Эволюция образа глазами гримера

Издательство «Альпина PRO» представляет книгу Натэллы Ивлевой «Эволюция образа глазами гримера. Краткий экскурс в историю макияжа и прически».

Создание образа сегодня стало одним из видов современного искусства. Но чтобы понять, как зародилось и развивалось это искусство, необходимо обратиться к истокам — узнать, как менялись идеалы красоты, и проследить путь, который проделало человечество, прежде чем научилось создавать коммерческие визуализации, созвучные эстетическому восприятию современного зрителя. Автор книги, одна из самых уважаемых и опытных художников по гриму в России, рассказывает о том, как менялись стандарты красоты и тенденции в области макияжа и прически на протяжении веков, об античных корнях профессии гримера, о влиянии технологий и модных трендов на кинематографические ретроспективы.

Предлагаем прочитать фрагмент книги.

Дюбарри или Мария-Антуанетта?

Помимо графини Дюбарри, моду диктовала молоденькая дофина Мария-Антуанетта, в 1770 г. ставшая супругой короля Франции Людовика XVI. Большую часть своего времени королева посвящала изобретению новых причесок и нарядов.

Жан-Батист-Андре Готье-Даготи. Мария-Антуанетта. 1775 г.

Родившаяся в Австрии, Мария-Антуанетта почитала естественную красоту и пыталась привить тот же вкус французскому высшему свету. Самой примечательной чертой внешности Марии-Антуанетты, воспетой многими современниками, была светящаяся белая кожа, причем не только лица, но и шеи, плеч и рук. Стал знаменитым ее ритуал наведения красоты, на который приглашались зрители, — «шедевр среди церемоний этикета», как писала в своих мемуарах мадам Кампан1.

Румяна Мария-Антуанетта предпочитала носить «в виде совершенного круга, цвета, мало отличного от алого»2. Естественным такой макияж назвать было нельзя, однако он вполне соответствовал тогдашней моде высших социальных слоев и сразу выделял подлинных аристократов, безошибочно указывая на их высокий статус.

Благодаря королеве в моду вошла бледность, но природная, а не созданная с помощью белил. Косметика эпохи барокко уступила место чистому лицу. Эти метаморфозы отображают портреты Марии-Антуанетты, написанные художниками Элизабет Виже-Лебрен и Жан-Батистом Готье-Даготи. Автором причесок был придворный куафер Леонар Боляр, который, как полагают, лишь направлял бурную фантазию королевы в нужное русло.

Мария-Антуанетта стремилась стать королевой мод, арбитром элегантности, самой модной женщиной Европы, хотя в действительности была настоящей жертвой моды и носила самый неудобный костюм, какой только можно было придумать. Она никогда не надевала дважды одно и то же платье, три раза в день меняла одежду, а раз в неделю Леонар Боляр делал ей новую необыкновенную прическу.

Самыми известными куаферами XVIII в. были Леонар Боляр и мэтр Легро де Руминьи, парикмахер Людовика XV и мадам де Помпадур, а также основатель Академии парикмахерского искусства, которая была открыта в Париже при королевском дворе. Именно тогда парикмахерское дело стало серьезной профессией.

Что касается одежды, законодательницей стиля была модистка Марии-Антуанетты Роза Бертен, которую при дворе называли министром моды. Ее можно считать первым кутюрье, так как это она, дважды в неделю посещая Версаль, предлагала королеве новые модели платьев, шляп и отделок. Бертен придумала много модных новинок того времени, например цвет блохи (пюсовый) и турнюр. Знатные дамы часами просиживали в ее приемной в ожидании аудиенции, чтобы заказать платье у модистки самой королевы. Ей принадлежит крылатая фраза «Новое — это хорошо забытое старое», точно отражающая суть моды, хотя сказано это было о переделке старого платья королевы.

К началу 1780-х гг. в результате новой европейской тенденции — стремления к естественной красоте — громоздкая, вычурная куафюра становится гораздо скромнее. Исчезает мода на «паруса» и «вазоны», в арсенале модниц остаются только ленты и муслиновая ткань. С полотен Элизабет Виже-Лебрен и Томаса Гейнсборо на нас смотрят женщины с пышными, но скромно украшенными волосами. Пудра используется крайне умеренно, а румяна почти совсем исчезают с женских лиц.

Элизабет Виже-Лебрен. Автопортрет с дочерью. 1789 г.

Томас Гейнсборо. Портрет миссис Ричард Бринсли Шеридан. 1787 г. (фрагмент)

Античность снова в тренде

Фридрих Карл Грёгер. Свадебный портрет Эмилии и Йохана Филиппа Петерсонов. 1806 г. (фрагмент)

Ангелика Кауфман. Три певицы. 1795 г.

