Интрига ценою в жизнь

Нейтральное слово «интрига», фигурирующее в названии, относится к начавшимся президентским выборам. «Жизнь» относится как к перспективе нормального развития России (но об этом я говорить не буду), так и к политической жизни нынешнего правящего класса. Я собираюсь говорить здесь только об одной его части – депутатах от «системной оппозиции», которые вскоре радостно начнут занимать свои места на Охотном ряду.

Людям с открытыми глазами и хотя бы минимальными признаками интеллекта ясно, что Россия находится в критической точке. Я настаиваю на слове «точка», поскольку траектории возможного движения страны определяются в течение дней, а иногда и часов. Речь о целом пучке траекторий, среди которых и нечто похожее на Тяньаньмэнь или Египетскую революцию – с одной стороны, и возможность относительно спокойного и легитимного возврата на демократический путь развития.

Трагедия власти всегда начинается с отставания от общества и естественного хода истории (бывают и попытки идти против этого течения, но это уже патология, заканчивающаяся трагической развязкой). Мы видим, что последние выборы разбудили общество. Некоторые говорят о его «радикализации», но это неточность. Общество становится адекватным тому, что происходит со страной в результате путинской одиннадцатилетки. Общество разбужено не оппозицией, а самой властью, ее циничными и преступными действиями.

Не секрет, что в той или иной мере соучастником была и «системная оппозиция», иногда напрямую, чаще — попустительством. Она же стала и жертвой на последних выборах. Парадокс: голоса избирателей крали у нее, а они оказались в выигрыше. И тут ясно, большая часть их голосов — это протест против «Единой России». Почти каждое второе кресло депутатов от «системной оппозиции» принадлежит не им, а противникам «Единой России».

Депутаты, занимающие эти кресла, стоят перед выбором: вернуться назад, в ту комфортную для них Россию, которая существовала до 24 сентября, или идти вперед вместе с обществом. Возврат назад — это продолжение игры по кремлевским сценариям, игры недолгой, до 5 марта. Если выборы пройдут по прежнему сценарию и на выборах победит Путин или какой-нибудь его двойник (и такое возможно), то ширящийся общественный протест сметет нынешний режим вместе с его игрушечными партиями, всеми до одной, вкупе с Общественной палатой, уже сделавшей свой выбор. Прошу обратить внимание на то, что цена президентских выборов несопоставимо выше думских не только для правящей клики, но и для общества. И оно это понимает.

Путь вместе с обществом — это, прежде всего, разрушение кремлевского сценария президентских выборов, ибо, как ясно всем нам, именно на них приходится та критическая точка, о которой я говорил выше. Я считаю вполне реальным поражение на президентских выборах как Путина, так и любого его двойника. В этом главная пружина интриги.

Эта пружина натянута с двух сторон. На одной стороне, во-первых, тексты, которые нынешняя власть именует законами, тексты антиправовые и антиконституционные, а во-вторых — практика власти, противоречащая даже этим антиправовым законам. Все это части одной машины, призванной уничтожить избирательное право и обеспечивать нужный результат на выборах, не допуская к ним реальных конкурентов и рисуя плановые показатели в итоговых протоколах.

Другой конец пружины натягивается неуклонным и ускоряющимся ходом общественного процесса. В промежутке с октября по ноябрь рейтинг Путина снизился на четверть, приблизившись к границе, за которой — проблематичность его попадания во второй тур, а не то что победа в первом. А представьте, что эта тенденция продолжится. Вал протеста против результатов прошедших думских выборов и необходимость власти реагировать на него сужает возможность манипуляций и фальсификаций.

Здесь появляются проблемы, прежде всего у Путина и его клики. Острота ощущения этих проблем может подтолкнуть режим и к отмене выборов. Я, как мне кажется, никогда не давал поводов, чтобы подозревать меня в параноидальном синдроме. Поэтому осмелюсь предположить, что власть может пойти на введение чрезвычайного положения, чтобы отменить выборы. Если в московском метро вдруг произойдет очередной террористический акт, что послужит основанием для введения чрезвычайного положения, я буду знать, кто организовал это преступление.

Но создавшаяся ситуация открывает возможности для легитимной смены политического режима в России. Для этого должен появиться кандидат, который может аккумулировать протестные голоса, превратив их в голоса надежды и осмысленной поддержки. Такого кандидата может выдвинуть только «Справедливая Россия», в ее рядах есть люди без негативного шлейфа и пользующиеся доверием, пока нешироким, но в нынешних условиях легко расширяемым. Ведь ни Жириновский, ни Зюганов не упустят возможности победить на выборах (после Медведева о президентском кресле может мечтать кто угодно). Сомневаюсь также, что сменит кандидата и "партия жуликов и воров".

То, что я знаю, не позволяет мне надеяться на реальность такого сценария. Кремль не позволит сменить послушную марионетку на любого другого кандидата, а у делегатов съезда партии нет навыка самостоятельного коллективного действия.

Более вероятен сценарий фарса со следующими вариантами. Первый — самый взрывоопасный, поскольку реализуется только при запредельных фальсификациях: победа Путина в первом туре. Второй вариант имеет две версиях: Путин против Зюганова или, что еще смешнее — Путин против Миронова.

Все три варианта неприемлемы для общества и все три приведут к резкому возрастанию общественного протеста.

Тем не менее, то, как пройдут президентские выборы, зависит сейчас от «системной оппозиции». Завтра на съезде «Справедливой России» может решиться, где в ближайшее время будет определяться судьба России: на площадях или на избирательных участках.