Сова Минервы вылетает щупать

Отчетный период (со среды по среду) начался заседанием правительства на тему пресловутых щупаний, уколов и копаний глубже. Учитывая художественную составляющую этой истории, следует приветствовать явление нового качества политического языка, не всякий год такое бывает.

В изложении "Коммерсанта" (20 августа, Петр Нетреба, "Премьер напряг министров до отпора") дело было так. 19 августа на заседании правительства случился диспут: министры экономического развития и финансов ополчились на премьера Фрадкова. Тот потому что потребовал увеличить показатели прогноза экономического развития во имя удвоения ВВП и пригрозил "менять членов правительства на должностях".

Цитировалась сцена: "Премьер откинулся на спинку кресла и, глядя на Германа Грефа, нанес удар: "Задача удвоения ВВП заставляет нас копнуть на несколько штыков в глубину. Прогноз же пока только щупает, а не удваивает ВВП..." Михаил Фрадков повернулся к залу заседания".
У сцены есть вариант. По версии "Времени новостей" (20 августа, Вера Кузнецова, "Иглоукалывание"), Фрадков сказал чуть иначе: "Вот вы делаете ваш анализ, а удвоения ВВП все нет... Но мы щупаем-щупаем, все теплее, но надо теперь копнуть, чтобы искра была", - прокомментировал он грефовский прогноз".

Тут вступил г-н Кудрин, который (согласно "ВН") "перешел в резкое контрнаступление. "Правительство не справляется со структурными реформами, - заявил министр финансов. - Надо завершить реформу электроэнергетики и транспорта, ЖКХ и начать реформу в газовой сфере". До сих пор г-н Кудрин публично ни разу не высказывался как категорический сторонник реформ в естественных монополиях и коммунальном хозяйстве. Более того, министр финансов призвал премьера взять все эти реформы под "личный контроль" и заявил, что без проведения преобразований в этих секторах никакого удвоения ВВП нам не видать".

Дальше (согласно "Коммерсанту") было так: "Михаил Фрадков помолчал несколько секунд и, показалось, уже хотел было сказать "да". Но спохватился. Еще Михаил Касьянов в свое время понял, что реформировать "Газпром" может только один человек - Владимир Путин. Но при прошлом премьере именно из-за вмешательства президента вопрос о реформировании "Газпрома" был исключен из повестки заседаний правительства. Алексей Кудрин требовал от Михаила Фрадкова невозможного".

Невозможное-то оказалось не совсем невозможным. Похоже, тема реформы монополий реанимировалась вовсе не в качестве ремарки г-на Кудрина, связанной с тем, что без планов реформ в проект "нам нечего заложить, кроме инерционного развития". 23 августа RBC daily (Екатерина Гуркина, "Чубайс бежит впереди Фрадкова") сообщило: "Сегодня появилась информация о том, сколько будет стоить пилотная оптовая генерирующая компания - ОГК-5, которую РАО "ЕЭС" планирует продать уже в начале 2005 г. В целом цена, предложенная РАО, рынок не удивила, однако некоторые эксперты полагают, что российский энергохолдинг делит шкуру неубитого медведя, вернее - пока еще не одобренного правительством принципа продажи ОГК".

Эта история пока не отрефлексирована. Возможно, из-за очевидности: если уж Кудрин про это заговорил, значит - неспроста. Так что на первый план вышла драма треугольника Фрадков-Греф-Кудрин. "НГ", например, опубликовала статью "Фрадков напомнил, кто в стране премьер-министр" с внятным подзаголовком "Влиятельному министру Грефу было вчера указано на возможную отставку" (Евгения Обухова, 20 августа), при этом сам текст полностью противоречил этим фразам:

"Известно, что конфронтация Фрадкова и Грефа началась давно, когда первый еще в качестве представителя России при Евросоюзе находился в подчинении у последнего... Сейчас же Греф, несмотря на все угрожающие выпады со стороны начальника, судя по всему, не чувствует себя в опасности. Он единственный из всех министров не боится выносить на общественное обсуждение исходящие от МЭРТа инициативы и, возможно, черпает уверенность из личных встреч с президентом, где сам докладывает о перспективах экономики".

