Original Material
УПРАВЛЯЕМЫЕ ПОГРОМЫ
"ДОШ" готовит к презентации документальный фильм о кровавых чеченских погромах в Казахстане в марте 2007 года, когда в селе Казатком обезумевшей толпой из более трехсот пьяных негодяев были зверски убиты трое братьев Махмахановых, а в соседнем Маловодном совершены избирательные нападения на торговые лавки и дома чеченцев. Абсолютное большинство нынешних казахстанских чеченцев являются гражданами Казахстана — это те, кто остался здесь, когда основная масса депортированных в 44-м вайнахов возвратились на историческую родину. Во время депортации чеченцев и ингушей в 1944 году Элси Махмаханову из высокогорного Чеберлоя было всего 13 лет. А его будущей супруге Хаве — 5. Их жизнь в казахстанской ссылке была такой же тяжкой, как и у всех наших соотечественников. Чтобы выжить приходилось браться за самые разные работы, несмотря на малолетство, болезни, холод и другие трудности. Но Элси Махмаханов трудностей не боялся, он к ним привык и, как показало время, в этом было его призвание. Он приноровился к работе, привязался душой к этой земле, на которой работал, и полюбил ее, ведь, по сути, изгнание постигло его еще мальчиком, он здесь вырос, этот край стал для него родным. Испытания, закалив с ранних лет, превратили его в настоящего трудоголика. Итак, Элси решил остаться в Казахстане. Казалось, навсегда…
Абсолютное большинство нынешних казахстанских чеченцев являются гражданами Казахстана — это те, кто остался здесь, когда основная масса депортированных в 44-м вайнахов возвратились на историческую родину.
Во время депортации чеченцев и ингушей в 1944 году Элси Махмаханову из высокогорного Чеберлоя было всего 13 лет. А его будущей супруге Хаве — 5. Их жизнь в казахстанской ссылке была такой же тяжкой, как и у всех наших соотечественников. Чтобы выжить приходилось браться за самые разные работы, несмотря на малолетство, болезни, холод и другие трудности. Но Элси Махмаханов трудностей не боялся, он к ним привык и, как показало время, в этом было его призвание. Он приноровился к работе, привязался душой к этой земле, на которой работал, и полюбил ее, ведь, по сути, изгнание постигло его еще мальчиком, он здесь вырос, этот край стал для него родным. Испытания, закалив с ранних лет, превратили его в настоящего трудоголика. Итак, Элси решил остаться в Казахстане. Казалось, навсегда…
Всю свою жизнь он посвятил работе на земле и животноводству. Более сорока лет трудился в родном колхозе, и его 14 детей, подрастая, в свой черед становились верными, надежными помощниками отца. Он сумел дать им всем высшее образование. Научил их отличать добро от зла, справедливость от несправедливости и, самое главное, крепко приохотил к честному труду. Элси был известный и уважаемый во всем Казахстане животновод, за перевыполнение государственных планов ему, что ни год, вручали грамоты и награды на районном, областном и республиканском уровнях; он носил звание "Заслуженный животновод Казахстана". Несколько раз Махмаханова представляли к награждению орденом героя социалистического труда, но принадлежность к некогда ссыльному народу при всех успехах, всем почете оставалась чем-то вроде клейма, и орден вручали казаху. Но Элси это нисколько не огорчало. Он любил свое дело, это, а не почести и награды, было для него главным. За скотом — лошадьми, овцами — он ухаживал с нежностью, как за детьми. И увлеченно работал на земле. Другим его счастьем была дружная семья, это был необыкновенно добрый и светлый человек, готовый с каждым щедро поделиться радостью жизни, переполнявшей его сердце.
Так, наслаждаясь трудной, но любимой работой и уютом домашнего очага на своей, как он считал, родине, где выросли его девять сыновей и пять дочерей, этот благородный человек мирно жил, пока… Пока не настал страшный день 18 марта 2007 года, в один миг кровавым лезвием рассекший надвое его доселе гармоничное существование и убивший то светлое доверие к жизни, которое Элси умудрился сохранять до седых волос.
