Виктор Мироненко. Дух Рапалло

На Втором ежегодном собрании "Петербургского диалога", состоявшемся в Веймаре в апреле этого года, В.В.Путин сказал: "Дух Рапалло 1 , принцип мирного сосуществования, сыграл свою позитивную роль в истории Европы".

Вадим Маркушин. Русский дух Веймара. Новая жизнь. 25 апреля 2002

О б этом высказывании В.В.Путина в ходе и после собрания в Веймаре говорили очень мало. Может быть, потому мало говорили, что оно говорит о многом. Можно было бы со спокойной совестью присоединиться к этому "политическому ходу" президента, если бы не ряд обстоятельств, о которых нужно сказать подробнее.

Начать придется издалека, с утверждения, которое никто не оспаривал во второй половине 80-х годов, по крайней мере, публично.

В "холодной войне" не было ни победителей, ни побежденных.

Действительно, от того что "холодная война" так внезапно и драматично закончилась, выиграли все, или почти все, кроме производителей оружия. Если разобраться глубже, то выиграли и они. Но производители оружия, как известно, люди прагматичные и деловые, они пользуются своим собственным этическим кодексом, руководствуются своими корпоративными интересами и предпочитают так далеко в будущее не заглядывать.

Сегодня также можно считать бесспорным, что с окончанием "холодной войны" появилась, по крайней мере - теоретически, возможность для глобального развития на совершенно иных, чем ранее, принципах и направлениях. Для этого нужно было лишь понять то, что понял Эйнштейн, сказавший, что взрыв атомной бомбы изменил все, кроме человеческого мышления. Но смена типа политического мышления, к чему без устали призывал своих западных партнеров по переговорам и коллег по Политбюро М.Горбачев, в тот раз, увы, не состоялась.

Открывшиеся внезапно "космические врата" западные политики - а речь в силу понятных обстоятельств будет идти, прежде всего, о них - этого не заметили или предпочли сделать вид, что не заметили. Трудно наработанный сообща за исторически ничтожное время общий "капитал доверия" был использован для решения важных, но, в сравнении с главной задачей, частных проблем, достижения односторонних преимуществ. То есть, говоря образно, пока весь мир, раскрыв рот, наблюдал за происходящими событиями, через эти "врата" протаскивали все, что смогли взять, что считали ценным для себя.

В итоге все что-то получили: американцы - не оспариваемое никем политическое лидерство, немцы - объединение Германии, страны Центральной Европы - возможность "вернуться в Европу". Внутри СССР Б.Ельцин, с молчаливого согласия Запада, сверг М.Горбачева и получил неограниченную личную власть в России. Партийно-государственная номенклатура республик бывшего СССР избавилась от политического диктата Москвы, КПРФ - от опеки и контроля со стороны КПСС, чиновники - от партийного контроля и контроля вообще.

Граждане новых независимых государств тоже кое-что получили - национально-государственный суверенитет, доступ к скрывавшейся от них той части отечественной истории и той части национально-культурного достояния, которая была сокрыта в "спецхранах", возможность выезжать за границу. Они также получили некое подобие политической и экономической свободы. Некоторые из них смогли воспользоваться этой полусвободой и стать богатыми, а несколько из них богатейшими людьми мира и т.д.

Но речь не об этом, не о том, кто и что выиграл от перемен, вызванных перестройкой, а о том, что было нами упущено. А упущена была, как сказано выше, уникальная возможность изменить самые основы мировой политики, выйти из кровавого тупика, в котором она топталась все ХХ столетие и продолжает топтаться в начале нового века.

"Общечеловеческие ценности", "новое политическое мышление", как оказалось, по-прежнему плохо приживаются в нашем несовершенном мире. В начале 90-х годов в России Ельцин и его коллеги во всех, без исключения, новых независимых государствах поспешили "прополоть" свои "суверенные огороды" от первых ростков этих экзотических "растений перестройки" и как следует "прополоскали мозги" своим согражданам.

Это можно объяснить. Люди здесь, за исключением относительно небольшой группы, ничего не выиграли в социальном отношении и считали себя обманутыми. Так оно и было, их обманули. Одну политику подменили другой, а вину за провал этой другой политики попытались свалить на перестройку и на ее инициатора Горбачева. Самому Горбачеву постарались заткнуть рот, по крайней мере, в России. На какое-то время это удалось.

