Самые любимые

Ну вот, "Золотые маски" вручены, а значит, "театральная общественность" перестала обсуждать экспертный совет, который, как водится, выдвинул на премии не тех и не за то, и начала судачить о том, кого на этот раз обошли, а кому дали премию напрасно. Разговоры эти продлятся до конца сезона, а с начала следующего все уже начнут гадать, кого внесет в новый список номинантов экспертный совет "Золотой маски - 2007". Имена нынешних лауреатов уже не будут вызывать ни сомнений, ни кривотолков.

Но пока решения жюри не воспринимаются такими уж окончательными, разобраться в том, кто из лауреатов чего стоит, интересно (сам список номинантов я комментировала в предновогодней статье о театральных итогах года). Тем более что на этот раз я лицо пристрастное, поскольку была в экспертном совете по драме и куклам. И, вспоминая, ценой каких трудных компромиссов был получен не всем понравившийся список номинантов на нынешнюю премию, не удивляюсь ни одному выбору жюри.

Итак, лучшим отечественным режиссером драмы, поставившим в прошлом сезоне лучший в России спектакль, опять оказался Петр Фоменко. По большому счету, такое сочетание правильно: если режиссер лучший, то и спектакль его должен быть лучше всех, но, как правило, стремясь охватить наградами побольше номинантов, жюри эти два приза разделяет. Так что, коли уж судьи не пожадничали и дали "две в одни руки", значит, они и вправду были спектаклем " Три сестры" в Мастерской Фоменко впечатлены.

Правда, на премьере, которая прошла в начале прошлого сезона, то есть полтора года назад, этот спектакль такого всеобщего воодушевления не вызвал. Критики мялись, жались и писали, что все, конечно, как всегда, мило, но, ради чего Петр Наумович взялся за эту пьесу, им не совсем понятно. Те, кто видел "Три сестры" недавно, говорили, что спектакль набрал обороты, актеры играют изумительно и никаких вопросов к нему уже не возникает. Однако сам Фоменко, понимающий про свои постановки лучше любых критиков, нервничал, уверял, что "Три сестры" идут неровно, а иногда из рук вон плохо, и перед самыми "масочными" показами написал письмо, прося снять свой спектакль с конкурса. К счастью, его удалось уговорить, но, получая призы, Фоменко выглядел заметно смущенным. И такое требовательное и жесткое отношение к своей работе (независимо от всяких разговоров о неврастении художника), на мой взгляд, должно быть убедительным уроком для постановщиков, мнящих свои творения безупречными.

К слову, на церемонии вручения наград мы увидели и другой вариант "истории с отречением", но уже в пародийном виде. Там председатель музыкального жюри Владимир Васильев напомнил публике, что еще в начале премиальной гонки Валерий Гергиев снял свою кандидатуру с номинации на "лучшего дирижера" (его должны были выдвигать на "Маску" за "Тристана и Изольду" в Мариинском театре). Разумеется, снял он ее не потому, что считает свою работу неудачной, а, напротив, потому, что в мнении народном, мнении жюри и, вероятно, собственном он видится парящим высоко в небе, вообще вне каких-либо категорий и премий. Васильев с простодушной назидательностью сказал: "Валерий Абессалыч снял свою кандидатуру, и это замечательный шаг и хороший урок для тех людей, которые из года в год получают эту премию". И тем самым сразу обидел всех тех, кто получал "Маску" не в первый раз (а их было много). Впрочем, ехидный Цискаридзе, в очередной раз выходивший на сцену за наградами своих отсутствующих коллег из Большого, не смолчал: "Несмотря на то, что Васильев говорил, что некоторые от премий устали и им нужно самоотводиться, я не устал получать их даже не для себя".

Так вот, продолжая о Фоменко. Уже несколько лет назад, как раз во время очередной церемонии "Золотой маски", стало окончательно понятно: Фоменко - самый любимый режиссер в отечественном театре. Никакие признанные гении - ни Додин, ни Васильев, ни Гинкас - не смогут поспорить с ним в зрительской любви. Из режиссеров, пожалуй, лишь он, выходя на сцену за наградой, вызывает овации зала, которые долго не дают ему заговорить. Символично, что в этом году даже интендант знаменитого Дойчес Театра, получая "Маску" за лучший зарубежный спектакль, показанный в России (это была "Эмилия Галотти" Михаэля Тальхаймера), сказал: "Большая честь - постоять на той сцене, где только что стоял Петр Фоменко". И вызвал гром одобрительных аплодисментов.

Совершенно аналогичная ситуация произошла и с номинацией на лучшую женскую роль. Претенденток на эту премию было три, но всякий понимал, что молодая - пусть очень хорошая - омская актриса Инга Матис в роли Кристины из "Фрекен Жюли" не сможет соревноваться с Алисой Фрейндлих и Мариной Нееловой в их моноспектаклях " Оскар и Розовая Дама" и " Шинель". И в этой паре из двух действительно лучших российских актрис первой по зрительской любви явно оказывается Фрейндлих, каждое появление которой на сцене зрительный зал встречает буквально воем. Соответственно, объявление о том, что приз зрительских симпатий, который уже не первый год вручает "Нескафе Голд", тоже достался "Оскару", зрители церемонии восприняли как само собою разумеющееся.

