Ежедневный Журнал: Возок

Подчиненные министра Нургалиева продолжают устраивать стране гала-представления. Создается впечатление, что они, как на смотру, построились по департаментам и по порядку, не ломая строя, церемониальным шагом выходят на свет Божий, дабы поразить широкую общественность своими профессиональными возможностями.

И поражают. Возможности, оказывается, практически неограниченные.

Не успели мы оценить бесконечные подвиги оперов, героев телесериалов, которые на любого безоружного гражданина, тем паче на гражданку, реагируют, как немец на партизана, и без предупреждения открывают огонь. И вот встречайте гаишников!

Здесь нашумевших инцидентов всего два, но яркие. В первом случае со стороны ГИБДД имела место вероятная попытка при ДТП с человеческими жертвами перевести стрелки на двух погибших женщин. Ну а другой случай — это просто песня. Живой щит из частных легковушек, организованный на предмет остановки барсеточника. В машинах — люди. В одной — женщина на сносях. Счастье и большое чудо, что обошлось без крови.

Я видел вчера в новостях — министр Нургалиев извинялся, говорил о непрофессионализме и должностных взысканиях. Извинялся, думаю, искренне. Вообще на него в последнее время жалко смотреть. 4-звездный генерал уже устал просить прощения, глаза, как у побитого четырехзвездного генерала. И человек вроде приличный. Смех и грех!

Замена Нургалиева сама по себе, конечно, ни к чему не приведет. Просто бывают ситуации, когда надо менять и все. Вот бывший главный московский мент — Пронин — был очень даже ничего. По-моему, покрепче нынешнего. Но его, кровь из носа, следовало после дела Евсюкова поменять. Сам факт отставки и нового назначения — на любом уровне — прежде всего демонстрирует желание высокого начальства начать серьезные реформы. Понятно при каком угодно отношении лично к Нургалиеву, что он не в состоянии реформировать МВД. Даже если искренне того хочет.

Но, повторяю, проблема, разумеется, не в Нургалиеве. И даже не в МВД — министерство тоже не на облаке существует.

Скажем, наши суды сложно обвинить в мелкобуржуазном гуманизме: на круг примерно 0,8 процента оправдательных приговоров. Но ведь никогда не знаешь, кому и при каких обстоятельствах постучится в сердце милосердие.

В Питере в конце февраля сего года судили педофила, который насиловал маленькую девочку, свою племянницу. Насиловал долго, с ее 4-х до 9-ти лет. Ему дали шесть лет условно. Судья учла в качестве смягчающих обтоятельств то, что он женат, а также положительную характеристику с места работы.

Затрудняюсь сказать, о чем это все свидетельствует — и когда менты беременной женщиной, как щитом, пытаются останавливать машину с воришкой, а сами стоят в стороне, и когда судья освобождает от ответственности маньяка-педофила, пойдя навстречу пожеланиям его супруги и коллег по работе.Чего здесь больше? Полного склероза существующей системы, у которой все сосуды, все каналы жизнеобеспечения забиты коррупционными бляшками, как чулок сумасшедшей старухи — похоронными медяками? Или биологического — уже в самом прямом смысле — разложения самого населения, его генетической деградации вплоть до потери некоторых важных признаков видовой принадлежности?

Боюсь, что имеет место и то и другое.

Интересно, однако, что если с проблемой, связанной с физическим вырождением, можно справиться только со временем, путем смешения крови и частичного или полного биологического замещения, то специфические способы решения задач в тромбированных системах были известны в советские времена. И сейчас они не устарели.

Я имею в виду такой классический прием, как письма интеллигенции. Автором его стал академик Иван Павлов, который небезуспешно вступил в переписку со Сталиным. Затем эстафету подхватил Петр Капица, и также небезуспешно: спас многих людей. Потом писали и ученые, и писатели, и актеры, письма были и индивидуальные, и коллективные, и благородно-отважные, и подло-трусливые. Смысл был в том, что при отсутствии нормально функционирующих, системных каналов информации не только у общества, но и у власти письмо наверх, подписанное даже одним, а лучше — если ты не Павлов и не Капица — группой статусных интеллигентов, позволяет повлиять на верховное решение. Высшему же руководителю, первому лицу, это письмо предоставляет определенную свободу политического маневра: можно проигнорировать, не баре, народ в массе и не заметит, а можно, наоборот, зацепиться, прислушаться.

В течение почти всех нулевых этот прием не работал. Все понимали, что дергаться бессмысленно. Путин даже не считал нужным делать вид, что его интересует мнение интеллигенции, поскольку сама интеллигенция совершенно во всех смыслах скукожилась, социально потерялась и не представляет более ничьего мнения, даже своего собственного. Журналисты — это да, у них есть приводные ремни, именно они теперь инженеры душ, но журналисты, все как один — продажные мерзавцы, и если их немножко подмазать, немножко показать кулак и немножко придать ускорение, то и с ними проблем не возникнет — ну, не письма же их читать, прости Господи. Вот бюрократия, особенно бюрократия в погонах — это реальная сила, с которой следует считаться.

У Медведева своя игра и иной подход. И вот появляется письмо деятелей культуры, и президент реагирует. И дела берутся под контроль, а министр берет под козырек.

В старом добром мультфильме «Левша» по Лескову у генерала Платова был возок. Платов пинал сапогом денщика, денщик кучера, кучер хлестал лошадь. Возок трогался.

Фотография РИА Новости