В середине февраля 2007 года в селении Казатком Алматинской области Казахстана, где издавна соседствуют казахи, русские, чеченцы, турки и курды, стали появляться неизвестные, которые пытались стравить чеченцев и казахов. Один из жителей Казаткома, у которого недавно случилась драка с соседом-чеченцем, впоследствии сообщил, что несколько приезжих молодых казахов спортивного телосложения нанесли ему визит с предложением "поставить чеченцев на место".
Но казах, удивленный тем, что совершенно незнакомые парни узнали о той драке и почему-то рвутся ему услужить, от "помощи " отказался.
Спустя пару недель бывший начальник местного РОВД Заппаров от тех же самых шныряющих по окрестностям незнакомцев передал одному из братьев Махмахановых "приглашение на встречу для серьезного разговора". Но старший брат запретил младшим идти на странное свидание. В те дни произошел и другой нелепый, подозрительный случай. К Махмахановым в дом заявился неизвестный мужчина лет 45-50: "Ворота не заказывали? " Всем, кто знает Махмахановых, известно, что у них никогда не было ворот: их дом всегда был открыт. Обстановка становилась необъяснимо тревожной, многое указывало на то, что кому-то очень не терпится поссорить чеченцев с казахами. Почувствовав неладное, Шамиль и Садо Махмахановы обратились к главе районной администрации с просьбой предоставить им зал ДК для проведения схода граждан, на котором они намеревались обсудить складывающуюся ситуацию с односельчанами.
Чиновник согласился, хотя и с условием, что на сходе в первую очередь должны обсудить последнее послание президента Назарбаева народу. Организацию схода взяли на себя старейшины от казахов и чеченцев. Назначили дату — 17 марта. Но 15 марта районные власти неожиданно отказали в проведении встречи.
А 17 марта в бильярдной соседнего села Маловодное произошла драка. Как установлено в суде, несколько пьяных клиентов стали избивать местного жителя- казаха. А его друг чеченец Магомед, дальний родственник Махмахановых, попытался заступиться за своего друга. Тогда хулиганы набросились и на Магомеда. Узнав об этом по телефону от администратора, в бильярдную приехал Тахир Махмаханов, который, отбив Магомеда, повез его в больницу. Но один из зачинщиков драки Селимбаев приехал туда вслед за ними. По словам свидетелей, между ним и Тахиром произошла перепалка, но в итоге они помирились и разошлись, исчерпав конфликт. Позже Тахиру Махмаханову инкриминируют выстрел из пистолета в ногу Селимбаева и объявят его в розыск, хотя Тахир пистолета даже в руках не держал, а на ноге Селимбаева не было и следа от выстрела, что доказано судом.
В то злополучное утро 18 марта ничто не предвещало беды. У большой дружной семьи Махмахановых стало доброй традицией собираться каждые выходные в родительском доме в Казаткоме. Утром прилетел младший из братьев, 32-летний Амир, студент Лондонской школы бизнеса. Со своими семьями прибыли Нажмутдин из Калининграда и пятидесятилетний Хаджимурат из Астаны, заместитель директора департамента администрации судов при Верховном суде Казахстана.
