Модель будущего

Интересуясь теорией современного социализма, я стараюсь внимательно следить за аргументами его сторонников и противников, новыми подходами и ракурсами обсуждения, время от времени появляющимися в СМИ и на интерент сайтах. Дискуссия на тему «Есть ли будущее у социалистической идеи в России» в ЦСКП – одном из интеллектуальных штабов партии «Единая Россия» не могла пройти мимо моего внимания.

Нужно ли критиковать социализм?

Нужно ли критически осмыслять советский опыт?

Риторические вопросы. Конечно же, нужно и должно. Особенно если вы собираетесь не повторять ошибок прошлого, решать проблемы лучше эффективнее, гуманнее, нежели ваши предки.

Получилось ли это у идеологов «Единой России»?

Сами они не скрывали восторга от собственных интеллектуальных достижений и уровня дискуссии:

Ф.Клинцевич: «интеллектуальный потенциал нашей сегодняшней дискуссии зашкаливает, сегодня все выступления были блестящими… такой высоко интеллектуальный содержательный уровень, как сегодня идет у нас разговор…»

А.Посадский: «мы сегодня услышали, безусловно, блестящие доклады…»

В.Мединский: «у меня, наверное, впервые такое ощущение, что я попал не на партийную дискуссионную площадку, а на научную конференцию, причем академического уровня, судя по глубине и интересности докладов…»

Л.Поляков: «Я присоединяюсь к мысли о том, что такое богатство таить не надо. Могу честно сказать, что редкий научный семинар такого уровня обсуждения, и самое главное, не каких-то абстрактных категорий науки, а самых живых проблем, которые касаются не только здесь присутствующих, но и всех граждан страны, а в потенциале всего мира…»

С.Марков: «Я тоже…констатирую, что блестящий анализ с великолепным знанием истории социалистических идей..».

А.Макаров: «совершенно блестящий анализ…» и т.д.

Невольно вспомнилось: не всё то золото, что блестит…

И ещё: «За что же не боясь греха, кукушка хвалит петуха?»

Социализм и социальный капитал.

Сегодня мировая социология, вслед за Д. Коулмэном в анализе развития экономики и общества уделяет всё большее внимание человеческому капиталу и социальному капиталу, которые состоят, в том числе, и в способности людей составлять друг с другом некую общность. В постановке сегодняшних вопросов о социальном капитале легко можно увидеть контуры очень старой проблемы, очерченной ещё Карлом Марксом. Ведь не будем забывать, что его модель коммунизма – есть попытка теоретического, а затем (после 1917 года) и практического ответа на очень неутопический вопрос: как гармонично соединить интересы человека и общества?

Социализм и коммунизм – это не строительство рая на земле, не демагогия вождей на тему «я знаю как надо», и даже не отмена частной собственности, но вечная для любого (!) общества задача оптимизации этих интересов. Социализм как задача – это поиски механизмов, институтов и практик реализации модели, в которой «свободное развитие каждого есть условие свободного развития всех» - что, собственно, и является формулой коммунизма, что бы о нём не утверждали идеологи любой из партий.

Собственно, успешность решения этой стратегической задачи – ключевой критерий оценки и сравнения разных моделей общественного устройства, какими бы «измами» та или иная модель не обозначалось. Совершенно по-Дэн Сяопиновски (которого не волновал цвет кошки, если она успешно ловит мышей) понятие «социализм» используется инструментально - т.е. для обозначения практик и принципов, который повергли бы в ужас идеологов КПСС из ведомства Михаила Суслова, и, похоже, также повергают в ужас современных идеологов «Единой России».

Кто кому и что должен?

Рискну утверждать, что задача построения модели общества, в которой «свободное развитие каждого есть условие свободного развития всех» и увязка интересов индивида и общества, части и целого, наращивания социального доверия и социального капитала по-прежнему остро стоит на повестке дня сегодня и далека от успешного решения в Российской Федерации. Данная проблема стоит везде, но никто не считает эти задачи нереалистичными и утопичными. Мыслители с мировым именем не считают решёнными эти задачи и в других странах. Критикуя современные США, Френсис Фукуяма, например, пишет, что Америка «живёт за счёт накопленного в прошлом социального капитала, обеспечивающего ему насыщенную и динамичную общественную жизнь, а с другой – страдает от крайних проявлений недоверия и индивидуализма, ведущих к взаимной изоляции его членов» [2].