И да, в самом деле: Николай Вардуль и Константин Смирнов ("Президент не стал обсуждать бюджет с премьером", "Коммерсантъ" от 23 августа) рассказали, что было накануне заседания правительства 22 августа, на котором согласовывался бюджет-2005:

"Обычно и перед менее значимыми заседаниями правительства президент приглашал к себе премьера. На этот раз случилась сенсация - в выходные премьера в Сочи не было. Владимир Путин обсудил бюджет с министрами финансов и экономического развития Алексеем Кудриным и Германом Грефом.

В Сочи президент принял лишь одну из сторон конфликта, пригласив к себе господ Кудрина с Грефом. И они своего шанса не упустили... Можно было ожидать, что Михаил Фрадков появится в Сочи уже в воскресенье, но этого не произошло".

На заседании правительства проект бюджета был одобрен, но дело-то системное, явно предполагающее скорое возникновение версий о судьбе а) Фрадкова, б) реформы монополий. При этом на заседании возникла новая тема: Стабилизационного фонда, который уже дорос до того, что им можно пользоваться. В самом деле интересно, зачем оно там лежит: "Михаил Фрадков сразу указал на главную особенность бюджета-2005 - начало использования Стабфонда, "который из исключительно накопительного инструмента должен превратиться в инструмент бюджетной и экономической политики" (Петр Нетреба, "Бюджет хорошо прошел", "Коммерсантъ" от 24 августа).

На Стабфонд реакция возникла немедленно. Например ("Юрий Данилов: Надеюсь, что Стабилизационный фонд будет использован только для тех целей, для которых он создавался" (Opec.ru, 24 августа):

"- Юрий Алексеевич, на вчерашнем заседании правительства премьер-министр Фрадков заявил, что в 2005 году Стабфонд должен стать инструментом бюджетной и экономической политики... Допустимо ли и разумно ли, с вашей точки зрения, такое использование Стабилизационного фонда?

- Это какое-то новое слово в вопросе о бюджетной политике, о Стабфонде. Если это действительно так, то речь идет о том, чтобы Стабилизационный фонд просто включить в состав бюджета и использовать его средства как дополнительный источник покрытия бюджетных расходов, что является невероятной глупостью... Если нашему правительству вдруг захочется профинансировать какую-нибудь бюджетную программу, но для этого не будет средств в бюджете, а будет Стабфонд, превышающий определенный уровень, то брать деньги для этого из Стабфонда не совсем корректно и совсем неправильно - легче, правильнее и эффективнее просто рассчитывать корректный, адекватный бюджет".

Ну а вокруг правительства сохранялась привычная тревожность. Интересно, кстати, что было мало публикаций по теме путча, а вот как эти темы сходятся: "Куда перспективнее главный урок августа 91-го - тот самый временный, на несколько дней, но все-таки союз общества и значительной части политической элиты. Племя, претендующее на тотальную власть, на самом деле мало что реально контролирует. Ну некоторые финпотоки да, а рынок капиталов, потребительский рынок, значительную часть отраслей и территорий - нет. Ну два с половиной телеканала, а СМИ в целом - нет. Может, поэтому элита еще и не испугалась. Но ведь, как говорили старые зэки, лучше бояться, чем испугаться. Да и сдается мне, что скоро мы заметим первые признаки этого испуга. И вот тогда тот союз, длившийся три дня в августе 91-го, надо будет заключать по новой. На другой срок и на других условиях" (Дмитрий Шушарин, "Сопротивление сопротивлению", "Грани.ру", 18 августа).

В сущности, это возобновляющаяся тема общественного договора, а о проблемах такого договора см. интервью г-на Сатарова "Независимой газете" (24 августа, Александра Самарина, "Георгий Сатаров: оппозиции нет, но сильно недовольство"):

"Проблема в том, что у нас в стране уже не существует оппозиции в нормальном политическом смысле этого слова... Нормальная оппозиция находится, как говорят социологи, в поле политики. В поле зрения граждан. И может рассматриваться ими как альтернатива действующей власти. И есть некие легитимные процедуры, в соответствии с которыми эта часть политической элиты может прийти к власти.

...К сожалению, режим Путина все 4 с лишним года вытаптывал легитимные механизмы, и теперь Россия сталкивается с возможными сценариями нелегитимных форм смены власти. Это является ключевой опасностью - независимо от того, какими причинами эта смена власти может быть обусловлена".

