Original Material
Бедный, еще беднее
Тема «зажравшейся Москвы» периодически всплывает в самых разных обсуждениях и всегда находится масса людей, которые стремятся поставить на место «зажравшихся», обвиняя последних в том, что те «не знают жизни народа». В противную сторону поток обвинений льется примерно такой же, только с обратным знаком.
Дмитрий ОльшанскийСпорят на эту тему по преимуществу люди не самые богатые. Например, бывший главный редактор дважды закрытой «Русской жизни» Дмитрий Ольшанский возмущается у себя в блоге на тему «какого черта за передачу Парфенова хотят срубить денег не богатых людей, а клерков на зарплате в 70 тысяч». И тут же поднимается волна народного гнева в комментариях по поводу означенной суммы.
Клерк, надо сказать, имелся вполне конкретный — то есть с четкой привязкой ко времени (настоящее время) и региону (Москва). Но вал комментариев, из которых примерно половина на тему как раз того, что означенная сумма — очень большая. Например: «70 тысяч рублей - это ГИГАНТСКАЯ зарплата (не только в регионах, но и в стремительно нищающем комьюнити в Москве)» или же «Нда... бедные, бедные интеллигенты с зарплатой в 5 доцентских со всеми надбавками...»
Вторая половина комментариев из серии «полностью согласны с Вами Дмитрий». В общем — поляризация мнений налицо и конфликт, надо сказать, давний и довольно глубокий. Дальнейшая аргументация автора поста - «а сколько стоит снять приличную квартиру в пределах Третьего транспортного кольца» - и еще пара сотен комментариев на тему «а в регионах это очень большая зарплата» - «а в Москве столько секретарь получает» и тому подобное.
Изначальная привязка к программе Парфенова — это только повод. С Парфеновым все более-менее ясно: авторы программы придумали этот самый пафосный краудфандинг в качестве системы финансирования, который уже работал в проекте «Роспил», при организации столичных антивластных митингов и в волонтерских инициативах. И решили то же забабахать с финансированием «свободных медиа». Правда, Парфенову с командой нужно чуть ли не по 2 миллиона рублей на передачу, потому без, как выражаются в футболе, «якорного спонсора» дело все равно вряд ли обойдется. На медиа-рынке такая стратегия уже проваливалась и с интернет-телеканалом «Сетевое общественное телевидение», и с куда менее затратными проектами типа Colta.ru, так что сложно ожидать однозначного успеха.
Идея в целом здравая: если вам так нужен альтернативный взгляд, извольте платить. Ах нет, за деньги не нужен? Ну тогда смотрите вашу программу «Время». Но в интерпретации блогеров главный вопрос вовсе не в том, надо ли и кому давать условному Парфенову денег, он в другом.
Вопрос тут из серии — как измерить много или мало? Скажем, те же 70 тысяч зарплаты в месяц в конкретно взятой Москве. На поверку не так уже и много. Средняя зарплата по Москве в 2012 году, согласно официальным данным, превысила 50 тысяч рублей. А к 2015 году, как надеются столичные чиновники, она составит 65-70 тысяч рублей. Зарплата врача, по их же подсчетам, вскоре поднимется до 60 тысяч, работника сферы образования — до 52 тысяч рублей. При этом, по словам главы департамента образования Москвы Исаака Калины, на сегодня уже средняя зарплата учителя в Москве составляет 57 тысяч рублей. В детских садах существенно меньше, но уже выше 30 тысяч.
Тут есть нюанс: чиновники любят оперировать этой самой средней по больнице и отчитываться о плановых повышениях, а конкретный врач или педагог, дойдя до бухгалтерских услуг, может выяснить, что очередное повышение привело к тому, что платят ему теперь даже меньше. За счет, например, снятия каких-то льгот или надбавок — такие случаи не единичны. Но факт остается — в целом наиболее «бедные», что казалось вечной проблемой еще несколько лет назад, бюджетники сегодня приближаются в столице к той самой означенной «планке» в 70 тысяч рублей. И ничего запредельного в этих деньгах уже нет, а есть если и не норма, то лишь небольшое от нее отклонение.
