Все просто уперлись

Правда ли, что контрнаступление ВСУ полностью захлебнулось, но и у российских войск нет особых перспектив продвижения? Анализ военного эксперта Юрия Федорова

Русско-украинская война зашла в тупик. Ни та, ни другая сторона не могут добиться решающего перевеса и нанести противнику ущерб, способный заставить его пойти на принципиальные уступки. Наступление ВСУ идет слишком медленно или вообще провалилось, а потому Россия и Украина должны прекратить огонь и начать переговоры о той или иной модели урегулирования конфликта. Такого рода рассуждения в последние недели заполнили мировые СМИ и воспринимаются многими как непреложная истина. Возникает вопрос: насколько эти утверждения соответствуют реальному состоянию дел? По просьбе «Новой-Европа» военный эксперт Юрий Федоров анализирует ключевые нарративы нынешнего этапа войны.

Позиционный тупик?

Нынешнее положение на фронтах в Украине в чем-то напоминает ситуацию, сложившуюся в Первой мировой войне. Ее иногда называют «позиционным тупиком». Предвоенные планы воюющих держав предполагали проведение в 1914 году стремительных наступательных стратегических операций. Однако появившиеся в войсках пулеметы и так называемая траншейная артиллерия давали обороняющемуся намного больше преимуществ, чем наступающему. Последний в массовом порядке использовал артиллерию для подавления обороны противника, а тот строил глубоко эшелонированную систему окопов, траншей и фортификаций, преодоление которой требовало колоссальных усилий и оборачивалось огромными потерями. В итоге линия фронта была стабильной.

Но к началу Второй мировой войны ситуация изменилась. Мощные средства прорыва обороны — ударные бронетанковые соединения и фронтовая авиация — предотвратили появление нового «позиционного тупика». Война приобрела маневренный характер, основой боевых действий стали рассекающие удары, окружения крупных вражеских группировок, танковые сражения и стремительные броски в тыл противника.

Русско-украинская полномасштабная война представляет собой нечто среднее между Первой и Второй мировыми войнами. Вплоть до поздней осени 2022 года она была маневренной, хотя и с особенностями. В ней сравнительно незначительную роль играла боевая авиация. У Украины ее мало, а Россия боится применять ее, поскольку Вооруженные силы Украины располагают действенной противовоздушной обороной. Главным инструментом боевых действий стали бронетехника и особенно артиллерия. Во время первой «битвы за Донбасс» весной — летом 2022 года российская армия штурмовала в лоб городские агломерации, используя тактику «огневого вала». В день расходовалось до нескольких десятков тысяч артиллерийских снарядов, в буквальном смысле слова сметавших с лица земли городские кварталы и находившиеся там опорные пункты обороны ВСУ.

Однако после оккупации Лисичанска в начале июля 2022 года стало ясно, что наступательный потенциал российских войск почти исчерпан из-за крупных потерь живой силы и вооружений.

ВСУ, в свою очередь, провели осенью прошлого года две победоносные наступательные операции, завершившиеся деоккупацией Харьковской области и изгнанием российских войск из правобережной части Херсонской области. К началу зимы украинское наступление остановилось, главным образом, в результате появления на российской стороне больших масс мобилизованных, а также нескольких десятков тысяч бойцов «группы Вагнера», набранных в основном в тюрьмах и колониях.

В конце января 2023 года Россия начала «вторую битву за Донбасс», бросив в наступление крупные группировки войск по всему восточному фронту — на Марьинку и Авдеевку из-под Донецка на южном фланге и на Купянск из-под Сватово на северном фланге. Единственным результатом стал захват Бахмута после четырех месяцев тяжелых боев, главную роль в которых сыграли «вагнеровцы». На других участках Восточного фронта ситуация практически не поменялась. Киев, в свою очередь, объявил о подготовке к наступлению летом 2023 года, которому отводили решающую роль в войне и которое ожидалось на Южном фронте в Запорожской области. При помощи западных союзников ВСУ создали для этого достаточно мощную ударную группировку. Москва, видимо, не слишком надеясь на боевую устойчивость своих войск в обороне, ответила на угрозу наступления созданием эшелонированной системы инженерных заграждений, прикрытых полосой минных полей шириной в несколько километров в Запорожской области, а также наступлением на северном участке Восточного фронта от Кременной до Сватово.

