Сверхдискретная мера

Центральный банк РФ может ввести дискретные аукционы на валютном рынке. Такая идея сейчас обсуждается Банком России и Московской биржей. В частности, речь идет о возможности влияния аукционов на валютные торги и техническая реализация такой меры. Банк России рассматривает дискретные аукционы на валютном рынке в качестве механизма, который дает возможность избежать необоснованных скачков курса, поясняет пресс-служба ЦБ.

Руководитель направления «Финансовые рынки» Экономической экспертной группы Игорь Беляков отмечает, что сейчас идет только обсуждение, в котором пока нет никакой определенности: «Видно, что пока есть некая идея у Центрального банка, но пока нет конкретного, продуманного предложения. Действительно, было бы полезно иметь механизм сглаживания чрезвычайно резких колебаний курса, таких, как на 20% в день. На практике они случаются очень редко, может быть раз в год или реже, но в декабре такое случилось. Подобно тому, как на фондовом рынке такой механизм работает в отношении акций — он был введен в 2012 году вместо приостановки торгов. В принципе, это полезный биржевой инструмент, но в данном случае совершенно справедливо отмечают, что непонятно, как его реализовывать. Поскольку если установить его только для Московской биржи, то он не будет действенным, так как на Московскую биржу приходит только треть валютообменных операций», — отмечает эксперт ЭЭГ.

По словам Игоря Белякова, если будет введено тотальное ограничение на валютообменные операции на определенный срок, то это очень дискредитирует экономическое управление: «Это откатит нас к 90-м годам, когда было ограничение движения капитала. Но постепенно Россия выстраивала рыночную экономику и в 2006 году, как известно, они были сняты», — напоминает он.

«Кстати, и в прошлом году ходили слухи, что Центральный банк может ввести ограничения на хождение капитала в связи с тем, что был резкий отток капитала. Но руководство ЦБ заверило, что ничего подобного делать не собирается. То есть в масштабах всей экономики, я думаю, что никаких ограничений вводиться не будет. В рамках отдельной биржи непонятно, как это сделать действенным. Так что видимо остается ждать дальнейших разъяснений, если обсуждение такого рода инициатив будет продолжаться», — полагает Беляков.

Главный аналитик Нордеа Банка Дмитрий Савченко считает, что инструментов в борьбе со скачками курса не так много: «Самое действенное – интервенции, от которых принципиально отказались. Дискретный аукцион – попытка избежать ситуации, при которой рынок, теряющий ликвидность в ситуации высокой волатильности и рисков, перестает показывать реальный рыночный курс рубля и подвержен манипуляциям. Для профессиональных участников рынка дискретный аукцион - это очень условное благо, так как это тоже риски снижения ликвидности. Пока дать однозначную оценку потенциальному нововведению сложно», — объясняет Савченко.

Старший дилер Бинбанка Александр Громов считает, что такие инструменты могут быть разные: «Главное, чтобы их основным элементом была неопределенность и непредсказуемость, но при этом рынок знал об их возможной реализации Центробанком в заранее согласованный с рынком момент (например когда дневная волатильность достигает 10%)», — считает он.

На вопрос о том, как возможное введение дискретных аукционов может повлиять на ситуацию, Громов отвечает однозначно, что никак: «Потому что в условиях паники, как, например, в середине декабря 2014 года, когда волатильность по паре USD/RUB достигала 20 рублей и было не понятно, пойдет курс выше или нет, никто из крупных игроков не будет ждать результатов дискретного аукциона. Они постараются найти альтернативные площадки для проведения сделок, так как за это время реальный курс, формируемый на межбанковском рынке, может оторваться от технически формируемого биржевого на несколько фигур», — объясняет эксперт Бинбанка.

«Более того, учитывая, что большая часть оборота мирового рублевого рынка приходится не на ММВБ, то после открытия торгов (окончания дискретного аукциона), биржевой курс с гэпом подтянется к внебиржевому, тем самым создавая обратный эффект сглаживанию, который в свою очередь, может вызвать новую волну паники у средних и мелких игроков, у которых отсутствуют лимиты на внебиржевом рынке», — рассуждает старший дилер Бинбанка.

Профессор кафедры «Финансы, денежное обращение и кредит» Факультета финансов и банковского дела РАНХиГС Юрий Юденков считает, что вероятность введения таких ограничений не исключена: «Это возможно, поскольку у Центрального банка больше не осталось никаких механизмов влияния на обменный курс рубля. То есть его никак не могут удержать. Уже и ставка большая, поэтому только объемами», — говорит он.

«Рынок и так уже сжимается, и в этой ситуации возможно дальнейшее сжатие рынка. К сожалению, высказывалась точка зрения, что возможно что-то, связанное только с ограничением рынка. То есть эта мера не расширяет, а, наоборот, сужает его. За счет сжатия рынка Центральный банк может добиться того, что будет удерживать курс», — предполагает Юрий Юденков.

Однако, по его мнению, ничего хорошего в таком пути нет: «К сожалению, перспективы очень плохие. Если Центральный банк пойдет этой дорогой дальше, тогда он зажмет всю экономику: не будет бизнеса, но не будет и инфляции, никакого обменного курса, ничего расти не будет, потому что расти будет нечему. То есть в действиях Центрального банка прослеживается линия на сжатие рынка в то время, как для того, чтобы развиваться, нам, наоборот, нужна дополнительная ликвидность, нужны дополнительные инструменты. Если они начнут вводить ограничения чисто физические по лимитам, то это приведет к дальнейшему сжатию рынка, и последствия будут печальные. Рынок ценных бумаг уже скорее мертв чем жив, теперь если еще валюту сейчас добить, то вообще непонятно, с какими инструментами работать», — рассуждает эксперт.

Чтобы вернуться к развитию рынка и оживить экономику, по мнению Юрия Юденкова, Центробанк должен понизить ключевую процентную ставку до такого уровня, чтобы всем было выгодно брать кредиты. После того, как ставка будет понижена, можно будет смотреть и на другие инструменты. «Еще у нас есть негосударственные пенсионные фонды, действия которых тоже ограничены Центральным банком. То есть то, куда свои средства могут разместить негосударственные пенсионные фонды, ограничивается совершенно минимальным количеством коммерческих банков и инструментов. То есть они тоже простаивают. Резервы страховых компаний тоже не работают и так далее», — говорит он.

При этом Юденков считает, что возможные пути и стратегии выхода из сложившейся экономической ситуации должны обсуждаться, в этом направлении необходимо работать: «Уже очень много людей высказывали разные точки зрения о выводе экономики из коллапса, вплоть до продажи земли в частные руки на длительный срок — это тоже дополнительные деньги. То есть инструменты есть, просто кто-то должен консолидировано их обработать, предложить и начать работать. На сегодняшний день, все ведомства работают, к сожалению, вразлад», — говорит эксперт РАНХиГС.