Не случайно эти мыслители без содрогания цитируют Маркса, соотнося его прозрения с современной логикой развития (хотя в России до сих пор немало «мыслителей», которые считают, что оперировать понятием «социализм» – удел лишь Геннадия Зюганова, Сергея Миронова и их последователей): ««Отмирание государства», о котором говорил Маркс, мыслимо только в обществе с чрезвычайно высоким уровнем социализированности, где поведение, ограниченное теми или иными нормами, имело бы внутренний источник, а не навязывалось извне» [3], - размышляет американский автор никогда социалистом и коммунистом не являвшийся.

«Социальный капитал не может стать результатом действий отдельного человека, он вырастает из приоритета общественных добродетелей над индивидуальными» [4]. «В ходе истории общество может как накапливать общественный капитал, так и терять его» [5]. «Общество с низким уровнем социального доверия может так никогда и не выиграть от перспектив, открываемых информационными технологиями» [6]. Если люди «обнаруживают неспособность к организации и поддержанию корпоративных структур, они не имеют доступа к современной экономике» [7].

Из этих цитат вырисовывается современное проблемное поле, связанное с вопросом о возможностях социалистических и несоциалистических моделей общественного устройства.

На узкие рамки частной собственности, неадекватные назревшим общественным производительным силам, глобальным задачам развития, человечество натыкается постоянно, будь то изменения климата или проектирование «обществ знания». Авторы всемирного доклада ЮНЕСКО 2005 года «К обществам знания», среди которых мировые светила в области экономики, социологии, социальной философии (Мануэль Кастельс, Жак Деррида, Юлия Кристева, Поль Рикер, Ален Турен и. т. д.) пишут: «В обществах знания не должно быть такого явления как социальное отчуждение, поскольку знание - общественное достояние, которое должно быть доступным для каждого». Иными словами, Пока российские неолиберальные министры внедряют скроенное по западным шаблонам законодательство о правах на интеллектуальную собственность, лидеры мировой науки обеспокоены поисками баланса прав, закреплённых в статье 27 Всеобщей Декларации прав человека. Ибо право каждого человека «на защиту его моральных и материальных интересов, являющихся результатом научных, литературных или художественных трудов» приходит в противоречие с закреплённым в той же Декларации правом каждого «свободно участвовать в культурной жизни общества, наслаждаться искусством, участвовать в научном прогрессе и пользоваться его благами». Решение этой двойной задачи требует отказа от представления о научном, интеллектуальном и культурном капитале лишь как о переменной величине одного лишь экономического капитала, считают авторы доклада, поскольку противоречит интересам свободного развития науки и этике. Авторы доклада недвусмысленно предупреждают о риске принятия единственной модели развития человечества, основанной на развитии рынка, частной собственности и конкуренции, поскольку это сделает проблематичн6ым свободу доступа к знаниям вследствие приватизации инновационных процессов и научных открытий.

Вопрос же о наращивании и упрочении социального капитала стоит уже в глобальных масштабах, но местечковая провинциальная жадность и жлобство, прикрываясь антисоциалистической риторикой, похоже, будет и впредь блокировать, дробить и обесценивать этот капитал в России.

Если до предела упростить спор и сопоставление общественных моделей, то вырисовывается два полярных типа общества. Одно мы пытались реализовать в прошлом. Его лозунгом являлось: «Все должны всем!» Нельзя жить в обществе и быть независимым от общества и т.д.

И советское общество, в целом, и его лидеры мучились в поисках конкретных формул, воплощающих в социалистическом коллективизме оптимальное сочетание индивидуальных и общественных интересов. Педагогические эксперименты Макаренко или республики ШКИД, социалистическое соревнование, бригады коммунистического труда, субботники по благоустройству, молодёжные ЖКХ и НТТМ, всевозможные формы коммунарского движения, ДНД, бригадный подряд и Ипатьевский метод – всё это можно рассматривать как удачные или неудачные опыты и лаборатории по наращиванию различных форм социального капитала, формированию новых оптимальных социальных отношений в разных сферах жизни общества, нахождению баланса моральных и материальных стимулов...

