В оппозиции

Так закалялась сталь

30 АВГУСТА 2012 г. СЕРГЕЙ АКСЕНОВ

Приговор Таисии Осиповой – восемь лет лишения свободы – потряс российское общество своей абсурдной жестокостью, ведь даже прокурор просил суд о сроке наказания в четыре года. Кто-то ожидал, что Таисия и получит этот «потолок», но многие, вспоминая вмешательство Дмитрия Медведева, надеялись на дополнительное смягчение. Сейчас, когда исчезли последние иллюзии, самое время рассказать о подоплеке всей этой истории.

Важно знать и понимать, что история с подброшенными Таисии наркотиками и последующий процесс – лишь эпизод в длительной истории противостояния между нацболами и властью вообще и с правоохранительными органами в частности. Речь идет как о местном, смоленского масштаба противостоянии, так и о борьбе на общероссийском уровне.

В Смоленске все началось в 1998 году, когда еще холостой тогда Сергей Фомченков (Фомич) создал местную ячейку НБП. Кто не знает, но в подобных организациях очень многое зависит от лидера. Лидер, его личные качества, а не деньги, связи или покровительство в столице, задают организации тон. Сергей задал такой тон, что очень скоро смоленская ячейка стала крупнейшей в России, а быть нацболом в городе стало просто модно.

Следствием этой моды стал затяжной уличный конфликт с местными правыми. Правыми не в смысле либералов, а в смысле скинов, скинхедов. Бритоголовые почувствовали, что умный современный национализм НБП уводит от них их потенциальную «паству» и стали яростно оспаривать нацболов. Шрамы на лице Сергея – напоминание как раз о тех драматических событиях. Впрочем, он вышел из той истории достойно, а организацию уличные схватки только укрепили.

Тем временем Минюст отказал НБП в регистрации, а значит и в праве на участие в выборах в парламент. Пришлось изобретать новые методы, одним из которых стали АПД – акции прямого действия. На первую крупную в истории НБП акцию в Севастополе мощное и многочисленное смоленское отделение выставило четырех человек. Сам Сергей, рекрутировавший добровольцев, принял в ней личное участие.

Несмотря на абсолютно ненасильственный характер акции (сейчас за такое в РФ даже на «сутки» не осудят) все ее участники, и Сергей тоже, были арестованы и провели полгода в украинской тюрьме. Как результат, после возвращения домой в Смоленск ему впервые пришлось столкнуться с навязчивым и постоянным вниманием правоохранительных органов. Иметь такого «клиента» (практически зачинщика дипломатического скандала) на подведомственной территории мало кому охота.

Именно в этот момент и пришла в партию 16-летняя Таисия Осипова. Тася. Уже вскоре она отличилась – дотянулась не до кого-нибудь, а до самого губернатора Маслова, бывшего чекиста. Тася прилюдно отхлестала его по лицу букетом гвоздик со словами: «Вы живёте за счёт простых смолян, вот вам привет от НБП». И было за что. Маслов достал в Смоленске буквально всех. В результате, Таисия получила свой первый срок – один год условно, а Сергей был объявлен губернатором Масловым «политическим противником номер один».

На последующих затем выборах в Государственную думу, где Сергей баллотировался по местному округу, ему противостояла уже вся государственная машина. Такого, как он, допустить во власть бывшие чекисты ну никак не могли. Следствием этого давления стал переезд Сергея и Таисии (к тому моменту они уже стали мужем и женой) в Москву, где Сергей, как опытный местный лидер, взялся за координацию всех региональных отделений партии.

Если кто не в курсе, объясню, что координация регионов – крайне важная вещь. Фактически, тот, кто это делает, связывает воедино разрозненные группы партийцев в, собственно, партию. Это в «ЕдРе» людей держит зарплата и карьера. В незарегистрированной и к тому же бедной партии с людьми надо постоянно общаться, подбадривать, вдохновлять, учитывать их просьбы и т.п. Есть и специфические задачи, о которых здесь не напишешь. Все это успешно делать может далеко не каждый. Нужен авторитет.

Ценность грамотной координации особенно стала очевидна в эпоху Маршей несогласных, когда массы партийцев, тайно, вопреки противодействию полицейщины, съезжались в столицу для участия в акциях. Либо выезжали в регионы для организации маршей, как было, например, в Самаре. С началом эпохи Стратегии-31 опыт столицы также потребовал умелого распространения по стране. Только наивный человек может думать, что люди в регионах стали выходить по 31 числам сами собой.

Одним словом, правоохранители поняли, что для того, чтобы ослабить нас как организацию, надо выбить одного из ключевых людей – Сергея Фомченкова. Чем и занялись. За многие годы полицейского сыска давно отработано множество методов давления, влияния на людей. Как говорят заключенные в тюрьме: «Институты работают!». Имеются ввиду научно-исследовательские институты МВД, где вырабатываются эти методики. Вот эти методы и пытались применить правоохранители, но безуспешно – Сергей был осторожен.

Одним из способов выбить человека из игры является создание ему непреодолимых проблем. Например, открытие уголовного дела. Дело прошлое, и теперь уже можно сказать, что несколько лет назад, в самом начале развития Стратегии-31, такая попытка по отношению к Фомченкову была предпринята. Его буквально похитили на улице сотрудники одного из подразделений МВД и пытались выбить показания на самого себя. Сергей выдержал, а уголовное дело так и не было доведено до конца.

Справедливости ради, скажу, что в той истории еще и помог случай – Медведев внес поправки в Уголовный кодекс, и дальнейшее преследование потеряло смысл. А то бы мы имели второго Ходорковского. Тогда в партии мы всерьез рассматривали возможность эвакуации Сергея из страны, но... от Фомича отстали. Как оказалось, лишь на время.

О том, что против Таисии готовится провокация, Сергей узнал заранее. Ему рассказали. Ошибка его заключалась в том, что он поскромничал и вовремя не придал этот факт огласке. Цель провокации все та же – создать в жизни политического активиста непреодолимые проблемы. Сделать так, чтобы ему было не до политики, чтобы земля горела у него под ногами и чтобы, в конечном счете, он сдался. Таисия, имеющая пятилетнюю на тот момент дочь Катрину, как нельзя лучше подходила для реализации этого плана. Да и на нее саму у правоохранителей был зуб. Еще со времен губернатора Маслова. В результате, случилось то, что случилось.

Таким образом, случай с осуждением Таисии Осиповой – это корпоративная месть. Месть корпорации чиновников и правоохранителей (сюда же входят и судейские) за слишком наглое и независимое политическое поведение, за отказ подчиниться. На самом деле, речь идет о вечном конфликте системы и живого человека, личности. В который уже раз на Земле. Именно так и надо понимать эту историю.

Фотографии РИА Новости и ЕЖ