В целом ситуация в середине лета 2023 года, действительно, напоминает своеобразный позиционный тупик:

ВСУ наступают в Запорожской области и под Бахмутом, но медленно; российские войска пытаются прорваться к Лиману и Купянску, но без успехов.

Но тупик ли это или динамическое равновесие, которое может измениться в пользу той или иной стороны?

Соотношение сил, стратегия и тактика сторон

Ответ на этот вопрос зависит во многом от соотношения сил и действий сторон. По украинским данным, на оккупированных территориях Украины находятся до 370 тысяч российских солдат и офицеров, в том числе 47 бригад (180–190 тысяч человек), предназначенных для боевых действий, тогда как остальные относятся к частям материального обеспечения и поддержки. Эти силы развернуты вдоль тысячекилометровой линии фронта, от устья Днепра в Херсонской области на юго-западе до небольшого села Дворичное на северо-востоке Харьковской области, недалеко от Купянска. Крупнейшая группировка российских войск, насчитывающая около 100 тысяч человек, 900 танков (а это почти половина российского танкового парка) и более 550 единиц артиллерии, сконцентрирована на северном участке Восточного фронта от Кременной до Дворичной.

Перед этой группировкой поставлены две основные задачи.

• Первая — вынудить Украину перебросить на это направление резервные силы, прежде всего предназначенные для наступления в Запорожской области.

• Вторая — если удастся выйти на Купянск и Лиман, повернуть к югу на Славянск, затем на Краматорск и в конечном итоге реализовать главную стратегическую цель, поставленную Путиным еще год назад, — оккупировать всю территорию Донецкой и Луганской областей.

Тактика российских войск та же самая, что они применяли еще в первой битве за Донбасс: сравнительно крупные группы наименее подготовленной пехоты идут в первой линии наступающих при поддержке артиллерии, затем бронетехника и элитные штурмовые подразделения.

Вооруженные силы Украины, по данным Международного института стратегических исследований, насчитывали в начале этого года почти 690 тысяч человек, в том числе 250 тысяч в сухопутных войсках, 30 тысяч — в ВДВ и около 350 тысяч в силах территориальной обороны (см. Military Balance, 2023. IISS. 2023. P. 201. — Прим. ред.). Далеко не все они развернуты вдоль линии фронта: Украине приходится держать значительные контингенты на севере, вдоль украинско-белорусской границы, на востоке и в центре страны в качестве стратегических резервов.

ВСУ в несколько раз уступают российской армии по боевой авиации, последняя имеет превосходство, хотя и сокращающееся, в артиллерии и бронетехнике.

Возникает вопрос: может ли Украина рассчитывать на успешное наступление? Во всех учебниках по военному делу написано, и совершенно правильно, что наступающая сторона должна превосходить обороняющуюся в два-три раза. Но в учебниках военной истории есть немало примеров того, как сильнейшая сторона терпела поражение от противника, располагавшего меньшими силами. И в самом деле, помимо арифметического соотношения сил большое значение имеют и другие факторы победы или поражения: искусство военачальников, морально-психологическое состояние войск, своевременное и полное получение информации о противнике, способность сосредотачивать силы и средства на решающих участках и направлениях и так далее.

Западные СМИ, со ссылками на секретные документы Пентагона, сообщают, что весной 2023 года ВСУ готовили для наступления 12 механизированных бригад, 9 из которых оснащены и обучены западными союзниками, а также 8 штурмовых бригад Национальной гвардии. Если исходить из стандартной численности механизированной бригады в 3,5–4 тысячи солдат и офицеров и ее штатного оснащения вооружением и военной техникой, то можно предположить, что командование вооруженных сил Украины подготовило к наступлению около 70–80 тысяч личного состава, 500–600 танков или боевых машин пехоты, из которых примерно половина, а может быть, и больше была поставлена западными союзниками.

