Сергей Солоух. Мгновение

Мгновение
Сергей Солоух

Дата публикации: 22 Января 2001

Г утенберг открыл путь к бессмертию. Автор текстового процессора его закрыл. Заметьте, от этого умника даже имени не осталось. Строчку с его инициалами нечаянно покоцали при очередном перелопачивании кода. Та же участь ждет и комментарии нынешних модификаторов. Это жизнь. Это мир, который вращается с бешеной скоростью гигабайтного винчестера.

Наш формат умер, а мы еще нет.

Мы поколение, которое не оставит после себя черновиков.

Загадка текстов на камне и бересте однажды разрешится, оригинал - был, есть и будет, а вот осыпавшийся с пластин жесткого диска магнитный слой можно, ну, разве только подмести. Наше главное послание потомкам окажется системным - Fatal input/output error! Цявловских грядущего готовят на факультетах прикладной математики. Проблема распознавания битовых последовательностей при восстановлении файловых кластеров Болдинского периода. Отличная тема для плодотворных научных изысканий третьего тысячелетия.

Сетевого писателя из памяти сотрут перебои с электричеством, ведь CD-ROM нельзя вставить в буржуйку или примус. За серебряным диском, рассекающим воздух, станут с лаем носиться собаки и дети. Возможно, они будут трехногими.

Тогда все верно, все правильно. Еще бы!

Шекспировская вечность всего лишь тривиальная функция физиологической константы. Если люди перестанут рождаться, стареть и сходить с ума, если человечество ждет вселенский апгрейд с перезагрузкой каждый третий вторник високосного марта, то "Анна Каренина" - всего лишь плохо поддающийся расшифровке трактат о жизни насекомых.

- Мама, Сон Стивы не открывается.

- Конечно, милая, этот plug-in уже сто лет никем не поддерживается.

Наш протокол умер, а мы еще нет.

На наших могилах не будет привычного вычитания дат. Жизнь на игле технологии заканчивается одной единственной цифрой - 404. Прогоревший издатель оставлял после себя вещдоки, букинисты делали их артефактами. Пролетевший веб-мастер лишается права даже на URL. Поисковые машины вычесывают кривые линки, как перхоть. Суд потомков оказывается невозможен, ввиду утраты контрольной суммы. Выживает только постмодерн, он откатывается банальным алгоритмом сборки потерянных блоков даже после административной серии операций.

#cat gol_sal.html > index.html
#cat gen_p.html > index.html
#cat koron.html > index.html
#rm *.html

Впрочем, и он, помехоустойчивый и авторонезависимый, не выдерживает форматирования на физическом уровне.

Network is unreachable.

Вот почему Интернет с такой неизменностью представляется стендовой моделью нашего исчезновения. Действующий образец будущего. Когда-то фантазерка Толстая воображала бантики на трубах фрау Гитлер. Увы, на всех шенонов и фон нейманов, кнутов и дейкстр не хватит ресурса недоучившихся акушеров.

Нас все равно не будет, мы исчезнем не только физически, но и логически.

И к блокам наших сетей RIPE присобачит другие имена. Обычное дело, история перекомпилирована, годы с 1900-го по 1999-й инициализированы заново, все переменные переназначены, включая нарицательные.

Но осознание - уже свобода.

Не надо оплакивать dejanews, digital.com и даже teneta.ru. Коль вечность нам не дана, значение мгновения становится абсолютным. У каждого из нас есть от трех до пяти секунд, в зависимости от пропускной способности провайдерского канала, и их нельзя упустить. Философией творца становится логика прыгуна в высоту. Он не может ошибиться, сделать ложный замах или ошибку в два миллиметра. Он часами угрюмо и сосредоточенно готовится в самом унылом секторе стадиона. Именно поэтому само мгновенье полета так похоже на взрыв. И оно ослепительно. И оно прекрасно.

А потом, пусть lost carrier. Вечный бизи. Это потом.

Нас уже нет, но однажды мы были.

Мы были выше всех.