Протест на полюсе успеха

Это неправда, что революции делают беднейшие классы. На деле, как показывает история, движения беднейших либо выливались в бесперспективные бунты, либо составляли массовую поддержку совсем другим силам. Тем, кто принадлежал к относительно успешным группам общества, но, либо считал себя недооцененным, либо ждал от общества большего, либо считал, что его политическое положение не соответствует его социально-имущественному статусу.

Этот тезис прекрасно иллюстрируется на примере Английской и Французской, а также и других европейских революций, выступления декабристов в России. Но его подтверждает и революция наиболее, казалось бы угнетенных слоев - Русская Социалистическая Революция.

***

Первое из наиболее напряженных и жестких политических выступлений русского пролетариата - Обуховская оборона 1901 года - было выступлением рабочих Обуховского завода - завода "казенного", т.е. государственного, работавшего на оборону.

В отличие от России последних полутора десятилетий, в старой Империи уж где-где, а на таких заводах рабочим платили достаточно прилично - и уж куда больше, чем получал обычный крестьянин или рабочий рядовой фабрики легкой промышленности.

В те времена, когда историю, в частности историю Первой Революции 1905-1907 годов, в школах учили довольно серьезно, учащимся говорили, что поражение этой революции во многом было вызвано неодновременным выступлением разных отрядов рабочего класса: в 1905 году в бой пошли рабочие тяжелой промышленности, а пролетариат легкой поднялся массово лишь к 1906 году.

Но как раз в тяжелой промышленности рабочие получали заметно больше - и быстрее раскачались на жесткие выступления.

После Первой Революции новый революционный подъем рабочих начинается к 1912 году, когда средняя зарплата рабочего поднялась по сравнению с седьмым годом в три раза с 7-ми, до 20 рублей в месяц - при известных ценах того времени.

Гвардия большевиков в революции 1917 года, как известно - рабочие Путиловского завода. Зарплаты этих рабочих были одними из самых высоких в России, как в декларации поддержки большевиков примерно писали рабочие-путиловцы: "Мы живем - хорошо. Путилов - хороший хозяин. Если бы все рабочие в России жили так, как мы, а все хозяева были ? такими, как Путилов - революция была бы не нужна. Но поскольку сегодня так живем только мы, а остальные рабочие бедствуют, мы готовы к борьбе за революцию из чувства солидарности с нашими рабочими братьями".

***

Как показал один из последних опросов Левада-центра, сегодня протестными настроениями оказываются охвачены вовсе не только те, кто считает, что его жизнь ухудшилась - одни из самых высоких протестных показателей как раз у тех, кто сегодня оказался материально успешен и обеспечен.

И если это так - это говорит о неком повороте принципиальной важности.

Бедный голодный, замордованный человек при прочих равных думает не о революции, не о новом справедливом общественном устройстве - он в первую очередь думает о том, как накормит себя и своих детей. Когда его доводят до крайности, и он взрывается протестом - получается бунт. Скоротечные расправы с представителями класса угнетателей, грабежи, поджоги - но, обычно, в основном стихийно, без плана, стратегии, без явного политического созидания. Такие выступления эмоциональны и скоротечны, проходящи не по мере достижения некой цели, которой, собственно и нет, а по мере насыщения чувства протеста, сброса накопленной энергии.

Когда на борьбу поднимается человек, чувствующий себя успешным, значимым, который уважает себя - он большей частью ясно представляет себе, чего он добивается, он сознает свои коренные интересы и требования. Этот человек проходит через обретение идеологии и стратегических целей, вкладывая в свое революционное выступление все свое мастерство и умение, которые сделали его успешным человеком.

Власть обычно ничего не может противопоставить такому человеку, потому что без него и ему подобных, она не может обеспечивать функционирование общества.

Выступления беднейших - это тот "ночной кошмар", которым власть пугает имущие классы. Оправдывая свою власть и над ними, она выставляет себя их защитником. Но с какой радостью подавляя такое беспорядочное выступление, власть может любоваться своей силой. организованностью и решительностью, демонстрируя уже всем, "что будет с каждым, кто осмелится".

Выступления "успешных", "мастеров", которые к тому же контролирует важнейшие функциональные цепи общества - это приговор власти. Если такое выступление хорошо организованно и выношено, если власти не удалось спровоцировать его преждевременно - оно сокрушает власть, подавляя и парализуя любую ее возможность к сопротивлению.

***

По вышеупомянутым данным Левада-центра, ситуация с протестными настроениями сегодня такова.

В целом в обществе у нас сегодня 5% говорят, что стали жить значительно лучше, 27% - что несколько лучше, 47% отмечают, что их жизнь не изменилась, 17% - несколько хуже, 3% - значительно хуже. В целом, с точки зрения общей динамики - не самая плохая картина, лучше в целом стали жить 32%, хуже - лишь 20%.

Но дальше - интереснее. 18% говорят, что готовы принять участие в протестных выступлениях, если таковые состоятся в их городе, 70% - что не примут участия. С одной стороны, не так много - две трети останутся дома. С другой, - а им и не надо никуда ходить. Для революции достаточно, чтобы в активном протесте приняли участие 10% граждан. Кстати, 18% жителей Москвы - это минимум два миллиона на центральных площадях. Считается, что на Красную Площадь вмещается лишь 80 тысяч, на Манеж - полмиллиона. Остальное - можно дорисовывать в воображении. Какой тут Майдан? Тут никто и никого не удержит. Такая масса при умелом руководстве будет давить любые спецчасти, как танк раздавит милицейские Жигули. Одно облегчение - в Москве к протестным выступлениям готово в 4.5 раза меньше - лишь 4% граждан.

