Альтернативный интернет. Чего он может стоить

Российские власти намерены усилить работу над созданием так называемого альтернативного интернета, то есть сети, которая была бы не подконтрольна их идеологическим противникам.

Как пишет газета «Коммерсантъ», российские власти считают угрожающим безопасности суверенитету страны одно из положений Будапештской конвенции Совета Европы о компьютерных преступлениях.

Речь идет о положении, предусматривающим трансграничный доступ к хранящимся компьютерным данным. То есть спецслужбы различных стран получают возможность без официального уведомления проводить операции в компьютерных сетях третьих стран, поясняет газета. В целом же о том, что в настоящее время США играют слишком существенную роль в управлении глобальной сетью, в России говорят уже не первый год.

Владимир Путин с журналистом американского телеканала NBC Мегин Келлиkremlin.ru

В марте 2018 года об этом в интервью американскому телеканалу NBC заявил и президент России Владимир Путин, отметивший, что все средства управления интернетом находятся в руках США. Полный текст перевода интервью, включая и эти слова российского лидера, был опубликован «Российской газетой».

Между тем по данным информационного агентства РБК, в ноябре 2017 года Совет Безопасности РФ поручил Минкомсвязи и МИД России приступить к созданию в странах БРИКС собственной системы корневых серверов DNS, что СМИ называют «альтернативным интернетом».

По данным источников газеты, работа над системой продолжается, причем Москва в этом активно взаимодействует с Пекином. Напомним, в Китае создана система «Золотой щит», которая к маю 2018 года блокировала около 8000 сайтов, отнесенных китайскими властями к нежелательным.

Интернет в Китаеpixabay.com

О том, возможно ли в России создание «альтернативного интернета» и почему, а также о том, к каким последствиям попытки его создать могли бы привести, с «Полит.ру» поговорил Иван Бегтин, директор АНО «Информационная культура», член Комитета гражданских инициатив.

«У создателей изначального интернета есть возможность влияния на всю эту экосистему. В том числе при вооруженных конфликтах и так далее они могут ограничивать со своей стороны доступ к интернету тех или иных стран, как это было с той же Сирией. Но надо понимать, что в большинстве случаев инициаторами введения ограничений являются сами страны, вступающие в различные конфликты. То есть, скорее имеет место режим самоограничения со стороны правительства таких стран.

Потому что современные правительства — во многом правительства медийные, а интернет — одна из немногих сред, которая в значительной степени выпадает из государственного регулирования. И поскольку большинство стран все-таки пытаются контролировать как минимум телерадиовещания и печатные СМИ, то само существование интернета в текущей форме для них неудобно. Речь идет не только о Китае, но и, допустим, об арабских странах — да и вообще о любых странах с авторитарными режимами. То есть это — прямое продолжение государственной цензуры на других направлениях.

Однако надо помнить, что в Китае механизм глобального государственного цензурирования интернета строился с самого начала. Когда интернет только появлялся, китайские власти организовали все так, чтобы кроме как через один канал, находящийся под полным контролем, в интернет в Китае была выйти нельзя. Они следили за развитием интернета в течение всего этого времени; это было их принципиальной позицией, и на это было потрачено очень много денег.

Но самое главное заключается в том, когда именно китайцы начали эти деньги тратить и вводить правила, которые позволяли им управлять Сетью. Тогда это можно было сделать с большими, но не безумными расходами. Да, затраты были существенными, но производились они в том объеме, который Китай мог себе позволить. А в том виде, как это происходит сейчас в России, это не так.

В России интернет развивался по европейской модели — или даже по модели, которая лучше европейской в том смысле, что у нас была довольно свободная конкуренция между Интернет-провайдерами. Не считая монополии типа Ростелекома и крупных игроков типа сотовых операторов или Транстелекома, в принципе, Россия стала страной гигантского количества маленьких интернет-провайдеров. Это привело к тому, что, в отличие от многих, в том числе и развитых стран в мире, в России интернет относительно дешев, и он есть у огромного количества людей.