А в это время в Маловодном, что в восьми километрах от Казаткома, прямо перед администрацией села собралась толпа из более трехсот человек, которых, как выяснилось впоследствии в суде, свезли сюда из самых разных областей Казахстана кого за 60, а кого и за все 100 километров. Здесь все было уже приготовлено: одноразовая посуда, закуска и, главное, — водка: погромщиков основательно подпоили перед "боем", очевидно, чтоб злее были. Через пару часов толпа, вооружившись трубами, арматурой, ружьями, канистрами с бензином и бутылками с зажигательной смесью, расселась в полсотни дорогих, явно не принадлежащих этому хмельному сброду автомашин и так же организованно в сопровождении нескольких полицейских машин покатила в сторону Казаткома. Как свидетельствуют очевидцы, двое сотрудников местного РУВД, Узак Жакупов и Болат Касымжанов, даже созвонились с начальством перед выездом колонны из Маловодного в Казатком. В это время один из братьев Махмахановых, ничего не подозревавший, проезжая в сторону Алматы по Маловодному, услышал голос громкоговорителя одной из полицейских машин, сопровождавших колонну : "Освободите проезжую часть!" Переждав проезд колонны, он продолжил путь в Алматы. А через несколько минут эта колонна остановилась прямо у его отчего дома…
Первым заметил эту прущую на приступ вооруженную ораву отец семейства Элса. Четыре брата Махмахановы, находившиеся в тот момент дома, успели схватить два охотничьих ружья. Безоружный Хаджимурат вышел вперед на переговоры. Тахир, Амир и Нажмутдин тоже вышли и встали перед толпой с двумя ружьями. Тут кто-то изо всей силы ударил Хаджимурата арматурой по голове. Он упал. Братья, пытаясь остановить толпу, стали стрелять сначала в воздух, затем по земле и по ногам нападавших. Но озверевшая пьянь напирала, словно лишившись рассудка. Тогда братья открыли огонь на по ражение. В них градом полетели камни, бутылки, арматура. Хаджимурат, Нажмутдин и Амир побежали в сторону поля, уводя за собой большую часть домочадцев: стариков-родителей, женщин и малолетних детей — всего 16 человек, остававшихся в одном доме. А второй дом и стоящие на участке машины, подожженные кем-то из толпы, уже вовсю горели, по небу все гуще стлался дым громадного пожара. Пока поджигатели развлекались, остальные, увидев с трассы убегающих братьев, кинулись через поле наперерез. В нескольких километрах от дома обессилевшие Амир, Хаджимурат и Нажмутдин остановились…
Садо Махмаханов, узнав по телефону о случившемся, помчался к родительскому дому. В Маловодном возле заправки он наткнулся на лежащего в грязи полуголого окровавленного человека. Это был его старший брат Хаджимурат. Оказалось, что и Нажмутдина с Амиром, уже находившихся в бессознательном состоянии, перевезли в Маловодное и продолжали избивать.
Тем временем часть толпы с криками "Казахстан для казахов!" ринулась громить чеченские торговые ларьки в центре села и грабить чеченские дома: выносили телевизоры, технику, угоняли скот, у одной пожилой женщины даже единственную корову увели.
За этими "зрелищами" лично наблюдал замначальника ДВД Алматинской области Жакупов, который, словно регулировщик на перекрестке, деловито управлял "разбушевавшейся стихией": при всем своем пьяном озверении погромщики исправно его слушались… Да, полиция, которая обязана была защитить мирных людей, фактически руководила этим средневековым побоищем. Более того, она арестовала двух братьев Махмахановых — Зелимхана и Садо, спешивших на помощь своим близким, и продержала их в РУВД почти двое суток.
По словам Зелимхана, вице-министр МВД Казахстана Шпекбаев заявил им: "Народ поставил вопрос о выселении чеченцев. И скорее всего мы вас выселим". А на слова Зелимхана: "Ну так и выселяли бы, зачем же было нас убивать?" вице-министр презрительно отрезал: "Не умничай!"
Это уму непостижимо: пять часов полиция не пускала машины скорой помощи к истекающим кровью жертвам погрома! В итоге братья Махмахановы умерли в больнице, не приходя в сознание: Хаджимурат первым, затем младший Амир и через три дня Нажмутдин.