А можно просто взять отбросить этот уникальный материал для размышлений, объявить утопией и чушью! И начать решать всё те же по сути задачи с нуля, методом проб, ошибок и набивания шишек.

Альтернативная социальная модель построена по иному принципу, который с обезоруживающей простотой озвучила биатлонистка Светлана Слепцова на Олимпиаде в Ванкувере: «Мы никому ничего не должны!» А до этого те же мысли озвучивал один из видных российских олигархов: «Наше дело – зарабатывать деньги для акционеров и клиентов в рамках закона. Других обязанностей у нас нет. Мы платим налоги и больше ничего не должны никому, кроме Бога и совести».

Никто никому ничего не должен? Бизнес любой ценой зарабатывает на нас деньги, то и дело, путая легальный и легитимные способы отъёма денег с аморальными и противозаконными, учителя не столько учат, сколько ориентированы на выдаивание богатых родителей, врачей больше вашего здоровья интересует здоровый ли у вас кошелёк, артисты, не напрягаясь, покупают популярность и прайм-тайм, даже когда поют под фанеру. Даже целью спортсменов являются гонорары и премии, а не голы-очки-секунды. Ну а депутаты тоже ничего никому не должны, они решают свои личные проблемы, слегка, но не очень, отвлекаясь лишь на то, чтобы не очень убедительно изображать наших с вами представителей во власти.

Кстати, критика социализма и СССР Ф.Фукуямой парадоксальна. Важнейший недостаток СССР он видит в следующих его чертах: «По иронии судьбы, воплощение доктрины, которая объявила своей целью искоренение человеческого эгоизма, привело к тому, что люди стали более эгоистичны. Не раз отмечалось, что советские евреи, эмигрировавшие в Израиль, были настроены куда более материалистично и куда менее озабочены проблемами общества, чем евреи, приехавшие из буржуазных стран» [8]. Да и современное Российское общество он также критикует за чрезмерный асоциальный …индивидуализм «Подлинно индивидуалистические общества, члены которых не умеют объединяться друг с другом, действительно существуют. В таких обществах слабыми являются и семья, и добровольные объединения, а наиболее крепкими сообществами подчас оказываются преступные группировки. В качестве примеров можно назвать Россию и некоторые другие бывшие коммунистические страны…» [9].

Не рано ли мы спешим объявить социализм пережитком прошлого? Не окажется ли он спасательным кругом для преодоления аномии [10] в будущем?

Логику принятия даже инновационных решений в рамках консервативной модернизации, проповедуемой «Единой Россией», проиллюстрируем созданием скоростного поезда «Сапсан». СМИ отмечают, что жители Тверской и Ленинградской областей объявили им войну: вагоны забрасывают камнями, железными прутьями и кусками льда, а также намерены перекрыть Октябрьскую железную дорогу.

Дикари?

Луддиты?

Завистливое быдло?

Причины ненависти вполне рациональны и прозаичны. Для организации скоростного движения потребовалось отменить электрички, соединяющие местные небольшие города и поселки, а для большей части людей в Тверской и Ленинградской, а также Новгородской области это единственный способ добраться из дома на работу и обратно. Не могут доехать домой и школьники, возвращающиеся с учебы – им приходится по несколько часов ждать вечерних электричек. На многих участках невозможно организовать автобусное движение из-за низкого качества дорог и болотистой местности. Отменены и бюджетные дневные поезда Москва-Петербург, которые были популярны у жителей областей. Приехать или уехать из этих регионов теперь можно только ночью и ранним утром, либо очень долго электричками с неудобными пересадками, либо очень дорого на «Сапсане».

Никто не должен проектировать решения, учитывающие социальные отношения и социальные издержки такой консервативной модернизации?

Социологам знаком такой термин "бельиндизация" страны (Бельгия+Индия), или Афро-Американизация. Суть политики, осуществляемой в таких моделях, выразил неполиткорректный и острый на язык Владимир Маяковский: «Одним - бублик, другим - дырка от бублика. Вот это и есть демократическая республика!». Одним удобства «Сапсана» - другим все издержки этих удобств. В этой связи можно вспомнить, как рухнули в 1990-е годы многие планово-убыточные авиарейсы в глубинку, сократилось количество поездов, аннулированы автобусные маршруты, которые оказались «коммерчески неэффективными» для перевозчиков. Удобства для пассажиров? А кто спрашивает их мнение? Никто им ничего не должен!

