Евразийский нарратив

Как известно, историю всегда пишет победитель. Если нынешний этап истории закончится тем, чем и должен закончиться - закатом единственной сверхдержавы и установлением многополярного порядка, встреча в Тегеране президентов России и Ирана вполне будет способна занять место знаменитой Тегеранской встречи союзников (1943). Тогда, в год великого перелома в антигитлеровской борьбе, союзники уже не скрывали своих теплых отношений. Правда, в отличие от тех времен Россия на этот раз счастливым образом находится в глубоком тылу, в "группе поддержки", наподобие Америки времен Второй мировой. А на "острие удара" по однополярному миру - Иран. Что ж, режим в Тегеране несколько отличается от идеалов греческой демократии. Однако, как заметил когда-то по поводу сталинского режима Рузвельт, "союзников не выбирают"...

От известного постулата недалеко и до следующего вывода: тот, кто пишет историю, тот и победитель. Или скорее: чья версия событий победила, тот и победитель. Если так, то реальные исторические события лишь помогают (либо мешают) победить тому или иному нарративу. Современная война - это прежде всего война повествований о самой себе. Так было всегда, но сегодня этот вывод выглядит более отчетливо, чем когда-либо прежде. Газетная сказка о якобы подготовленном покушении на Путина в Тегеране, оказавшись ложью, тем не менее свою главную роль сыграла. Перекликаясь с известным покушением в Тегеране на "Большую тройку", эта повесть связала неоднородные события 1943 и 2007 годов одной общей интерпретацией.

Но, где же она, эта новая "Большая тройка", готовящая могилу однополярному порядку и одновременно шепчущаяся о будущем разделе мира? О, не следует ожидать от мировой истории столь примитивных повторений! История не терпит однородности, иначе ее можно было бы изучать научными методами, а она, строптивая, не хочет, чтобы ее изучали. Скорее наоборот: она сама любит нас препарировать, делая беспощадные выводы, вынося приговоры...

Саммит Прикаспийских государств в Тегеране (2007) с его декларацией о том, что богатства Каспия принадлежат и будут принадлежать только тем народам, которые живут на его берегах, - настоящий кукиш глобальному миру. Ведь что получается: те страны, на территории которых находится половина мировых запасов нефти и газа, "посмели" считать их своими. Оставляя себе доходы от их разработки, вкладывая их в развитие технологий и в социальную сферу, страны Евразии закрепили за собой верные шансы пройти за десятилетие то, что Европа прошла за вторую половину ХХ века. Так недалеко и до ситуации, когда доходы населения в пересчете на душу догонят развитые страны. Но как же тогда быть с нарративом о "блистательном Западе"? В этом случае его судьба незавидна...

Судьба нарратива была бы менее интересна, если бы с этой судьбой не связывали свои судьбы миллионы людей по всему миру. Масса молодых людей в России, Иране, Индии, Пакистане активно учат английский, связав свою судьбу с определенным нарративом. Эти группы людей, активно стремящиеся занять место старых элит, - основной кадровый резерв готовящихся "оранжевых революций" по всей Евразии. Однако упорная настойчивость других элит, их вера в свои далеко не исчерпанные силы подталкивают ситуацию в совсем другую сторону.

Если говорить о крупнейших государствах Южной Азии, можно заметить, что там происходит борьба за облик новой элиты. В Индии, где и так непропорционально высоко политическое влияние англоязычной прослойки, так называемых бабус, развитие сектора аутсорсинговых услуг и программирования невероятно усилило значение английского языка в экономике. Соответственно, определенные слои населения, средний индийский класс, все громче выступают с политическими требованиями инкорпорировать страну в западную экономику. Ведь такое вовлечение способствовало бы движению их по социальной лестнице еще выше вверх.

Этим тенденциям противостоят иные политические группировки, не менее организованные и даже более многочисленные, которые также стремятся усилить свое положение. В Индии эти группировки электорально опираются на регионы востока и юга страны, в особенности штаты Западная Бенгалия и Керала. Проживающее там не разговаривающее на хинду население долгое время чувствовало себя оттесненным от принятия важных решений по причине географической удаленности от столицы. Традиционно эти регионы управляются левыми партиями, в том числе коммунистическими (их в Индии две). Все более активную роль играют по всей стране и так называемые неприкасаемые, не имевшие шансов на представительство в традиционном кастовом обществе.

