Экспресс-рецензии на книги по истории

Рецензия на: Чарльз Тилли. Принуждение, капитал и европейские государства. 990 – 1992 гг. М.: Территория будущего, 2009. 328 с.

"Чем объясняется большое разнообразие видов политических образований (во времени и пространстве) в Европе после 990 г. н. э. и почему европейские государства со временем трансформировались в разные формы национальных государств?" (с. 27).

Отвечая на этот вопрос, классик исторической социологии Чарльз Тилли выделяет три различных пути политического развития в Европе эпохи позднего Средневековья и раннего Нового времени, которые привели к одному и тому же конечному пункту — национальному государству. Швейцария, Южная Германия, Нидерланды и города-государства Северной Италии шли по пути концентрации капитала; страны Восточной и Северной Европы — Россия, Польша, Венгрия, Скандинавия — по пути концентрации средств принуждения; а Англия, Франция и позднее Пруссия — по пути, который сочетал в себе черты того и другого. Этот последний путь оказался наиболее перспективным и породил крупные, богатые и централизованно управляемые государства, которые благодаря своим ресурсам и организации вскоре приобрели доминирующее влияние на континенте, побудив всех остальных начать подражать им. Но как же объяснить само существование этих трех различных путей? Его Тилли объясняет крайне неравномерным распределением средств принуждения и капитала в позднесредневековой Европе. Торговля и капитал на протяжении многих столетий сосредотачивались в коридоре от Северной Италии до Нидерландов; Восточная Европа находилась под властью крупных землевладельцев, обладавших мощными средствами принуждения; а Западная Европа имела более сбалансированную социально-экономическую структуру.

Даже из этого краткого изложения можно увидеть, что некоторые выводы Тилли выглядят произвольными: так, различия между Россией и Польшей в XVIII веке, в эпоху формирования национальных государств, были гораздо более значительными, нежели между Россией и Пруссией, но почему-то Россия и Польша идут у него по одному пути развития, а Россия и Пруссия — по разным. Но, возможно, такие нестыковки неизбежны в столь масштабной работе.

* * *

Рецензия на: Уильям Мак-Нил. В погоне за мощью. Технология, вооруженная сила и общество в XI – XX веках. М.: Территория будущего, 2008. 456 с.

По своим широте, охвату и смелости замысла эта книга Уильяма Мак-Нила сопоставима разве что с «Историей военного искусства» Ганса Дельбрюка и тематически близкой «Войной и капитализмом» Вернера Зомбарта. В сравнении с мак-ниловской longue durée — от бронзового века до семидесятых годов XX века — Бродель кажется мелочным педантом. Мак-Нил обстоятельнейшим образом рассматривает продолжительную эволюцию вооруженных сил и технологий и их отношений с обществом, для которого они являются крайне обременительными и непроизводительными «макропаразитами», диктующими, каким должно быть общественно-политическое устройство. Он подробно пишет об изменении вооружений и военной организации, показывая, что самая последняя и важная революция в военном деле произошла тогда, когда после реформ Жана-Батиста де Грибоваля в XVIII веке возросла точность, дальнобойность и мобильность артиллерийских орудий и когда — что самое важное — военные сами впервые стали задавать стандарты, по которым должно было изготавливаться оружие, определив развитие военной промышленности в последующие два столетия.

Принимая во внимание такое значение артиллерии, трудно избавиться от некоторого чувства досады из-за того, что автор не развил подробнее следующее интригующее замечание: «с самого начала пушки стали носителями сексуального символа, что в немалой степени может объяснить иррациональные затраты европейских ремесленников и правителей на изготовление ранних образцов огнестрельного оружия» (с. 105).

* * *

P. S. Все книги издательского дома "Территория будущего" есть в открытом доступе на сайте www.prognosis.ru