И вот что интересно: если низшие социальные группы показывают показатель готовности к протестным выступлениям лишь несколько выше среднего по обществу - 19%, нижняя часть среднего слоя - меньший - 14%, и средняя часть среднего слоя значительно меньший - 12%, то - внимание, верхняя часть среднего слоя показывает самый высокий уровень протестной готовности - 22%.

Таких, понятное дело, немного. Но их и не нужно много. Много будет беднейших. А эта верхушка - те, кто дадут идеи, планы. Лозунги, накал и речи. Верхняя часть среднего слоя - это лучшие, умнейшие, и самые умелые. И те из них, кто готов к протесту - это те, кто сознательно позиционирует себя по отношению к тому, кого они уже признали, как врага - Высших. Которые, по их мнению, умеют - не больше, чем они. Но имеют - многократно больше.

Армия возмущенных и воспаленных бедняков, бросаемая в бой несколькими десятками тысяч вставших во главе их людей из числа лучших менеджеров и профессионалов страны... Остальное - пусть подсказывает историческая память и художественное воображение.

***

К протесту готовы 18% независимых предпринимателей - то есть, деньги на первое время обеспечены, 23% руководителей - грамотное руководство на месте, 10% военнослужащих, сотрудников МВД и прокуратуры - это сколько тысяч профессиональных силовиков, организующих действия восставшей массы? 24% рабочих всех отраслей - сколько миллионов приученных к организованности бойцов, прошедших, кстати, в основном, военную службу? 12% студентов - шум и задор обеспечен. 17% пенсионеров "не инвалидов" - идейное вдохновение и политработа налицо, 18% домохозяек - чтобы бить в пустые кастрюли - ну, и все остальные, специалисты со специальным образованием (14%), без специального образования (11%), безработные 25%...

Причем, меньше всех склонны к протесту те, у кого жизнь не изменилась - всего 15%. Зато те, чья жизнь улучшилась - куда активнее - их показатель (18%) как раз на среднем для общества. Те, чья жизнь ухудшилась не намного - дают 25%, у кого намного - что естественно - 40%.

Чаще среднего протестных выступлений ожидают представители полярных социальных слоёв ("нижний слой" - 23%, "верхняя часть среднего слоя" - 25%) и контрастных социальных групп ("не хватает на продукты" - 24%, "хватает на вещи длительного пользования" - 24%).

Те, кому хватает денег на вещи длительного пользования - это и есть "высшая часть среднего слоя" - те, кому хватает на машину, квартиру, ну, и так далее...

А еще эти данные интересно соотнести с более ранними данными ВЦИОМа, о том, какой из периодов истории России XX века предпочитают представители каких политических и социальных групп, а в данном случае - имущественных.

Ответ "Страна развивалась скорее в правильном направлении при Ленине" дает больше всего представителей группы, которая "едва сводит концы с концами" - 47% (что понятно). Затем с ростом благосостояния оценка этого периода начинает падать:

"На продукты денег хватает, но покупка одежды вызывает финансовые затруднения" - дает 39%,

"Денег хватает на продукты и на одежду. Но вот покупка вещей длительного пользования (телевизора, холодильника) является для нас проблемой" - 30 %,

"Мы можем без труда приобретать вещи длительного пользования. Однако для нас затруднительно приобретать действительно дорогие вещи, например, автомобиль" - 28%.

Это понятно и логично. А затем, начинается именно то, о чем шла речь выше: в группе "Мы можем позволить себе достаточно дорогостоящие вещи - квартиру, дачу и многое другое" - положительная оценка ленинского периода резко подскакивает и достигает 38%.

Схожая картина и по оценке правления Сталина, соответственно сначала падение по мере роста благосостояния: 45%, 34%, 27%, а затем, опять таки, по мере роста благосостояния - подъем: 29% у тех, кто может позволить себе вещи долговременного пользования - но не самые дорогие и 31,5% у тех, кто может позволить себе автомобиль и дачу.

Да, еще, на всякий случай: одни из наиболее высоких среди профессиональных групп являются, среди прочего, оценки ленинского периода высоки у силовиков - 37% и госслужащих - 36%, причем довольно высоки они и у бизнесменов - 32% - чуть выше, чем у рабочих.

Оценки сталинского периода наиболее высоки тоже у силовиков - 48%. Но и у бизнесменов они дают 27% - не так мало.

Напротив, оценки ельцинского периода демонстрируют обратную динамику:

группы "Мы едва сводим концы с концами. Денег не хватает даже на продукты" и "На продукты денег хватает, но покупка одежды вызывает финансовые затруднения" дает по 14 %,

следующие по восходящей "Денег хватает на продукты и на одежду. Но вот покупка вещей длительного пользования (телевизора, холодильника) является для нас проблемой" и "Мы можем без труда приобретать вещи длительного пользования. Однако для нас затруднительно приобретать действительно дорогие вещи, например, автомобиль" - соответственно 17% и 26%,

а самая успешная группа, - "Мы можем позволить себе достаточно дорогостоящие вещи - квартиру, дачу и многое другое" - вопреки естественным предположениям, знак оценок меняет - и обрушивает их почти до уровня оценки беднейших - до 15%.

Так что задел для системы образов и идей, к которому тяготеют "недовольные успешные" - и в которых они сходятся с беднейшими - тоже в основе готов.

***

Некоторые исследователи массовых революционных движений называют это "союзом толпы с недовольной частью элиты". Возможно - не точно, возможно - название еще появится.

Но недовольство - как и предрасположенность к комплексу идей, способных оформить движение этого недовольства - созревает - и не только среди бедных и неудачливых, которых не столь сложно подавить и переиграть - но и на другом полюсе - оно вызревает на полюсе успеха и профессионализма.

А о дальнейшем можно думать самостоятельно. И каждому - с той точки зрения, которая ему ближе.