Лакмусовой бумажкой для позиции новых элит стал ядерный вопрос. Договор между Индией и США об исключениях из правил МАГАТЭ для Индии стал тем камнем преткновения, о который споткнулось, казалось бы, победное шествие части новых индийских элит в сторону США. Не тут-то было... Левые партии, входящие в коалицию с партией Индийский национальный конгресс намертво заблокировали ратификацию договора в индийском парламенте. Коммунисты готовы идти на новые выборы, лишь бы договор с США, которые они считают опасным креном в сторону Америки, не был утвержден. В этом пункте с левыми неожиданно согласилась и главная оппозиционная Бхарата Джаната партия. Индийский национальный конгресс неожиданно оказался в полной изоляции и с подпорченным имиджем "проамериканской партии". Действительно ли ИНК американская марионетка - это еще вопрос. Однако известно, что нынешний премьер-министр-экономист - воспитанник Гарварда, а лидер партии Соня Ганди, вдова Раджива Ганди, - итальянка и любительница западного образа жизни.

Впрочем, в отличие от "оранжевых" Восточной Европы, которые факт своей простой продажности привыкли маскировать "идеологической принципиальностью", индийские американо-центрические силы сохраняют предельный прагматизм и отсутствие склонности к идеологизации. Как только в ИНК осознали, что угроза развала правительства реальна, руководство тут же пошло на попятную. Там считают, что сохранение действующего правительства важнее, чем какой бы то ни было договор с Америкой. Премьер-министр лично объявил, что никаких дальнейших действий Индия в направлении реализации ядерного соглашения с США не планирует. Теперь планируется совсем другое: закупка урана в Канаде вне сферы соглашения с "группой поставщиков" и переговоры с Россией по поводу строительства новых АЭС.

Тут следует отметить, что международный авторитет Индии и привлекательность экономики этой страны сейчас настолько велики, что договор с США, как и со всей "группой ядерных поставщиков", включающей, кстати, Россию и Китай, не является чем-то совершенно обязательным. Даже ближайшая союзница США, Австралия, уже заявила устами своего премьера, что готова поставлять в Индию уран, не говоря о возможности сотрудничества Дели в этой сфере с Израилем и Ираном.

Слово теперь за Россией. Атака на позиции проамериканского лобби в Индии была, кстати, так блестяще организована, что "пострадавшие" завопили о "руке Москвы". Якобы именно из Кремля руководили действиями по провалу соглашения с США и теперь хотят провалить намечающиеся сделки по закупке Индией американского вооружения. Действительно, для таких выводов существуют некоторые основания.

К примеру, демарши индийских левых сопровождались более чем холодным приемом индийского министра иностранных дел Пранаба Мукерджи в Москве на заседании межправительственной комиссии по военно-техническому сотрудничеству. Министр не только не был принят своим российским коллегой, но и при отлете из Москвы его якобы обыскали. Короче, русскими было сделано все для еще большего подрыва авторитета министра, считающегося "проамериканским".

В результате именно левые силы в индийском парламенте получили самый сильный аргумент, который только возможен: ИНК подрывает отношения с историческим союзником во имя неравной ядерной сделки с Вашингтоном. Как известно, Америку в Индии традиционно считают ненадежным партнером после многочисленных эмбарго, а также откровенных случаев военного шантажа, как это было в ходе войны 1971 года с Пакистаном.

Исход борьбы между фракциями индийской элиты, имеющими различное представление о курсе страны, не завершен. Нет никаких признаков того, что борьба закончится каким-либо ясным результатом или хотя бы несколько утихнет. Проамериканские силы в индийском обществе остаются весьма влиятельны, тем более что они также опираются на миллионную индийскую диаспору в США. Их сила также растет по мере увеличения торгового оборота с США, хотя уже теперь рост экономических отношений с Китаем и другими региональными игроками Евразии значительно обгоняет индийско-американские связи.

