Кит-ворюга

Много веков человек доставлял кашалотам одни неприятности. Активная охота на китов началась в XVIII веке. Кашалоты, в отличие от усатых китов, были способны к активной обороне. Используя свою мощную голову в качестве тарана, они опрокидывали китобойные баркасы. Но силы были все-таки неравные. В послевоенные годы, когда промысел кашалотов достиг максимума, их количество составляло примерно треть от исторической численности в один миллион сто тысяч животных. Только в XX веке было добыто не менее 770 000 кашалотов. Киты были бессильны перед судами на дизельных двигателях, гарпунными пушками и гарпунами со взрывчатыми зарядами.

После запрета промысла китов в 1985 году численность кашалотов начала медленно восстанавливаться, но до сих пор не достигла уровня XVIII века. Однако теперь выясняется, что некоторые кашалоты научились извлекать пользу из деятельности людей.

Произошло это у тихоокеанского побережья Аляски. Рыбаки промышляют там угольную рыбу (Anoplopoma fimbria), которую в этих местах зовут «черной треской» (black cod). Эта глубоководная рыба во взрослом состоянии достигает веса 14 килограммов, мясо ее вкусное, содержит много жиров и пользуется стабильным спросом. Ловят эту рыбу при помощи яруса – очень длинной, в несколько километров снасти, снабженной тысячами крючков. На рыболовном судне на эти крючки насаживается наживка – мелкие рыбы. Делает это специальная машина, в которую рыбаки подают одну за другой этих рыб. Машина насаживает их на крючки и постепенно спускает ярус с борта медленно идущего судна в воду. К концу яруса прикреплен буй, который хорошо заметен на поверхности моря. Вернувшись к этому месту, рыболовное судно начинает потихоньку вытягивать ярус из-под воды, а рыбаки в этот момент снимают с крючков пойманных рыб.

А что же кашалоты? Кашалоты тоже любят «черную треску». Но вместо того, чтобы трудиться, ныряя за ней на глубину, они освоили более легкий способ добычи. Кашалот своими мощными челюстями просто срывает пойманную рыбу с крючков яруса. «Я не знаю, как количественно оценить их интеллект, но их эффективность почти идеальна, – рассказывает репортерам BBC шкипер рыболовного судна Стивен Роадс, который ловит рыбу в этих местах уже двадцать лет. – Они совершенствуются в этом из года в год. Для них составляет гораздо меньше труда околачиваться вокруг нас и брать нашу рыбу, а не погружаться и добывать ее внизу. Нет сомнений, что эти существа очень умны».

Пустой и погнутый крючок – свидетельство того, что кашалоты научились воровать улов (Jane Atkins/BBC)

Первые сообщения рыбаков Аляски о кашалотах, ворующих у них рыбу с ярусных снастей, поступили еще в 1970-х годах. Тогда сезон промысла угольной рыбы длился всего две недели, теперь же он увеличился до восьми месяцев, так что у кашалотов стало много времени, чтобы наловчиться добывать себе рыбу с крючков. Сыграл роль и запрет китобойного промысла. Случаи похищения кашалотами рыбы стали учащаться с середины 1990-х. Вскоре ущерб, причиняемый ими ежегодно, исчисляется уже сотнями тысяч долларов, поэтому рыбаки Аляски обратились к ученым за помощью.

Еще в 2003 году был основан Southeast Alaska Sperm Whale Avoidance Project (SEASWAP), сотрудники которого призваны изучить поведение кашалотов и понять, как предотвратить их грабительские набеги на рыбацкие снасти. Наблюдения ученых и рыбаков помогли установить более точную картину жизни аляскинских кашалотов. Сотрудники проекта отследили в здешних водах 120 китов, исключительно самцов, а общая численность популяции, по их мнению, может составлять 325 особей. Рыболовные суда сопровождают до десятка кашалотов, что нехарактерно для этих животных, так как обычно кашалоты охотятся по одиночке. Китов отслеживают, снабжая их GPS-метками. Один из китов, который снимает рыбу с крючков уже девять лет, настолько знаком ученым и рыбакам, что получил у них прозвище Джек-раздеватель (Jack the Stripper).

Ученые SEASWAP даже подозревают, что навык ограбления рыболовных ярусов передается среди кашалотов социально. О существования у китообразных культурных традиций, то есть передачи каких-либо навыков внутри группы, заговорили несколько лет назад, когда в исследовании Люка Ренделла (Luke Rendell) и его коллег было показано, как среди горбатых китов распространился усовершенствованный способ охоты на рыбу с использованием ударов хвостом по воде (вероятно, этим киты заставляют рыб сбиваться в более плотные стаи). Такой способ, впервые отмеченный в 1980 году, быстро стал популярным. По сообщению 2013 года, его использовали 37% горбатых китов в морском заповеднике Стеллваген-Бэнк у атлантического побережья США. При этом для 87% из них было доказано, что они переняли эту технику от своих собратьев. Возможно, такая же история происходит и с набегами кашалотов на рыбацкий улов.

Еще ученые выяснили, что кашалоты в своих набегах активно используют свою способность к эхолокации. Они за несколько морских миль обнаруживают передвижение рыбацких судов, когда те ставят или извлекают свои ярусы. «Они продумывают все заранее, – уверен Стивен Роадс. – Но они чувствуют, когда мы уходим на лов, узнают, что снасти на глубине, что в полумиле под поверхностью воды на крючках уже есть рыба, и киты понимают по звукам наших моторов, что рыба поднимается».

На данный момент самым действенным способом предотвращения китового воровства исследователи из SEASWAP считают слежение за кашалотами. Спутниковые метки на китах позволяют определить их местоположение, а рыбаки, используя специальный сайт или обращаясь к сотрудникам SEASWAP, узнают, где сейчас кашалоты, и отправляются на промысел в другое место. Особое внимание уделяют слежке за десятком кашалотов, наиболее часто разоряющих рыбацкие снасти.