Стремление к естественности в XVIII в. распространилось не только во Франции. К началу 50-х гг. во многих странах Европы ощущаются признаки перемен, связанные с ценностями формирующегося буржуазного общества. Под влиянием энциклопедистов и драматургов увлечение любой искусственностью сходит на нет. Постепенно начинают преобладать идеи о естественной красоте: общество отказывается от чрезмерно ярких красок и склоняется к натуральному цвету лица.

В XVIII в. второй столицей моды становится Лондон. В Англии появляется свой уникальный стиль, которому подражают даже в Париже. Его создателем стал новый класс — буржуазия, или третье сословие. В среде нетитулованного мелкопоместного дворянства — джентри зародились новые формы одежды, которые впоследствии стали классикой, — фрак и редингот.

В этом стиле не было деталей, явно свидетельствующих о социальном положении (драгоценных тканей, вышивки). В Англии античное наследие вновь стало основой для формирования нового модного направления — неоклассицизма (или стиля Людовика XVI), который в последней трети XVIII в. станет самым популярным стилем в архитектуре, скульптуре, живописи, прикладном искусстве и женском костюме.

Луи Леопольд Буальи. Портрет мадам де Фуле. 1810 г.

Простые лаконичные формы, приближенные к благородным античным образам, были самыми модными в мужской и женской одежде уже накануне Великой французской революции (1789–1794). Вышли из моды кринолины и напудренные волосы, служившие отличительной чертой аристократов. После революции «старорежимные моды» вообще стали предметом насмешек.

Ампирная мода, для которой характерен интерес к античному наследию, сформировалась в революционной Франции и охватывала период Директории (1795–1799), Консульства (1799–1804) и Первой империи (1804–1814). Ампирный стиль оказал некоторое влияние на ранние годы Реставрации Бурбонов и продержался до 1820-х гг., когда ему на смену пришел викторианский стиль.

В эпоху ампира большой популярностью пользовались простые укладки, преимущественно на античный манер: а-ля грек, «узел Психеи», в том числе короткие стрижки-унисекс, например прическа а-ля Тит.

Дмитрий Григорьевич Левицкий. Портрет архитектора Александра Филипповича Кокоринова. 1769 г. (фрагмент)

Карл Людвиг Иоганн Христинек. Портрет графа Алексея Бобринского в детстве. 1769 г. (фрагмент)

Карл Людвиг Иоганн Христинек. Портрет Сарры Грейг. 1770-е гг.

Княгиня А. Н. Оболенская в придворном платье. 1890-е гг.

Во время революции, гражданской войны, империи Наполеона Бонапарта и войны 1812 г. царил стиль «директория»: он был похож на неоклассицизм, но созданные в его рамках костюмы были еще строже.

Известная французская писательница Жермена де Сталь (1766–1817) в книге «Десять лет в изгнании» описала свои впечатления о России Петровской эпохи: «Начиная с его царствования русские цари перестали носить азиатские одежды. При Петре Россия увидела парик эпохи Людовика XIV».

В 1839 г. в Петербург прибыл известный французский путешественник и писатель маркиз Астольф де Кюстин, который так описал увиденное: «Национальный наряд русских придворных дам импозантен и вместе с тем старомоден. Они носят на голове какие-то сооружения из дорогой материи. Это головное украшение напоминает мужскую шляпу, сверху несколько укороченную и без донышка, так что верхняя часть головы остается открытой. Диадема вышиной в несколько дюймов, украшенная драгоценными камнями, приятно обрамляет лицо, совершенно его не закрывая. Она представляет собой старинный головной убор, придает женскому облику оттенок благородства и оригинальности, очень идет к красивым лицам и еще более уродует некрасивые. К сожалению, последние весьма часто встречаются при русском дворе, так как только смерть освобождает придворных дам — даже самых престарелых — от их звания»3.

Благодаря усилиям Петра I Россия превратилась в мощную европейскую державу, а вторая половина XVIII в. была связана с правлением Екатерины II и ее реформами. В конце XVIII в. в России стал выходить журнал «Экономический магазин», печатавший, кроме всего прочего, советы по уходу за телом.

1. Кампан Ж. Л. Мемуары чтицы королевы госпожи де Кампан об интимной жизни Марии-Антуанетты. — М.: Сфинкс, 1912.

2. Фрэзер А. Мария-Антуанетта. Жизненный путь. — М.: АСТ, 2020.

3. Лимонов Ю. А. Россия первой половины XIX в. глазами иностранцев. — Л.: Лениздат, 1991.