Что делать?

Алексей Подберезкин , генеральный секретарь Социалистической единой партии России ("Духовное наследие")

Никому сейчас не стоит расслабляться. Наоборот, состояние полной боеготовности должно поддерживаться как можно дольше. Сейчас встала задача мобилизации общества так же остро, как и осенью 1999 года. Главное - не оставлять бандитов в покое, что бы нам ни грозило. Естественно, это может потребовать от граждан ряда действий, которые горячие головы уже сейчас готовы трактовать как ограничения различных конституционных свобод. Однако такого рода "ограничения" уже достаточно давно во всем мире являются привычными и естественными. В Нью-Йорке или Париже постоянные проверки документов и вызванные в связи с этим неудобства люди понимают и воспринимают как необходимые действия правоохранительных органов. У нас же почему-то это многих пугает. Недавно прочитал, что на рынках Ставрополья выставлены милицейские посты. Спрашивается: а что же там было раньше? Почему естественный акт защиты воспринимается нами как нормальный только в форс-мажорной ситуации? Увы, у меня есть серьезные основания беспокоиться, что нынешний эффект мобилизации продлится неделю, максимум - месяц.

Валерий Тишков , директор Института этнологии и антропологии РАН РФ

Основные цели теракта, к сожалению, достигнуты - установка на устрашение сработала. Поэтому одной из первостепенных задач мне видится организация терапевтической, психологической помощи людям и не только заложникам и их родственникам. Глобальные задачи, озвученные многими СМИ (типа "что делать с Чечней?"), должны отойти на второй план. Произошло колоссальное воздействие на психику людей, поэтому сейчас должны максимально проявить себя как профессиональные психологи, так и ответственные журналисты. Людям надо дать понять, что произошла отдельная изолированная акция, а не началась серия терактов или новая война. Необходимо пресечь рост ксенофобии к выходцам из Чечни и Кавказа в целом и всеми мерами избежать поисков "большого врага". Враг есть, но он мелкий. Все это должно самым непосредственным образом коснуться людей, отвечающих за нашу безопасность не только в Москве, но и по всей России. Человека, сидящего за пультом, нужно жестко дисциплинировать, отучать "гонять чаи". При этом следует минимизировать тот ущерб, который Россия получает от информационной политики Запада через каналы CNN, BBC и иже с ними. Нельзя допускать, чтобы отдельные и, как правило, неуполномоченные эксперты считались "голосом России".

Наконец, должна произойти мобилизация местного чеченского сообщества. Это очень мощные союзники. Нельзя допустить, чтобы "рупором Чечни" являлись неадекватные личности женского пола, живущие в палаточных городках беженцев в Ингушетии.

Вильям Смирнов , завсектором политологических исследований Института государства и права РАН РФ

Необходимо осуществить сразу несколько важных шагов. Во-первых, следует точно оценить состояние безопасности всех правоохранительных органов и параллельных структур, провести своеобразную "путинскую инвентаризацию" на этот счет, чтобы выявить соответствующие "болезни". Во-вторых, президенту, правительству и всем государственным органам нужно, наконец, определиться в понятиях, что такое "терроризм": планетарная опасность или же последствия наших собственных противоречий. В-третьих, нужно выяснить и жестко протестировать, насколько эффективна политика федеральных властей в Чечне. Необходимо также понять, как окружающая среда влияет на Россию и как Россия влияет на окружающую среду, выяснить отношение народа к государственной власти . Кроме того, необходимо пересмотреть приоритет так называемых "демократических ценностей" перед всеми другими. Самым основным должен стать приоритет физической безопасности граждан.

Сергей Загилуллин , депутат Госдумы, командир отряда спецназа "Гром"

Ясно, что атака террористов обнажила множество пробелов, существующих в системе правоохранительных органов. Поэтому не может не возникать закономерного вопроса: как это могло произойти? Я думаю, оперативно-следственная работа должна вестись по отдельным людям в системе МВД и ФСБ. Считаю также полезным направить представителей ветеранских движений, имевших отношение к спецназу, на проведение разъяснительно-профилактических работ в школы и вузы. Эта акция может иметь государственное значение и способна не только повысить уровень профилактики террористической опасности, но и значительно сократить профессиональный отток из рядов правоохранительных органов в криминальный мир.

Необходимо также пересмотреть соответствующую нормативно-правовую базу. Нынешний закон о борьбе с терроризмом уже устарел. В бюджете должна быть четко прописана строка, обеспечивающая необходимые средства на борьбу с терроризмом. У нас нет никакой точности в этом вопросе, на какие именно цели выделено 7 млрд., непонятно. В соответствии с этим мне представляется эффективной мерой провести перераспределение конкретных критериев ответственности по обеспечению безопасности в стране, которое ложится на МВД и ФСБ. В США, например, четко расписаны все роли ФБР и спецподразделений при проведении специальных акций. Затем проходит закрытое заседание Конгресса по результатам операции. После этого СМИ могут обсуждать непосредственные результаты операции, оперируя при этом дозированной информацией. У нас, к глубокому сожалению, происходит все ровно наоборот.

Поэтому совершенно необходимо осуществить ряд мер по обеспечению информационной безопасности при обеспечении мероприятий, направленных на борьбу с терроризмом. У нас тактику, методы действия спецподразделений обсуждают сегодня со всех телеканалов самым серьезным образом. Это недопустимо. В США после 11 сентября резко ужесточили меры технического наблюдения и ни у кого это не вызывает серьезных возражений. Нам также нужно взять подобные меры на заметку, если мы не хотим больше играть в непонятно какую демократию.