Егор Отрощенко. НЛхОлин

НЛхОлин
Егор Отрощенко

Дата публикации: 14 Февраля 2000

Игорь Холин. Избранное. Стихи и поэмы. - М.: Новое литературное обозрение, 1999.

Н азвание "Избранное" предполагает (не побоюсь показаться оригинальным), что не все произведения автора включены в книгу, но осуществлен некоторый отбор. Однако в аннотации можно прочесть следующий, по сути, революционный текст: "Настоящее издание - первое полное собрание (курсив мой. - Е.О. ) поэтических произведений Игоря Холина". По всей видимости, издатель под словами "первое полное собрание" имел в виду, что это первое в истории издание под названием "избранное", включающее в себя все тексты автора.

На этом, правда, издательские новации не заканчиваются. Дело в том, что поэт Игорь Холин в 90-х годах тоже писал стихи, и тем не менее ничего из написанного в эти годы не вошло в "полное собрание поэтических произведений". На мой взгляд, существует два возможных объяснения этого факта. Первое - это следствие новаторских принципов издания (см. выше). Второе объяснение заключается в том, что полторы сотни стихов 90-х годов издатель попросту не причисляет к "поэтическим произведениям". Ведь в том же издательстве готовится книга холинской "избранной прозы"; возможно, там мы их и увидим.

Еще об одной странности. В упоминавшейся аннотации (что делать, какой-либо комментарий отсутствует, зато есть алфавитный указатель стихотворений - поэтому приходится обращаться к аннотации) издатель пишет: "В конце 60-х (Холин. - Е.О. ) пишет несколько поэм и обращается к прозе". Видимо, из этого следует, что после конца 60-х автор не писал стихов (см. выше). Но как тогда объяснить следующие строки из поэмы "Великий праздник":

В.Сорокин
Идет
Сочиняя
Очередную любовь
Марины или Матрены?

Ведь Владимир Сорокин родился в 1955 году и вряд ли мог попасть в поэму конца 60-х, да еще в качестве сочинителя.

Кроме выше указанных, есть еще одна позиция, в которую хотелось бы внести ясность. Сам Холин поделил все свои стихи на четыре книги: "Жители барака", "Космические", "Воинрид" и "Дорога Ворг". Книги, в свою очередь, разбивались на разделы, среди которых были и "Лирика без лирики", и "Свет", и "Поп- или конкрет-стихи" и др. В издании же НЛО все перемешано. Названием раздела здесь может быть и холинское название книги ("Жители барака"), и холинское название раздела ("Свет"). И, повторяю, никаких комментариев! Понимай, как знаешь. А ведь, казалось бы, ясно, что раз названия авторские, то и распределение текстов в книге - тоже авторское. Не тут-то было. Издатель снова задает нам загадки.

После такого первого знакомства невольно закрадывается вопрос: а стихи-то холинские? А то, может, в соответствии с никому, кроме издателя, не известными новаторскими принципами в сборник попали какие-нибудь другие? Но нет, здесь издатель неожиданно оказался традиционалистом - стихи Холина.

Любой автор проверяется на прочность не только временем, но и изданием отдельной книжкой. Если в коллективных сборниках, где на каждого участника приходится несколько страничек, у автора есть возможность как бы спрятаться за других, поделить с ними удачи и промахи, то в отдельном издании деваться ему уже некуда.

Читая Холина небольшими порциями в газетных подборках или сборниках, можно было говорить о некоторых характерных чертах его лирики (афористичность малых форм, ирония, введение в поэзию антипоэтичных слов и образов, элементы конкретистской поэтики), но трудно было представить себе, насколько весом, почти физически плотен созданный автором поэтический мир. Конечно же, это стихи не первого восприятия, первая реакция почти наверняка будет ложной.

В произведениях Холина 50-х - начала 70-х годов (а именно этот период представлен в издании) очевидно его отталкивание от современной ему советской литературы, но этим поэт не заканчивается. Каждый маленький текст дополняет предыдущий. Так репродуцируют в альбомах крупноформатные картины: каждый законченный фрагмент большого полотна печатается на отдельной страничке. У Холина отдельные эпизоды, сценки из жизни формируют целостную картину мира, который, если продолжить сравнение с изобразительным искусством, чем-то напоминает мир Брейгеля Старшего. Поэтому логичным кажется обращение Холина к жанру поэмы. Можно даже (несколько рискуя) говорить о том, что авторское подразделение стихов на четыре книги и было формированием четырех своего рода поэм - до такой степени стихи спаяны между собой интонационно и тематически.

Холин экспериментирует и с твердыми формами ("Три сонета"), и изысканные средневековые сонетные конструкции до предела обнажают как холинский материал, грубую, даже эпатирующе грубую жизнь, так и авторский метод, интонацию. Прочитаем первый катрен сонета "Две смерти".

Дуб. Клен. Береза. Ель. Сосна. Ольха.

Каждое слово - фраза. Перечисление пород деревьев вместо расплывчатого и почти обессмысленного в поэзии слова "лес". Метод Холина - оживление слов и образов, освобождение их от шелухи приевшихся метафор и эпитетов. Только после этого возможно употребление слова, уже обновленного, как будто заново родившегося:

За лесом луг. За ним крутая впадина.

Типично поэтическую (а значит стертую) деталь пейзажа - "крутой обрыв" Холин описывает как "крутую впадину", разом отметая все ненужные ассоциации, освежая до предела, казалось бы, затасканный образ. И далее почти две строки нейтрального повествования как бы накапливают энергию для того, чтобы выплеснуть ее в последнем слове четверостишия:

Внизу камыш. Осока и река
Сверкает, извиваясь, словно гадина.

Финальная позиция в стихе и катрене настолько резко окрашивает слово, а с ним - и весь холинский пейзаж, что не заметить его у читателя нет возможности. Это "торжество метода", по выражению Генриха Сапгира. Экспрессия обновленного образа ("змеящаяся река") доведена до предела.

Если эти наблюдения над методом поэта распространить на весь представленный в книге корпус текстов, можно сказать, что Холин, отталкиваясь от традиционного понятия "поэтический" или "лирический мир", разрушая его, создает свой собственный мир, парадоксально очищенный прохождением через всю грязь жизни. Именно потому, что мир как бы открывается читателю заново, предстает в своем первозданном виде, он обладает такой плотностью и целостностью.

Жаль только, что первое наиболее репрезентативное издание стихов Холина страдает таким количеством, казалось бы, легко устранимых недостатков, которые могут исказить понимание поэта.