Газус Белли

Во вторник глава Газпрома Миллер выразил озабоченность по поводу роста задолженности Украины за поставки российского газа. По совпадению, которое следует считать случайным, в тот же день совет директоров Газпрома без лишнего шума и пыли утвердил новую редакцию инвестиционной программы компании на 2013 год, объемы которой выросли сразу на 45%, до 1,026 трлн рублей.

Вот это, как говорится, и навеяло.

С неделю назад, плутая в сетях второго российского мультиплекса, где-то в районе «Служу России» натыкаюсь на интервью Евгения Велихова. И вот заслуженный академик на голубом глазу рассказывает на всю страну о насущности создания флота подводных атомных танкеров-газовозов, долженствующих обеспечить России технологическое лидерство в важном деле освоения ресурсов Арктики.

Слушаю и не верю своим ушам. Оказывается, идея не умерла!

Оговорюсь сразу: я отношусь с большим уважением к заслугам Велихова, не без участия которого, выражаясь мягко, нам удалось избежать полного развала ядерной отрасли вообще и атомного подводного судостроения, в частности. Именно Велихов еще в 1992 году положил на стол президенту Ельцину программу по организации конверсионного производства на «Севмаше», чем, вероятно, спас главную базу по производству российских АПЛ от банкротства и уничтожения. После чего именно ему, Велихову, удалось протолкнуть (вопреки принципиальным возражениям Егора Гайдара) проект по строительству в Северодвинске платформы «Приразломная» (той самой, которую недавно атаковал Greenpeace), к финансированию которого еще при Рэме Вяхиреве удалось подключить Газпром.

Вероятно, тогда же зародилась и другая яркая конверсионная идея академика – переделывать списанные подводные лодки в танкеры для перевозки нефти, газа и иного полезного сырья в северных широтах. В отличие от надводных судов, убеждал Велихов, конверсионные субмарины могут доставлять грузы из Европы в Америку кратчайшим путем, круглый год, не нуждаясь в услугах ледокольного флота.

И почти убедил.

В начале нулевых идея нашла эмоциональный отклик в душах российских чиновников и бизнесменов. Весной 2000-го в интервью «Ведомостям» глава «Интерроса» Владимир Потанин, всерьез вознамерившийся возить субмаринами никель, с восхищением рассказывал, какое это удовольствие – всплыть под российским флагом где-нибудь в районе Роттердама и приветствовать изумленных аборигенов с капитанского мостика. Но удовольствие оказалось слишком дорогим даже для миллиардера – мечту пришлось утопить.

Но всего через три года губернатор Архангельской области Анатолий Ефремов огорошил норвежских бизнесменов планами по переоборудованию российских АПЛ типа «Тайфун» в подводные танкеры для перевозки нефти и газа. На панику, которую известие вызвало в рядах местных экологов, внимания никто не обратил. На мази уже был «Штокман», которому по расчетам могло потребоваться не менее 50 подводных СПГ-танкеров – для экспорта газа в США.

И вновь неудача.

Американская сланцевая революция поставила на «Штокмане» жирный крест – летом прошлого года Газпром, Total и Statoil заявили о заморозке проекта на неопределенное время. Примерно в то же время решилась и судьба трех (из шести) оставшихся на плаву «Тайфунов» – их не будут переделывать (как предлагали на «Севмаше»), а утилизируют. Причем АПЛ «Дмитрий Донской», участвовавшую в испытаниях многострадальной «Булавы», скорее используют в качестве живой мишени для нового поколения лодок класса «Борей» – от безыисходности.

Думай теперь, пошел бы князь Дмитрий (будущий Донской) на Куликово поле, зная, что свои же потом порежут или расстреляют.

И вот после всего этого в телевизоре появляется академик Велихов с нержавеющей идеей неуязвимых для северных льдов и вездесущих террористов атомных газовых танкеров, способных подарить России мировое лидерство в новой высокотехнологичной отрасли, могущей вытянуть за собой всю отечественную экономику.

Словно бы и не было этих двадцати лет.

Так вот, претензий к академику Велихову лично у меня нет – продвигая идею подводного танкерного флота, он лоббирует интересы подопечных ему предприятий («Севмаша» и Курчатовского института). Иными словами, ведет себя как ответственный руководитель. Хотя сама по себе идея конверсии боевых субмарин на мой вкус сильно смахивает на попытку приделать к АКМ ручку от кастрюли – непрактично, дорого и небезопасно.

Но вот ко всей «арктической инициативе», реализуемой под флагом Газпрома, вопросов гораздо больше.

Во-первых, экология. Уже существуют оценки потенциальных последствий возможного разлива нефти в северных морях, на той же «Приразломной». Коротко говоря, они катастрофические.

Другая угроза – риск аварии подводного танкера. Что бы сегодня ни говорили о совершенстве технологии, она возможна. Если помните, была у нас такая подводная лодка «Курск» северодвинской постройки. Она утонула.

Во-вторых, крайне неочевидная экономика нефтегазовых проектов в северных широтах с их огромной – на грани рентабельности – себестоимостью.

Но все эти резоны не являются для Газпрома достаточным (и вообще, каким бы то ни было) основанием для отказа от амбиций в Арктике – дело это решенное. Компания уже запланировала гигантские расходы на НИОКР, львиная доля которых будет связана с ее планами по освоению шельфа северных морей.

А теперь резко увеличивает и инвестпрограмму, используя трения с Украиной в качестве предлога – как неоднократно делала раньше для оправдания чудовищно расточительных инфраструктурных проектов вроде пресловутых «потоков». И вот когда старые «стройки века» подходят к концу, пришло время браться за Арктику. Предлог для открытия нового газового фронта найдется.

Фото Владимира Саяпина (ИТАР-ТАСС)