Само собой, Неелову, играющую в суховатом и рациональном спектакле Фокина роль старичка-ребенка Акакия Акакиевича на каком-то отчаянном пределе возможностей, оставить без приза было невозможно. И премия "За лучший спектакль малой формы", которую получила "Шинель", на этот раз явно предназначалась актрисе. О чем умный Фокин, получая приз, сразу сказал со сцены.

Что касается Василия Бочкарева, получившего премию за мужскую роль в уникальной ситуации (он выдвинут за работу в спектакле, который не номинировался больше ни на один приз), то тут тоже история в большой степени связанная со зрительской любовью. На мой взгляд, и Виталий Кищенко (Жан из омской "Фрекен Жюли"), и Алексей Левинский (Серебряков из "Дяди Вани" Погребничко) играют не менее достойно, чем Бочкарев - роль Прибыткова в "Последней жертве" Малого театра. Но Бочкарев так любим, так сильно связан с лучшими театральными воспоминаниями нескольких поколений зрителей и, играя в Малом, в последние годы так мало имел возможностей рассчитывать на призы (не говоря о том, что влюбленный миллионер Прибытков неотразимо обаятелен), что не дать "Маску" актеру было решительно невозможно.

Теперь о спецпризах жюри. В этом году как никогда было заметно, что спецпризы имеют характер утешительный и даются тем, кому главных призов давать не хочется, но совсем не заметить нельзя - уж очень много шуму будет. Так было с Евгением Марчелли, который давно числится среди лучших режиссеров российской провинции, берет все призы на региональных фестивалях и постоянно номинируется на "Маску". В Москве его брутальные спектакли хоть и имеют своих поклонников, но регулярно проваливаются, а в этом году Марчелли был представлен на премию сразу двумя омскими постановками, которые присутствовали во всех премиальных номинациях. И хоть всякий понимал, что мэтрам Марчелли не соперник, не заметить его было нельзя. В результате, так и не упомянув режиссера, спецприз дали всей омской драме с формулировкой "За разнообразие творческих поисков в сезоне". Второй спецприз имел еще более скандальный подтекст. Его дали Кириллу Серебренникову "за создание ярких спектаклей в сезоне". Так вышли из положения, оценивая в конкурсе две постановки режиссера, который уже несколько лет в столице числится первым среди модных, имеет признание критики, безусловный успех у публики, невероятно работоспособен, выпускает больше премьер, чем кто-либо, и ставит одновременно в театре, кино и на телевидении, но при этом вызывает необъяснимое раздражение у "театральной общественности". Вот и на этот раз спектакли, которые занимали первые строчки во всех рейтингах сезона, уважаемые члены жюри сочли несерьезными, в кулуарах называли капустником, а успех относили на счет нетребовательности зрителей.

Теперь о других, не чуждых мне, номинациях - "Куклы" и "Новация". Как член экспертного совета, спектаклями и в одной и в другой номинации я горжусь. Обе программы получились качественными, без срывов. Особенно хороша и разнообразна была "Новация". И хотя премию в ней получил мощный полифонический спектакль Андрея Могучего "Между собакой и волком" (он же получил и приз критики), соперники у него были очень достойные: и "Смерть Полифема" (балет в крошечном Лиликанском театре с живым Николаем Цискаридзе в роли великана), и диковатое, но драйвовое "Бытие ? 2" Виктора Рыжакова по Ивану Вырыпаеву, и выразительные студенческие "Недосказки" Дмитрия Крымова. Кстати, что касается студенческих спектаклей - и "Недосказок", и "Мальчиков" Сергея Женовача, которые участвовали в драматическом конкурсе, - они, как и ожидалось, наград не получили. Это понятно: для них и включение в престижный список номинантов уже награда. Но все-таки жаль, что жюри не придумало какого-нибудь способа отметить их специальным упоминанием, хотя бы за редкий актерский серьез и смелость.

Ну и наконец, кукольный театр. Тут жюри решило поделить призы на всех. "Лучший художник" ушел в Питер - очень условному минималистскому " Гадкому утенку". "Лучший режиссер" - в Абакан, милому сентиментальному спектаклю по " Оскару и Розовой Даме". А приз лучшему актеру и за лучший спектакль получила изобретательная и простодушная бурятская легенда "Поющая стрела" из Улан-Удэ. Я, честно говоря, особенно за них болела: когда-то деревенским ребятам, а теперь питерским выпускникам, только начинающим профессиональную жизнь в бедной Бурятии, солидная награда может очень помочь. Может, премию дадут или даже зарплату повысят. Ведь, честно скажем, "Золотая маска", как бы ни было приятно ее получить, ничего актерам, режиссерам и художникам в столицах не приносит. Действительно важна она только в провинции - там получение престижной премии обеспечивает уважение и внимание местного начальства. А оно очень нужно. Потому что у нас театральные люди традиционно бесправны, беззащитны и бедны. А самые бедные из них - те, кто работает в детских театрах. А наибеднейшие среди самых бедных - кукольники. И невозможно рационально объяснить, почему люди в провинции идут работать в кукольные театры, почему, получая копейки, проводят жизнь в автобусах, скачущих по проселочным дорогам из школы в клуб или детский сад. Так что, если бурятскому театру "Ульгэр" две бархатные коробки с золотыми масками помогут, можно будет считать, что они оказались главными наградами нынешнего фестиваля.