Выводы?

Говорят, что СССР была страной тотального дефицита. Когда в дефиците социальный капитал, то последствия могут оказаться намного плачевнее. Но даже намёка на понимания этой стратегической проблемы не удалось обнаружить после досконального изучения мозговой атаки интеллектуалов правящей партии. И это настораживает и пугает.

Если для мировой научной мысли социализм является вполне респектабельной общественной моделью, инструментом и определённым типом решения практических проблем, связанных с наращиванием и упрочением социального капитала конкретных обществ, то в головах определённой части актива «ЕР» социализм выступает как некая символическая «пугалка» и для себя, и для электората. Тем самым, являя пугающий провинциализм российской «партийной науки».

При этом часть партийных интеллектуалов продолжает одновременно настаивать, что «наша партия не только социальна, но она еще и патриотична, и либеральна, и при этом мы все консерваторы». Осталось добавить, в духе кота Матроскина, что партийцы ещё и крестиком вышивать умеют…

Если бы идеология партии диалектически «отрицала» социализм, с удержанием исторически накопленного оправдавшего себя опыта, то такой всеобъемлющий синтез мог бы содержать конструктивные элементы. Но значительная часть партийного актива искренне и эмоционально видит в социализме (и даже в идее социальной справедливости) однозначный негатив.

Подчинение теоретических подходов целям и задачам политической конкуренции, что ярко продемонстрировало обсуждение, чревато эклектикой в целеполагании, утратой стратегических ориентиров, неадекватно расставленными приоритетами политики, неверным политическим позиционированием чреватым политическими и электоральными потерями, которые не могут быть полностью компенсированы пиаром и пропагандой. А подмена научного анализа пропагандой - очень опасное политическое заболевание.

Приписывание социализму, как таковому, утопичности, зацикленность на конкретном историческом опыте, вне понимания ситуативной ограниченности этого опыта уровнем развития, международными и внутренними условиями не позволяет извлечь из этого опыта его конструктивную часть. Телеологическое понимание социализма не как средства, институтов, практик, отношений, но как принципиально нереализуемой «голубой мечты», религии, заговора и т.д. автоматически обрекает партию на логику не диалога, но политического противоборства с социализмом (на шельмование конструктивного проектирования государственных и партийных решений, институтов и практик, ориентированных на формирование социального капитала, управления и регулирования инновационных производственных и социальных отношений оправдавших и оправдывающих себя в глобальном контексте, эффективных для целостного системного развития общества, а не только для элиты). Ф.Фукуяма не случайно предупреждал: «Социальный капитал подобен храповику, который легко идёт в одну сторону и не идёт в другую: он может быть легко растрачен действиями правительства, но его уже не удастся собрать обратно» [11].

Эклектика же в идеологии чревата превращением рано или поздно «партии власти» в политическое подобие лебедя рака и щуки.

«Социализм победит не потому, что он прав, а потому, что не правы его противники» - написал в начале XIX века П.Я. Чаадаев. Представляется, что, читая стенограмму дискуссии нынешних ниспровергателей социализма, он вновь повторил бы этот парадоксальный, но от этого не менее глубокий афоризм.

Примечания:

1. Томас Мор, автор утопии и ревностный католик выступал против короля реформатора Генриха VIII, не одобряя введения им англиканства в стране, и отказавшись принять присягу по англиканскому канону был обезглавлен в 1525 году. В 1935 году был канонизирован Римским Папой Пием XI. Согласитесь, что Папе, совершенно не сочувствующему социализму и в голову бы не пришло канонизировать казнённого за социалистические идеи бунтаря.

2. Фукуяма Ф. Доверие. М.: АСТ,2004. С. 84.

3. Там же, C. 582.

4. Там же, C. 54.

5. Там же, C. 56.

6. Там же, C. 52.

7. Там же, C. 165.

8. Там же, C. 100-101.

9. Там же, C. 57.

10. Отсутствие норм и правил, связывающих человека с себе подобными, с подачи классика мировой социологии Эмиля Дюркгейма именуется аномией.

11. Там же, C. 589.