Сейчас ты не имеешь интернета, только если ты живешь в абсолютной глуши, либо если он тебе не нужен. То есть он просто ни к чему, а возможности у тебя есть, и никаких особых расходов на его подключение уже не требуется. И в этом контексте сейчас пытаться строить систему глобального цензурирования, как это пытался делать Роскомнадзор, пытаться строить "альтернативный интернет", честно говоря, поздно. Даже если предположить, что люди, которые призывают к его созданию, точно знают, что нужно делать и что действительно существует какая-то внешняя угроза.

Кроме того, в России, в отличие от Китая, все эти годы была довольно слабая политика создания собственных сервисов. Китай сумел создать большое количество национальных чемпионов — компаний, которые выросли на более чем миллиардной аудитории, с гигантским охватом, гигантским бюджетом, гигантскими оборотами, с сильными альтернативами зарубежным сервисам. Поэтому большая часть китайцев изначально жила в среде, изолированной языковым и политическим образом.

Но в других странах, например, в арабских, которые тоже пытаются цензурировать интернет, это не работает. Пример Ирана это ясно показал. Иран — достаточно изолированная страна, но, тем не менее, проблемы с Telegram у них были более системными, чем даже у нас. При блокировке Telegram там пострадало огромное количество малого и среднего бизнеса, а люди все равно им пользуются.

Пример Омана, Саудовской Аравии, Бахрейна и других арабских стран приводит к тому же выводу. Словом, я бы сказал так: внедрение альтернативного интернета в России возможно только при условии гигантских государственных расходов, осознанной потери роста ВВП (если не вообще ВВП) и гибели значительной части малого и среднего бизнеса. Потому что сейчас этот бизнес использует зарубежные платежные сервисы, хостинг, сервисы веб-сайтов и многое другое. Если все это будет ограничено, большая часть бизнеса просто перестанет существовать.

Так что я считаю инициативу по созданию альтернативного интернета бессмысленной, а в некотором отношении и вредной. Фактически, сейчас для любой страны создавать такой интернет поздно. Это вопрос не только упущенного времени, но и огромных расходов, а в России все усугубляется тем, что российская информационная инфраструктура является сложной. И доступ к альтернативному интернету для российских граждан едва ли имеет смысл.

Если введение "альтернативного интернета" означает исчезновение "классического интернета", который сейчас существует, и замену его этим альтернативным, то это тупиковый путь. Если же "альтернативный интернет" предполагает, что существует что-то параллельное изначальной структуре интернета, но изолировано в пределах национальной страны, то никакой мотивации идти в этот альтернативный интернет кому-то нет. С чего бы людям туда захотелось идти?

Так что тут может работать только экономика запретов, а экономика запретов является разрушающей. Если запрещать гражданам выходить за пределы ограниченного количества сервисов, то неожиданно кажется, что у нас вырастет в цене продовольствие, сервисы, а некоторые продукты будут просто отсутствовать. То есть, все это означает исключительно ухудшение качества жизни граждан.

Для чего вообще могли бы добиваться создание альтернативного интернета? Ссылаясь на необходимость защиты, много чего придумывают: мол, а что будет, если хакеры нас взломают? Но люди рассуждают об этом, забывая, что в мире практически нет стран, кроме, может быть, Китая, которые существовали бы только за счет собственных разработок оборудования, программного обеспечения и тому подобного.

Ну, допустим, изолируем мы свой интернет. А ничего, что у нас все сетевое оборудование обновляется через общий интернет автоматически? И что системы защиты обновляются автоматически через интернет? Что, хотят создать такой изолированный альтернативный интернет, чтобы вся сервисная инфраструктура самостоятельно все это делала? Это невозможно. Это и в самом деле безумно дорого, и в России нет самостоятельной производственной инфраструктуры телекома, которая располагала бы достаточным количеством оборудования, хотя бы даже собранного из китайских комплектующих, чтобы эти задачи закрыть.

Так что, безусловно, альтернативный интернет может создаваться только со значительно большими рисками внутри и гораздо худшим качеством, чем интернет обыкновенный», — сказал Иван Бегтин.