Так что расположение сущностей нарисовалось так: что-то смутное в правительстве - общественная депрессия. А тогда, разумеется, и обширная конспирология.

23 августа "Компромат.ру" опубликовал (опубликовал, а не скопировал) текст Виктора Храмова "И Фридман тоже...". Текст эпический:

"Согласно информации, полученной от источника из "Альфа-Групп", ее руководитель Михаил Фридман принял решение покинуть Россию. Как сообщил источник из "Альфа-Групп", принимая решение, Михаил Фридман исходил из того, как решается самая главная для него проблема - гарантия спокойствия, безопасности и возможности продолжения деятельности".

Обратим внимание на искусство цитирования: создается впечатление, что имеем дело не с анонимом, но - с пресс-релизом. В качестве же обоснования сообщается, что в июле, "как залп "Авроры", по империи Фридмана выстрелил Станислав Белковский. На apn.ru появилась информация о бегстве Фридмана из России". Еще: "О том, что Михаил Фридман готовится к отъезду, косвенно свидетельствует целый ряд фактов (см. схему вывода капитала и других "отъездных" мероприятий)". Сама схема весьма похожа на ту, которую демонстрировала прокуратура после изъятия серверов ЮКОСа: три-четыре квадратика и две-три стрелочки, сверху, конечно, заголовок: "Вывод капитала". Ниже сообщается, что "в своей статье Хлебников... планировал затронуть тему бегства из России руководством "Альфа-Групп", за что, возможно, и поплатился собственной жизнью". Богато.

Но это не вершина конспирологии, вот она: "Киркоров покидает шоу-бизнес из-за кремлевских интриг" (АПН, 24 августа):

"Как сообщает источник АПН в администрации президента, Киркоров стал жертвой кремлевских интриг. По мнению источника, "дело Ароян" было раздуто с целью отвлечь внимание СМИ и общественного мнения от принимаемых Госдумой законопроектов, в частности закона о монетизации льгот. Операция удалась на славу... На этом фоне законодательные инициативы правительства как-то затерялись. Так благодаря хитрости кремлевских чиновников Россия лишилась талантливого певца".

Тут интересны не слова "талантливого певца", дающие, впрочем, представление о вкусах и пристрастиях АПН, сколько модель сообщения (впрочем, находящаяся в явной связи с эстетическими пристрастиями сайта), присущего данной политологической структуре. Соответственно, любое высказывание АПН можно рассматривать с учетом этой схемы, что внесет упорядоченность в политологический процесс. Ну а заодно можно говорить о единении всего на свете: АП и народ снова вместе, спасибо Киркорову.

В самом деле, в такой изощренной области человеческой деятельности, как политология, крайне важен язык описания. И данный язык в отдельных материалах недели достиг уже киркоровской цельности и мощи. Например, "Задания на осень. Безответные вопросы экономической политики" Никиты Масленникова, Марины Войтенко и Игоря Томберга ("Политком", 24 августа). Это аналитический текст, там много цифр, а слов, зачем-то поставленных в кавычки, не меньше, чем у Киркорова ремейков:

"На первый взгляд, с точки зрения "прикладной" аналитики "пусто-пусто". На деле - все "зерна будущего гнева" высеяны и кое-где уже дали первые всходы. А в относительно "чистом" информационном поле "завязи" предстоящих конфликтных тем выглядят порой, ей-богу, нагляднее и свежее...

...еще через неделю, аккурат в Преображение Господне 19 августа, "выдало на гора" целый букет "ударных" выводов (правительство, в смысле. - А.Л.) .

...Вот уж действительно, поспели плоды в нашем "политическом саду". Ай да "яблочный Спас"! Ай да "тихий" август!

...Гамлетовский же окрас традиционного российского "будет - не будет" только оттеняет близкую память о многих славных реформаторских начинаниях. "Думы о росте" переплетаются с "удвои мои печали", когда наталкиваются на нетривиальный итог лета-2004: экономическая политика в чем-то неуловимо становится другой, былые целостность и определенность поблекли. В принципе так и должно быть. Одна "заря" или модель (роста) - "сменить другую сменит, дав ночи полчаса". Но, ведь и "сова Минервы начинает свой полет в сумерках".

Разумеется, это не случайный художественный всплеск авторов. Чем эта аналитическая песня отличается от речевых актов г-на Фрадкова? В российской политике наступило время Прекрасного.