Менее ясны сегодня причины, по которым общечеловеческие ценности и новое политическое мышление "для нас и для всего мира", с восторгом принятые простыми гражданами и интеллектуалами всех развитых демократических государств, были отвергнуты их политической элитой.

В итоге, повторимся, возможности совместного развития, хотя бы в Северном полушарии, постиндустриального прорыва, открывшиеся было с окончанием "холодной войны", если еще не упущены, то отодвинуты на десятилетия. "Врата" закрылись. Остается надеяться, что не навсегда.

Главной причиной этого было как раз то старое политическое мышление, от которого не захотели или не смогли отказаться. Оно, как известно, основано на индивидуализме, групповом геополитическом эгоизме, поклонении силе и насилию и т.п. Основную часть вины за это должны взять на себя развитые страны и их политики. После отстранения (не без их участия) Горбачева от власти и его "внутреннего изгнания" из российской политики только они могли быть носителями нового политического мышления, остаться в политической парадигме сотрудничества, как при Горбачеве.

Что бы сегодня ни говорили эти лидеры, вина их за то развитие событий, которое привело к Югославскому кризису, к 11 сентября и т.п., очевидна. Но Бог с ней, с виной, кто о ней думает в современной политике. Нужно не извиняться, а изменяться. Для начала изменить хотя бы отношение к России (не относиться к ней, как к побежденной стране) и к государствам Центральной и Восточной Европы (не рассматривать их в качестве военного трофея). Поступить хотя бы так, как это было сделано в отношении Германии, Италии, Японии после Второй мировой войны.

Тогда, в июле 1944 года, относительно небольшая группа из 730 западных экономистов, политических и общественных деятелей собралась в небольшом курортном городке Бреттон-Вуд в штате Нью-Гемпшир. Там Джон Мэнард Кейнс - человек, предсказавший в 1920 г. в своей книге "Последствия мира" Вторую мировую войну, - представил радикальный план того, как восстановить мировую экономику и избежать третьей мировой войны.

В основе предложений Кейнса, поддержанного секретарем казначейства США Гарри Декстером Уайтом, лежали два базисных принципа. Во-первых, союзники должны были восстановить "осевые" страны, а не пытаться выжать из них все, что можно, как это было после Первой мировой войны. Во-вторых, необходимо было создать новую международную денежную систему с сильной мировой банковской системой и общемировой валютой, не привязанной к золотому стандарту 2 .

В качестве довода Кейнс привел тот факт, что Европа и Азия находились в полном экономическом разорении. Он утверждал, что для того, чтобы мировая экономика смогла выйти из своего тогдашнего состояния, ей было необходимо развиваться. А развиваться без разоренных войной стран или за их счет мировая экономика не сможет. Кейнс смог убедить страны-победительницы (исключая СССР) - и результат нам известен, равно как и всем современным политикам. Тем важнее для нас ответить на вопрос о том, почему после "холодной войны", которую многие исследователи называют Третьей мировой, в процессе, если можно так выразиться, нового мирного урегулирования победила не логика Бреттон-Вуда, а логика Версаля?

Кстати, ответив на этот вопрос, мы смогли бы понять и то, почему Путин говорит о "духе Рапалло". Может быть это - намек, вежливое предупреждение? Даже если Путин не имел этого в виду, а просто хотел немного польстить хозяевам, подчеркнуть особый характер российско-германских отношений, логика этого политического построения очевидна: Версаль - Рапалло. Что дальше?

Политическая логика Бреттон-Вуда более соответствует вызовам времени. Рискну в этой связи даже заметить, что Горбачев ничего не выдумал, предлагая новое политическое мышление. Оно уже существовало, и он просто выбрал его для себя и предложил своей стране и миру. Если бы Россия, другие новые независимые государства, страны Центральной Европы и, конечно же, Запад, приняли это предложение, результаты первого десятилетия после перестройки были бы иными.

Можно предположить, что в этом случае уже сейчас индустриальное и демократическое Северное полушарие могло бы протянуть руку помощи и дружбы мировым аутсайдерам, народам, пребывающим в нищете, усугубляемой происходящими на наших глазах экологическими и глобальными экономическими изменениями.

Понятна чрезвычайная сложность задачи оказания помощи этим странам. Но никакой долгосрочной и реальной альтернативы этому нет. Если, конечно, не считать альтернативой голливудские апокалипсические блокбастеры.

