схеме будет являться самым важным звеном.

Вторая политическая задача - не пустить среднеазиатские государства на рынок стран Европы в качестве самостоятельных игроков и, соответственно, сохранить монопольное положение «Газпрома».

Третья политическая задача - переложить проблемы со снабжением европейских государств СНГ - Украины, Белоруссии и Молдовы - на плечи азиатских членов СНГ - Туркмении, Казахстана и Узбекистана.

Четвертая политическая задача, которую удается решить России: загнав среднеазиатский газ в свою трубу, она по-прежнему обладает высокой степенью свободы в отношениях с европейскими потребителями, и может диктовать им свои условия.

Ну, и пятая политическая задача, которая решалась скорее среднеазиатскими лидерами: поскольку потенциальные потребители газа в Европе находятся от них очень далеко, а Россия - это очень близкий сосед, лучше не создавать лишнего поводы для ссоры с ней. В данном случае это значит - продолжать продавать свой газ в Европу через ее ненавязчивое посредничество.

См. также:

Анатолий Цыганок. Каспийский энергосоюз