Несколько дней назад председатель Объединенного комитета начальников штабов США Марк Милли сказал, что западные союзники обучили 63 тысячи солдат и офицеров украинских войск, вошедших в состав 17 бригад, большая часть которых относится к «значительному резерву украинских сил и ожидают участия в боевых действиях во время и в месте, которое определит Украина». Поэтому, если ВСУ сосредоточат ударную группировку на узком участке фронта, они гипотетически могут прорвать оборону и выйти на оперативный простор в российском тылу.

Пока же Украина наступает в Запорожской области по нескольким направлениям: от села Лобковое на западе до Великой Новоселки на востоке, действуя небольшими маневренными группами на бронетехнике, которые оттесняют российские войска. Украинские саперы одновременно прокладывают проходы в минных полях. ВСУ, очевидно, добились заметных успехов, но их явно не хватает, чтобы прорвать хорошо подготовленную, глубоко эшелонированную российскую оборону. Однако важно, что это и не является их задачей. Ключевая задача в том, чтобы держать войска противника растянутыми вдоль всей линии фронта. Решающие события начнутся тогда, когда подготовленная для наступления группировка ВСУ будет брошена в бой.

Украинское наступление всерьез начнется, когда и если командование ВСУ и президент Зеленский сочтут, что шансы на успех заметно больше, чем вероятность провала.

Есть некоторые основания считать, что так оно и будет. Например, в ходе контрнаступления украинские войска, судя по всему, побеждают в контрбатарейных боях, которые часто определяют, какая армия одержит победу. На каждое уничтоженное украинское артиллерийское орудие приходится четыре уничтоженных российских. Всего же за месяц с начала наступления Россия потеряла больше вооружений и военной техники (ВиВТ), чем Украина. Аналитический центр Oryx, отслеживающий по спутниковым снимкам ситуацию на поле боя, подтвердил потерю 433 единиц ВиВТ российскими войсками и 322 единиц украинскими. Такое соотношение потерь при том, что Россия имеет значительное, в разы, преимущество по ВиВТ, подтверждает, что Украина превосходит Россию по качеству и компетентности командования, морально-психологическому состоянию войск и другим — не количественным, а качественным факторам боевого потенциала.

Возможные сценарии

Нынешнее динамическое равновесие может быть нарушено в двух случаях.

Первый — прорыв российской обороны в Запорожской области ударными группировками ВСУ и выход их в оперативный тыл российских войск на одном из трех основных направлений — Мариупольском, Бердянском или Мелитопольском. Прорыв ВСУ вполне может обрушить весь российский фронт. Даже при продвижении на 20–30 километров украинские войска смогут парализовать железнодорожное сообщение в Запорожской области, играющее очень важную роль в снабжении российской армии во всех южных регионах Украины. А если это будет синхронизировано с повреждением железнодорожного полотна на Керченском мосту, разгром России на юге станет куда более реальным.

Другой сценарий — реализация «плана Сырского» по тактическому окружению Бахмута. Если он будет осуществлен, то российская группировка вынуждена будет из города уйти, а на ее плечах ВСУ, не исключено, смогут прорваться в тыл противника в Донецкой области, где нет такой эшелонированной системы защитных сооружений и минных полей, как в Запорожской области. Иными словами, главный удар украинского наступления, в котором должны участвовать все подготовленные для этого бригады ВСУ, может произойти не только в Запорожье, но и в Донецкой области.

С другой стороны, могут быть последствия гипотетически успешного наступления российских войск на Купянск и/или Лиман — правда, даже в прогнозах они выглядят менее впечатляющими. Если это произойдет, для выполнения своей стратегической задачи — полной оккупации Донецкой и Луганской областей — российской армии придется вести длительную и малоперспективную осаду Славянска, Краматорска, Северска и других хорошо укрепленных украинских городов.