Судя по всему предстоит сделать выбор между Бреттонвудом и Голливудом. И выбирать нужно быстро. Промедление, откладывание на потом решения этой задачи делает ее более дорогостоящей, а наше существование более опасным, в том числе и в развитых государствах. "Фактор 11 сентября" уже со счетов не сбросить. Выступления антиглобалистов, ошеломляющий успех неофашистов на президентских выборах во Франции и т.п. - все это множащиеся сигналы политического неблагополучия, видимые всем, но не доходящие, похоже, до политических штабов и штаб-квартир военно-промышленных корпораций.

Посмотрим на Европу. Прошло чуть более десяти лет после того, как была разрушена Берлинская стена. Сегодня на наших глазах растут другие стены. Эти стены и выше, и длиннее. В докладе на конференции в Праге в 1996 году профессор Шон Джерваси нарисовал картину того, как проектируются концентрические окружности стен, разделяющих Европу на зоны высокого, невысокого и низкого благополучия.

После 1996 года многое из сказанного Джерваси подтвердилось. Неужели он прав? Неужели в чьем-то воспаленном сознании рождается мысль о возможности длительного мирного существования такой разделенной Европы в таком же, как сейчас, "дружественном" окружении?! "Новое политическое мышление" - не выдумка Горбачева, а категорический политический императив. Новая политика должна конструироваться на основе глубокого анализа и ясного понимания новых реальностей, главная из которых - глобализация. Движение антиглобалистов - это не протест против глобализации, это протест против старого мышления, допускающего возможность использовать ее для получения новых односторонних преимуществ.

Какова альтернатива? Альтернатива такова - глобальное сотрудничество или глобальная конфронтация во всех своих проявлениях. Политически второе привычнее, но это бесперспективный путь. Первое намного труднее, требует интеллектуального и нравственного напряжения, трудного пересмотра традиционных взглядов и методов политического действия.

После смелого шага вперед, всколыхнувшего весь мир, последовала невнятица, замешательство, тягостная пауза с пошлыми парадами в честь "победы" в "холодной войне", длящаяся вот уже более десяти лет. Результаты - война в Персидском заливе, война в Югославии, трагедия Нью-Йорка, Афганская война и т.д. И какова реакция? Расширение НАТО и продвижение его на Восток к границам России. Это - не политика, это - преступление перед будущим. Ее необходимо менять, и ведущую роль в этой исторической смене политической парадигмы может и должен сыграть Социалистический Интернационал.

В рамках Социнтерна можно выработать и предложить реальную альтернативу политике конфронтации, разделения и соперничества - политику сотрудничества в интересах всех. Такая политика возможна. Это было доказано социал-демократами и социалистами многих развитых стран на национальном уровне. "Бреттон-Вуд", при всех известных "но", дал пример такой политики на уровне международном. Теперь предстоит доказать возможность осуществления такой политики на уровне глобальном. Это - миссия Социалистического Интернационала. По крайней мере, так ее понимают российские социал-демократы - и поэтому стремятся в Социалистический Интернационал.

Начинать нужно в Европе. Зачем "воевать" с Россией за рынки и ресурсы, если она сама готова к любого масштаба сотрудничеству по освоению того и другого? У нее не хватает людей и население сокращается. Но не хватает только для развития, а для защиты хватит. Это не раз доказывала история. Где здесь здравый смысл? Его здесь нет, если это не здравый смысл производителей оружия или "новых Бурбонов", которые, как известно, ничего не поняли и ничему не научились.

"Дух Рапалло" - это приторный запах двух мировых пожаров и напоминание о выборе, который предстоит сделать и России, и Западу.

Примечания:

1 "Утром 16 апреля 1922 г. руководители иностранных делегаций (на Генуэзской конференции - первой международной конференции, посвященной европейским экономическим и финансовым проблемам, в которой принимала участие советская делегация - В.М.) узнали, что минувшей ночью русские и немцы встретились в предместье Генуи Рапалло и заключили договор о восстановлении дипломатических отношений и широких экономических контактов. Этот договор помог Советской России прорвать кольцо экономической и политической блокады" (А.А. Данилов, Л.Г. Косулина. История России. ХХ век. - М., 1998. с. 235).

2 The Oxford History of the Twentieth Century. Edited by Michael Howard and Wm. Roger Louis. Oxford University Press. 2000.