От Манежа до Манежа

От редакции. В субботу, 11 декабря, на Манежной площади в центре Москвы произошло массовое выступление футбольных фанатов против «этнопреступности». Это было спровоцировано недавним убийством болельщика московского «Спартака». Начальник ГУВД Москвы пообещал, что расследование убийства фаната московского «Спартака» будет доведено до конца. Толпы болельщиков, между тем, подойдя к выставочному залу Манеж, попытались прорвать оцепление ОМОН. После того, как сотрудники ОМОНа попробовали остановить болельщиков, те начали кидать в омоновцев рамки металлических заграждений и прочее. Затем фанаты свалили установленную у Манежа новогоднюю елку. Силы ОМОНа начали наступление на толпу… Свое мнение о событии высказывает обозреватель РЖ Дмитрий Энгенсон.

* * *
В любом городе есть места, которые те или иные социальные силы, признают своими. В Москве таких несколько. Для оппозиционеров из несистемной оппозиции – это Триумфальная площадь. Для российских коммунистов – памятник Карлу Марксу на Театральной площади. Для тех, кто хочет похулиганить, прикрывшись околофанатской риторикой – Манежная площадь.

Подобная любовь к Манежной площади зародилась в рядах хулиганов уже давно. Еще в 2002 году эта «любовь» проявилась с огромной силой. Тогда, если кто уже не помнит, на Манежке были установлены огромные экраны, по которым транслировался Чемпионат мира по футболу. И вот после особо неудачного выступления сборной России разгоряченная алкоголем толпа начала громить все вокруг. Помнится, тогда было сожжено несколько десятков машин, разбиты чуть ли не все витрины модных бутиков, чьи офисы расположены на Тверской. Особо досталось местным «Макдональдсам». Милиции кое-как удалось разогнать хулиганствующую молодежь, что было достаточно трудно сделать, поскольку она вооружилась арматурой с близлежайшей стройки. Потом долго говорили, что в толпе были подстрекатели, что кто-то специально обратил внимание разгоряченной пивом и неудачами в футболе толпы на строительную арматуру и так далее.

Помнится, в те времена российское общество, ужаснувшись телевизионным кадрам с молодыми людьми, громящими чей-то автомобиль, было готово дать власти карт-бланш, дабы та более не допускала ничего подобного.

И вот ситуация повторилась. Все та же Манежная площадь, все те же футбольные фанаты. Вот только повод для их собрания более скорбный, чем проигрыш российской сборной по футболу. Повод – убийство одного из фанатов. Однако методы выражения своего недовольства все те же – погромы, стычки с милицией, избиение прохожих.

Говорят, что причина всплеска агрессивности у собравшихся под стенами Кремля – излишне жесткие действия представителей милиции. Мол, вот дали бы собравшимся помитинговать, они бы тихо провели свои траурные мероприятия и разошлись бы. Все произошло бы ровно так, как было на Кронштадском бульваре. Свечи, речи, молчание. В том, что все пошло не так, как должно было пойти, виновата милиция, спровоцировавшая столкновения.

«Презумция вины власти» - это, наверное, вещь, необходимая в демократическом обществе. Но доведенный до абсурда этот принцип лишает государство возможности своевременно и с должной силой реагировать на факторы, представляющие для общества опасность. А то, что происходило 11 декабря на Манежной площади, безусловно, представляло для него опасность.

У нас любят ссылаться на опыт Соединенных Штатов Америки и других демократических стран. Вот, мол, у них там за океаном можно проводить собрания и шествия. А теперь представим, что у Белого дома или резиденции британского премьер-министра на Даунинг-стрит соберется многотысячная толпа, скандирующая призывы к разрушению собственного государства, избивающая прохожих просто потому, что некоторым представителям этой толпы не понравился разрез глаз или цвет кожи этих прохожих, и бросающая в представителей власти чуть ли не булыжники, выковырянные из мостовой. Как бы повели себя демократические власти этих государств? Ответ прост. В город была бы введена национальная гвардия, объявлен комендантский час, а с протестующими разбиралась бы не полиция, а армия. И это не сценарий из фантастического фильма, это историческая реальность.

Именно так в 1960-е годы происходило подавление излишне агрессивных групп граждан в демократических государствах. И иного выхода демократически избранные правители демократических государств не видели. В этом смысле наше государство еще гуманно. Получить милицейской палкой от того, кого ты призываешь уничтожить – это намного лучше, чем получить пулю из армейского ствола. По крайней мере, в первом случае ты имеешь шанс поумерить свой радикализм и начать добиваться своих благих целей более конструктивным путем.

Западные политики 1990-х годов – это как раз осознавшие бесперспективность бунтов студенты 1960-х годов. Кто знает, может быть через 30 лет Россией будут править те, кто в 2010 году стоял на Манежной. Но произойдет это только в том случае, если они осознают, что громить поезда метрополитена – это плохо, избивать прохожих – это плохо, и плохо – кидать в милиционеров елочными игрушками с ближайшей елки, наконец, плохо – призывать к уничтожению собственной страны. Ну а пока от произошедшего на Манежной площади 11 декабря 2010 года открестились и футбольные фанаты, и русские националисты, то есть все те, кто якобы участвовал в тех событиях. Есть о чем задуматься.