Несите ваши денежки

У российских чиновников и депутатов нашлись защитники от российских чиновников и депутатов в вопросе запрета на владение оными гражданами РФ всяческой собственностью за границей и счетами в зарубежных банках.

Запрос широких общественных масс на запрет, несомненно, существует: сложилась целая мифология по поводу лицемерия российского чиновничества, которое вслух рассуждает о патриотизме или спасении российского образования, но при этом скупает недвижимость за рубежом и отправляет детей учиться в Швейцарию или Англию. Масштабы этого явления никто толком не измерял, но такое поверие у народа имеется, потому уже многие годы идет дискуссия о том, что бы с этим сделать.

Продавливать «окончательное решение чиновного вопроса» активно начали в прошлом году на фоне борьбы с депутатами-бизнесменами и прочими коррупционерами. Чиновникам и депутатам, решили они же, надо запретить владеть за границей недвижимостью и иметь счета в зарубежных банках.
Быстро, правда, выяснилось, что запрет на владение недвижимостью сложно осуществим технически. С одной стороны, он нарушает право чиновников по сравнению с иными категориями граждан, но это не самое страшное. Неприятно то, что быстро избавиться от зарубежной недвижимости, в случае принятия такого запрета, в условиях экономического кризиса было бы сложно. А некоторые профессиональные чиновники, выходцы из бизнеса, скорее, предпочли бы покинуть госслужбу, нежели подчиняться требованию избавиться от всего за границей. На это и указали единороссам в ушедшем году сначала Дмитрий Медведев, а затем и Владимир Путин.

В результате чиновникам запретят только иметь счета в зарубежных банках, а недвижимости запрет не коснется. Зарубежные счета, впрочем, тоже могут сохранить, правда, только специфические. Глава Сбербанка Герман Греф, по данным «Коммерсанта», направил руководству профильного комитета Госдумы письмо, в котором попросил оставить для чиновников возможность открытия счетов за границей. Но только в тех банках, которые контролируются российскими компаниями не мене, чем на три четверти. По мысли Грефа, такая мера, с одной стороны, позволит не нарушить права чиновников, а с другой — даст возможность эффективно мониторить средства для российских властей, если такое понадобится. Разумеется, в рамках закона мониторить.

Тут и впрямь имеется проблема, как оперировать чиновнику средствами за границей, если уж он там оказался. Услугами «дочки» Сбера, конечно, может быть удобно пользоваться, если счет размещен там. Иные банковские структуры тут же усмотрели в этом интересы собственно Сбербанка, который ведет зарубежную экспансию, а другим игрокам рынка это предложение не очень интересно. Однако этот кейс кое-что говорит о самом запрете и даже шире — о всей борьбе с чиновной коррупцией.

Аналогичные запреты на пользование «неотечественным» имеются и в «цивилизованных странах». В США, скажем, пользоваться услугами неамериканских авиакомпаний в служебных поездках чиновник может только в случае, если американцы в эту точку вообще не летают. Но это - в служебное время. А вот чем он пользуется в свободное время или где хранит свои личные сбережения — это уже его личное дело, хотя и тут имеется некоторый политес на предмет «будь американцем — покупай американское». Антикоррупционного в этой мере немного, скорее важна своего рода идеологическая составляющая.

Вот и у нас, похоже, превалирует идеология «фантомного железного занавеса»: все, что заработал, обязан тратить здесь, иначе ты не патриот. Интересно и другое: власти в своих публичных уверениях исходят из того, что чиновники действительно хранят много (то есть явление массовое) средств в зарубежных банках и владеют очень большим количеством объектов недвижимости за рубежом.

И здесь встает вопрос: у политиков и впрямь имеется такое представление, а стало быть и знание, о массовости зарубежных счетов и особняков, или же они просто отвечают на невнятно сформулированный запрос населения и работают в рамках укоренившегося мифа? Судя по инициативе Германа Грефа, вполне вероятен первый ответ. Сбербанк занимается бизнесом, проводит серьезный анализ и не должен бы выходить с инициативой, от которой ему ни холодно, ни жарко. Тут все-таки присутствует денежный интерес, а стало быть счета — не совсем миф.

Другое дело, что сами идеи - что Путина, что Грефа — сильно смахивают на утопии. Внешние наблюдатели язвят, придумывая гипотетические способы обхода запрета чиновниками (передача средств в управление не банкам, а иным финансовым структурам, хитрые игры с передачей имущества и так далее), но дело, как представляется, не только в этом. Идея запрета на хранение денег в зарубежных банках в качестве антикоррупционной меры или меры по совершенствованию системы госуправления и повышения ответственности лиц, принимающих решения, - убыточна.

Боязнь за свои сбережения вряд ли прибавит чиновникам ответственности за судьбы страны, скорее уж, по варианту Грефа, добавит беспокойства за судьбу отдельно взятого Сбера. Чиновнику Минфина, наверно, это будет недурственно (все-таки системообразующий банк), а вот какой прок от такого беспокойства чиновнику Минэнерго или управления по внутренней политике АП — понять сложнее. Вряд ли это сильно повлияет на эффективность их каждодневной работы.

Антикоррупционная составляющая инициативы и вовсе ничтожна. По сути, всяческих коррупционеров призывают аккуратнее распоряжаться полученными от своей деятельности доходами, будто серьезный коррупционер — это взяточник, берущий сто тысяч долларов кэшем и размещающий эти средства в швейцарском банке. Борьба со взяточниками вообще должна вестись не на этапе передвижения средств в банковской системе, а на этапе дачи взятки. Данная же мера при кажущейся народности и эффектности является борьбой, скорее, со следствием, чем с причиной.

Зато в качестве популистской меры относительно бесполезный запрет годится. По данным ВЦИОМа, 61 процент россиян выступают за полный запрет на зарубежные счета и недвижимость для чиновников. Однако россияне традиционно не верят в успехи власти по борьбе с коррупцией, и имидж чиновничества, даже при полной поддержке населения, улучшить не удастся, как и эффективность работы. Остается надеяться, что хотя бы Сбербанк на этом что-то заработает.