Пределы роста: штопор

П ора подводить итоги года, пора говорить пошлости: вот, типа, мы и убедились, что ХХI век действительно начался, не только в Америке, но и у нас; и вот, типа, ничего нового, кроме новых проблем, он нам не несет.

В этих пошлостях содержится определенная доля народной мудрости. С одной стороны, мы согласны: "по сути" все повторяется. Можно приводить множество исторических аналогий: Римская империя в стадии упадка, Франция перед революцией, Франция после революции, Третий Рим, Третий Рейх, даже Третий Интернационал... Я не буду сейчас копаться во всех этих аналогиях: для каждой из них какой-нибудь из авторов найдет (и уже не раз находил) надлежащее место.

Интереснее поговорить о прогрессе . Тема эта сейчас малопопулярна: копаться в истории (особенно в тех ее вариантах, которые были подвергнуты необходимому косметическому ремонту) намного приятнее. А куда нас ведет прогресс? Ведь он нас определенно куда-то ведет. Между обществом первобытным и обществом современным, безусловно, много общего - о чем любят поговорить культурологи и этологи (и я в их числе), но ведь существует и очевидная разница. Кое-что, связанное с человечеством, действительно развивается линейно. Что? Самый простой ответ - технологии, методы достижения тех или иных целей. Сами же цели неизменны, точнее - сменяют друг друга в соответствии с круговым движением истории.

Линейная же составляющая этого движения, прогресс методов, приводит к некоему венцу (уж простите за эсхатологизм). Венец этот состоит в том, что у самих методов появляются собственные цели . Это, безусловно, лишь образ, но образ не пустой. Мне часто доводилось слышать, например, такое заявление: "Я верю в науку!" Молотком принято гвозди забивать, а не молиться на него, однако многие предпочитают молиться (особенно те, кто не умеет забивать гвозди: вера в точные науки весьма популярна среди гуманитариев старшего поколения). Если уж мы заговорили о "старичках", давайте вспомним трудное детство, а именно - "закон" Маркса о преимущественном развитии производства средств производства по отношению к развитию производства предметов потребления. Я не экономист и ни на чем не настаиваю, но если закон этот действительно действует, значит производство в целом в первую очередь обслуживает само себя.

Глобализация - лишь внешняя, профанно-социальная сторона действительно глобального процесса: вокруг земли, наряду с биосферой, возникает техносфера (то, что Вернадский в свое время принял за "ноосферу"). И у техносферы свои задачи, вовсе не складывающиеся из безобидных или, во всяком случае, понятных задач тех людей, которые - каждый на своем рабочем месте - эту техносферу создают и укрепляют. Еще Дюркгейм указывал, что законы существования социального целого не обязаны являться суперпозицией законов существования частей этого целого. Речь, таким образом, вовсе не идет о каком-то фантастическом "искусственном разуме". Просто люди неуклонно возводят новую среду обитания, которая, по мере усложнения, начинает проявлять "самостоятельность". Среда эта, распространяясь все шире, предоставляет свои возможности все большему числу людей, снимая клеймо эксклюзивности с таких средств, которые раньше обеспечивали отдельным лицам или группам власть над всеми прочими. В результате вновь приобретают силу одиночки или неформальные группы - хакеры, террористы, биржевые спекулянты. Монополия власть имущих на применение оружия теряет свой смысл: деньги или компьютер оказываются более эффективным оружием, чем старый добрый АК, да и тот же автомат при необходимости можно достать - и применить. Но свобода не может длиться вечно. Уже в новой среде - на новом уровне - начнутся (уже начинаются) битвы за сферы влияния, консолидации групп вокруг новых, пока еще "первобытно-демократических" или "феодальных" авторитетов. Затем наступит эра новых империй... Короче, "круги своя" или "те же грабли". Новый уровень, однако, окажется несколько примитивнее предыдущего - как компьютерная игра всегда неизбежно примитивнее эмулируемой "офлайновой" реальности.

Теперь забудем о "глобальных проблемах" - от экологической до террористической - и проследим дальнейший путь прогресса (предполагая, что этот путь никак не будет прерван со стороны). Когда техносфера окажется поделенной, настанет время для "метатехносферы". В чем состоит ее "метовость", я затрудняюсь ответить. Но за "метатехносферой" последует "мета-мета..." и т.д. Каждая из этих сфер, эмулируя предыдущую, будет все примитивнее и примитивнее. Прогресс, таким образом, не может продолжаться до бесконечности. Он остановится на той стадии, когда люди превратятся в ячейки некой системы, от которых требуются лишь два ответа: "да" или "нет".

Либо (поскольку двоичность нашей логики вытекает из нашей двуполости) - лишь один ответ "угу". Ведь разница между полами обитателей "развитых обществ" начала стираться уже сегодня.

Кирилл Якимец