Другое дело, что по регионам зарплата в 70 тысяч и впрямь может представляться очень, даже запредельно высокой. Но тут вопрос и в том, сколько надо тратить на жизнь в конкретном регионе, и делать поправку на то, какой образ жизни и потребления существует в том или ином регионе или даже населенном пункте. Если у вас в городе нет кинотеатра, то вряд ли вы будете тратить на него деньги. Если регион сельскохозяйственный, то местная продукция будет достаточно недорога, а относительно Москвы или регионов с Северным завозом — может и вообще показаться бесплатной. Рынки жилья региональны, и с Москвой в плане дороговизны аренды и покупки не может сравниться ни один город в России (тут Ольшанский кругом прав). Вообще для мировых мегаполисов нормальна ситуация, когда в крупном городе дороже жизнь и больше доходы, нежели в провинции. Московский перекос имеется — Москва все-таки и впрямь большой «пылесос» денег и талантов — но надо думать не совсем уж критический.
Москвичи. Фото: medikforum.ruПри арендном жилье доход в 70 тысяч — это где-то ну не на грани бедности, на которой до сих пор живет значительная часть наших пенсионеров, но не очень далеко от нее. В Москве мало что можно приобрести дешево, да и чтобы выстроить такую стратегию, надо обладать временным ресурсом, которого работающий москвич почти всегда лишен.
Собственно вопрос Ольшанского и последующая дискуссия — это отражение того процесса, что мы видели и в политической плоскости последних двух лет. По сути у «среднего городского класса». «креативного класса» или там «рассерженных горожан», как эту полумифическую страту не называй, имеется претензия к очень богатым. Ольшанский не понимает, почему клерки, а не миллионеры должны создавать на свои средства некоторые public goods в лице конкретной программы Парфенова. А те, кто зарабатывает кратно меньше, возмущаются, почему у москвичей, что доят всю Россию, зарплаты по 70 или даже 100 тысяч, а они еще и жалуются.
Фактически «средний класс» (по преимуществу из крупных городов) точно так же, как и «средний класс» и «бедные» (в основном из провинции) формулируют запрос на «имущественную справедливость» - на более равное распределение доходов.
При этом в этот спор предусмотрительно не ввязываются основные бенефециары российского нефтегазового чуда - крупные чиновники, бизнес, силовики. В ходе путинской предвыборной кампании и непосредственно после нее они старались, как могли, сыграть именно на взаимных претензиях двух этих условных социальных групп, стравливая мифическую «Болотную» с не менее эфемерной «Поклонной» или, по фразеологии Сергея Кургиняна, «норки» (сколько норковых шуб, кстати, можно купить при зарплате в пусть даже 70 тысяч?) и «ватники».
При том, что требования обеих «площадей» в общем-то об одном и том же. Но упакованы в чуть отличные формы. У одних претензии (надуманные) к «Москве», у других (в основном тоже выдуманные) к абстрактной власти и конкретно Владимиру Путину. На последнем, собственно, защитники режима и сыграли, вбросив тезис «Путин обеспечивает стабильность», а затем запустив руками президента «борьбу с коррупцией».
По существу требования обеих групп «средних» и «бедных» об одном и том же, и рассуждения выстраиваются, скорее, в рамках левого образа выказывания («Почему за программу Парфенова должен платить я, когда есть олигархи?» и «Почему я должен жить на нищенскую зарплату, когда в Москве любая секретарша по 70 тысяч получает и жалуется?»). Собственно о том, бедны люди или нет, как распределяются доходы в стране и как должна вообще выстраиваться система распределения национальных богатств, дискуссия в сколько-нибудь содержательном ключе не ведется.
Город Чухлома. Фото: fresher.ruСистема перераспределения в результате распределяет средства внутри самой себя. Независимый институт социальной политики недавно выяснил (данные приводят «Ведомости»), что средний класс в России рос в последние пять лет за счет чиновников, госменеджеров, силовиков и специалистов госсектора (без бюджетников) — их уже 20 процентов от среднего класса. И в прицел исследователей наверняка не попали формально частные структуры, что работают по госзаказу или иным хитрым образом аффилированы с госсектором.
Причиной тут не только объективный рост государственного присутствия в экономике в кризис, но и то, что так устроена система: она распределяет деньги тем, кто ближе к центрам принятия решений. А покуда остальные представители разных имущественных страт не в силах сформулировать некий цельный запрос и легко ведутся на правительственную пропаганду — так и будет продолжатся.
Путин же говорил, что позитивным результатом реформы армии и полиции является (в случае с медведевской реформой полиции — это вообще было едва ли не единственное найденное Путиным достоинство) повышение денежного довольствия. Затем взвыли чиновники и часть из них — администрацию президента и аппарат правительства — приравняли к военным, что тут же увеличило их доходы в 2-3 раза. А весь креативный класс может и дальше ругаться в блогах на тему «много или мало 70 тысяч». Не исключено, что такими темпами мы все скоро захотим стать не юристами или инженерами в частной фирме, а полицейскими или клерками в министерстве.