В большинстве официозных СМИ Казахстана на второй же день появились публикации, где события были представлены в наглой и лживой, явно заранее заготовленной трактовке. Даже видимость приличия решили не соблюдать, выдали одну-единственную версию, согласно которой жертвы погрома сами виноваты, что их убили и ограбили. В устах депутата парламента РК, генерала Серика Абдрахманова оправдательная речь в честь убийц звучала так: "Семья Махмахановых жила не по закону, а по понятиям. Они жили очень богато!.. Это все давно вызывало у людей "изжогу". Вот оно что! У погромщиков, оказывается, от зависти возникли проблемы с желудком, и энергичные меры самолечения, к которым они прибегли, вызывают у генерала-парламентария сочувствие. Можно бы спросить, как это у него получается — по понятиям или по закону, но в ответ, надо полагать, опять посоветуют "не умничать"…
Для независимой "Эпохи" — единственной газеты в республике, объективно изложившей хронику трагедии, — этот выход стал последним. "Эпоху" закрыли мгновенно. Поскольку альтернативной версии не должно было быть места, его и не оставили. Общественное мнение было подготовлено на славу. Судебные процессы походили на слушания по делам российских военных — Буданова и Ульмана, проходившие в Ростове: с группами поддержки убийц и фашистскими выкриками в адрес пострадавших и всех чеченцев. В декабре прошлого года Алматинский областной суд вынес приговор по делу об убийстве Амира и Хаджимурата.
Расследование по убийству Нажмутдина "в отношении неизвестных лиц" не завершено и поныне. Двое подсудимых получили по десять лет лишения свободы, третий приговорен к двенадцати годам. Еще двое получили условный срок за поджог машины и дома. Но до сих пор не найдены организаторы погромов. Соучастие в этом преступлении милицейских чинов, очевидное для многих, также не рассматривалось. Обращения семьи Махмахановых в Генеральную прокуратуру, в Комитет национальной безопасности, МВД и парламент Казахстана проигнорированы полностью. Будто их и не было. А на чеченцев из Маловодного правоохранительные структуры оказывали давление, требуя, чтобы они не писали в своих заявлениях, что это были погромы. Как оказалось, им это требовалось для того, чтобы превратить убийство братьев Махмахановых в криминальную разборку и взять в производство два разных уголовных дела.
Вывод напрашивается сам собой, не нужно быть Шерлоком Холмсом, чтобы увериться не только в заинтересованности, но и в прямом участии весьма влиятельных персон из различных структур республиканской власти в зверской расправе над чеченцами. Как ни отвратительна толпа пьяных подонков, они — не главные виновники случившегося, а всего лишь пешки в чьих-то подлых, но вполне трезвых руках.
Недаром наша поездка в Казахстан для съемки фильма и пребывание там смахивали на эпизоды из телевизионного детектива. Свидетелей, видевших, как собрали привезенных со всех концов республики подходящих парней возле сельской администрации, как их там щедро угощали крепкими напитками, как затем гнали "на дело", как эта сволочь издевалась над своими уже полумертвыми жертвами, было сколько угодно. Но большинство из них, еще вчера договорившись с нами о встрече для видеозаписи, в последний момент уклонялись. Как они сами рассказывали, после наших телефонных разговоров к ним приезжали люди из КНБ (Комитета национальной безопасности), грозили устроить им проблемы, схожие с теми, какие были у чеченцев. Мы не вправе осуждать тех, кто отступил перед подобным риском. Но, к чести жителей Казахстана, нашлось немало мужественных и достойных людей, несмотря на столь мощное давление посмевших открыто осудить случившееся. В частности, это: издатели той самой независимой газеты "Эпоха", адвокат семьи Махмахановых и другие.
Сегодня многие чеченцы и русские (сколько мы встречали таких!) хотят уехать из Казахстана, не видят здесь для себя будущего. То и дело видишь объявление на воротах "Продается дом", они встречаются на каждой улице, иногда и по несколько, во всех населенных пунктах Алматинской области, где мы успели побывать. Но как продать, если никто не покупает? А появится покупатель, тут же к нему заявляются темные личности с предупреждением: "Не покупай — сожжем! "
 |