Не ясна также основа возможного американо-индийского стратегического сотрудничества. США хотели бы, чтобы оно было направлено против растущего Китая, а точнее - против формирующейся оси "Москва - Пекин". Американцы открыто говорят, что хотели бы видеть Дели частью формируемого ими теперь в противовес России и Китаю так называемого "четырехугольника", под которым в Вашингтоне понимают союз США, Японии, Австралии и Индии. Тройственная "пелагическая" часть союза уже замкнута. Слово за Дели.

Однако в самом Дели не видят никакой выгоды в такой конфигурации. Риски последствий военного столкновения с лежащим рядом Китаем для Дели куда выше, чем для заокеанских США. Позиционирование Пекина в качестве главной угрозы Индии также вызывает в Дели сомнения, не говоря уже об идее замещения проверенного союзника России на коварные Соединенные Штаты. Возможность прямой агрессии Пекина против Дели сдерживается индийскими ракетами средней дальности. Зато реальной опасностью для индийской экономики и благосостояния ее граждан является угроза отсечения Индии от поставок энергоносителей, идущих с берегов Персидского залива. Единственной силой, которая может осуществить такую угрозу, является военная сила флота США и их союзников. Китайский флот просто не способен на такую операцию, да и находится он слишком далеко. О флотах других государств и говорить не стоит.

Вызывает также вопросы чистота намерений Вашингтона в отношении своих собственных обещаний "помочь Индии стать великой державой". При ближайшем анализе легко понять, что у американцев нет серьезных причин помогать неограниченному росту индийской экономической и военной мощи. Рост индийского среднего класса автоматически означает значительный рост потребления, в том числе потребления энергоресурсов. США уже не на шутку обеспокоены ростом потребления в Китае, который привел к росту цены на нефть и металлы. Если к этому "потребительскому буму" присоединится еще и Индия, это будет означать существенное перераспределение мирового потребления в пользу населения Азии.

Интенции вождей "золотого миллиарда" не остаются тайной для жителей этого региона. Элиты Индии, Пакистана, Ирана проявляют признаки понимания того, что Вашингтон скорее заинтересован в дестабилизации экономик этих стран, нежели в продолжающемся там быстром экономическом подъеме. В частности, в неправительственной прессе Пакистана - страны, где теперь происходят бурные политические события, - отмечалось появление материалов, в которых признается, что надежды среднего класса этой страны на конструктивную помощь со стороны Америки иллюзорны.

Особенно негативную реакцию вызывает в Пакистане, как и в Индии, требования Вашингтона, чтобы эти страны подключились к антииранскому пакту. Ни Пакистан, ни Индия не готовы пойти на это. Индия - еще менее, чем Пакистан, поскольку отношения с Ираном, включая военные, там рассматриваются в качестве противовеса Пакистану и Китаю. В результате решение о строительстве газопровода из Ирана в Индию через территорию Пакистана было утверждено в столицах двух соседних стран, несмотря на шантаж Вашингтона.

Насколько сложившаяся ситуация может быть использована Москвой? Россия находится в том счастливом положении, когда идея многополярного мира не только осуществима благодаря ее усилиям, но и может дать стране дополнительные стимулы развития и прямую материальную выгоду. Сочетание подобных факторов крайне редко бывает в истории. Обычно бывает наоборот: за реализацию своих "красивых идей" русским приходилось платить самим, и очень дорого. Впрочем, пользование новым "окном возможностей" затрудняется общей неподготовленностью России, слабой эффективностью ее экономики и некомпетентным управлением. Живой пример: официально признанная неспособность российского ВПК вовремя выполнить два ключевых контракта - модернизацию авианесущего крейсера для Индии и постройку большой партии военно-транспортных самолетов для Китая. В ходе подготовки этих сделок российской стороной были допущены явные просчеты, однако виновники этого не только не наказаны, но и не названы.

Ключевым вопросом в отношении перспектив построения "нового миропорядка" является следующий: сможет ли Россия удержать и укрепить свою роль альтернативного поставщика товаров и ключевых технологий в сфере национальной безопасности? Если да, благосостояние ее граждан и граждан союзных России стран никто не сможет поставить под удар, а рассказ об этом - под сомнение. Если же союзные Москве страны Азии вынуждены будут смириться с военным шантажом "золотого миллиарда", им придется ограничить рост своего собственного потребления, согласившись с вызывающей оскомину сказкой о вечной сытости Запада.